Что делают добровольцы на донбассе

В настоящее время актуальным является вопрос, как попасть на службу по контракту в Украину и на Донбасс. В этой статье перечислены требования к волонтерам и добровольцам на Украину, основные условия взятия на военную службу по договору.

Кто может принять участие в военной операции на Украине?

К кандидатам, планирующим заключить контракт для службы на Украине, предъявляются особые условия. Требования к добровольцам из Ставрополя установлены на уровне федерального закона 53-ФЗ.

Перед подписанием контракта в 2022 году проводится медицинское освидетельствование. Специалист пункта отбора на службу по контракту дает направление на освидетельствование добровольцу на Украину. Обследование организуется в медицинских организациях.

Контрактнику в обязательном порядке нужно пройти следующие обследования:

  • анализ крови и мочи;
  • анализ на наличие в крови психотропных препаратов;
  • тест на ВИЧ, гепатит и т. д.

По результатам освидетельствования при наборе составляется заключение о годности кандидата к службе по контракту. Исполнять воинские обязанности по контракту могут жители Ставрополя, получившие категорию А и Б по итогам освидетельствования.

Гражданин, который планирует заключить контракт, должен соответствовать психологическим требованиям и иметь определенный уровень физподготовки. Обязательным условием является наличие образования не ниже общего среднего. Кандидат должен достичь возраста 18 лет.

К ограничениям относят наличие приговора обвинения, ведение дознания или следствия, неснятая судимость. Первоначально контракт подписывается с испытательным сроком в 3 месяца. Если требуется, кандидату нужно пройти процедуру получения допуска к засекреченной информации.

Кто может принять участие в военной операции на Украине?

Пункты отбора на военную службу по контракту в Ставрополе

Для поступления на военную службу по контракту на Украину или в часть добровольцу требуется предоставить некоторые документы. Какие документы нужно собрать перед тем, как прибыть на пункт отбора на службу по контракту в Ставропольском крае:

  • фотоснимки в установленном формате;
  • заявление и анкету поступающего на службу по контракту;
  • собственную биографию, написанную от руки (в ней нужно указать о прохождении срочной службы, наличии образования, участии в войнах, наличии наград и т. д.);
  • сведения из трудовой книжки и данные о получении образования;
  • данные о семье;
  • характеристику с работы;
  • информацию о рождении, данные из домовой книги;
  • военный билет, информацию из паспорта;
  • итоги пройденных обследований.

В Ставропольском крае пункт отбора на военную службу расположен по адресу: город Ставрополь, улица 8 Марта, дом 164.

Какую информацию следует предоставить при заполнении анкеты, чтобы попасть на Украину:

  • Ф. И. О.;
  • информацию о смене фамилии (если она была изменена);
  • данные о месте рождения;
  • сведения о российском и заграничном паспорте;
  • семейное положение и гражданство;
  • наличие или отсутствие допуска к гостайне;
  • данные о выездах в другие государства;
  • информацию о судимости родственников;
  • данные об отношении к воинской обязанности.

В анкете нужно указывать только достоверные сведения. В случае предоставления ложных данных в службе по контракту может будет отказано, возможно привлечение к ответственности.

Пункты отбора на военную службу по контракту в Ставрополе

Сколько платят добровольцам?

Служба в армии по контракту представляет собой военную деятельность в Вооруженных силах РФ, которая осуществляется на добровольной основе. Служба предполагает получение добровольцами стабильной заработной платы и социального пакета, льгот и денежных компенсаций.

Зарплата добровольца включает оклад по воинской должности и званию. Возможно получение надбавок за уровень квалификации, выслугу лет, несение службы в условиях риска для жизни и здоровья. Предоставляются доплаты в армии России за работу с секретными данными, высокий уровень физподготовки и значительные достижения при исполнении долга.

Дополнительно служащим по контракту из Ставрополя предоставляются бесплатное медицинское обслуживание, возможность купить жилье на льготных условиях, ранний выход на пенсию. Военнослужащие получают гарантированные страховые выплаты в случае инвалидности, родственникам полагается пособие в случае смерти военнослужащего при исполнении долга.

Добровольцы за подписание контракта для участия в специальной военной операции на Украине могут получить удостоверение участника боевых действий. Этот документ дает право на получение надбавки к пенсии, компенсацию квартплаты, преференции при выборе даты отпуска, поступлении в вузы и т.

Согласно новостным источникам, российские семьи военнослужащих, погибших во время спецоперации на Украине, получат выплаты. Родным добровольцев, служащих на Украине, будет перечислено около 7 млн рублей, помимо этого, предоставляется дополнительная выплата 5 млн рублей. В целом размер единовременного пособия будет равен 12,4 млн рублей. Об этом ранее заявил президент России Владимир Путин, согласно источникам СМИ.

Отмечается, что российские военнослужащие, участвующие в спецоперации на Украине и получившие ранения, смогут оформить страховку и единоразовое пособие за ранение или контузию. Если служащий-доброволец из-за ранения не сможет проходить службу в дальнейшем, он получит выплату в размере 2,9 млн рублей. При получении инвалидности ему положена компенсация каждый месяц.

Сколько платят добровольцам?

В Ставрополье семьи военнослужащих добровольцев, которые погибли во время специальной операции на Украине, смогут получить три миллиона рублей дополнительно. Если доброволец получил легкое ранение, ему выплатят 500 000 рублей, при нанесении тяжкого вреда здоровью ему будет выплачен 1 000 000 рублей, согласно новостным источникам. Помимо этого, 1 млн будет выплачен военнослужащим, которые получат госнаграды РФ. Соответствующий закон был принят депутатами Ставропольской краевой думы.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter

“Донбассу герои не нужны” (откровения российского добровольца без купюр и комментариев)

«Хлопцы, расстреляйте!»: как все начиналось.

Русские добровольцы стали костяком войны за Новороссию, которая так и не появилась. Тысячи людей ехали со всей России на Донбасс: их ждал – Славянск, бои под Донецком, Дебальцево. Потом – воспоминания. Невысокий, но крепкий мужчина Игорь (имя изменено) из Нижнего Новгорода встретился мне, когда я добирался автостопом из замороженной Сибири в Москву. Типичная «Горка», свитер с войны и острый взгляд. Доброволец из 4-й мотострелковой бригады ЛНР был далеко не рядовым бойцом. Сказав на прощанье: «Ну, вот – доброе дело сделал!» – он растворился на темной трассе.

Я наполовину украинец, по матери. Родился в Хабаровске, в семье военных, потом их в Нижний Новгород перевели. Когда на войну собирали меня, спрашивали: «Ты, что, по своим же землякам будешь стрелять?» Отвечал, что еду раненых спасать. Как дошло до дела, то, конечно, стрелял. Не знаю – убил ли я кого на фронте. Надеюсь, не попал.

Если выключить кнопку телевизора по всей стране – меня на Донбассе и не было бы. Но когда днями показывают все, что началось на Украине после Майдана, – хочется туда. Фактически, я не выдержал уже после того, как в Одессе 2 мая народ перебили. Соврал на работе, что повезу на Донбасс гуманитарку и отправился в Луганск, взяв штурмовой рюкзак и форму. Заходил через Миллерово. На границе фсбешники тормознули – «куда?» Улыбнулись, когда я сказал, что к родственникам, и пропустили.

Луганск оказался маленьким провинциальным городком. В воздухе стояло напряжение. Были проблемы со светом, интернетом. Люди собирались у точек раздачи вай-фая и обменивались новостями. Многих война сблизила. Ныне такого нет – царит нищета, а по городу разъезжают на джипах шлюхи, легшие в свое время под Плотницкого (Автор – беседа состоялась до смещения Игоря Плотницкого).

Луганские тогда были больше за Россию, но в 2014 году воевали, как правило, мы – русские добровольцы; а хохлы орали, что хотят отсоединиться от Киева. Их казачки нацепили папахи, пили водку и бегали от Вооруженных сил Украины. Так называемые ополченцы – «опущенцы», синие от партаков: то форму надевали, то ездили за линию фронта через блокпосты ВСУ. Меня один такой взял подвезти, и вывез на позицию украинцев. Чудом спасся. Конечно, и среди добровольцев встречались мутные типы, но мы их быстро отсеивали. В полях. Из местных, хорошие бойцы были в ГБР «Бэтмен» и «Заре», пока она «Зазрей» (Автор – батальон, поддерживаемый политиком Эдуардом Лимоновым, считался личной гвардией ныне экс-главы ЛНР) не стала.

От Луганска до Дебальцева

Все свои аккаунты ВКонтакте я удалил, но на кое-каких видео с войны засветился. Первое время я в разных мелких подразделениях ЛНР находился; поначалу была куча отрядов ополчения с хаотичной структурой и координацией. Когда покидал Донбасс, то состоял уже в 4-ой бригаде Народной милиции ЛНР.

Кого только не было на Донбассе: русские со всей России, сибиряков множество, с позывным «Магадан» черт знает сколько бойцов, один русский даже из Германии приехал, куда он в девяностых переселился. Ему в ФРГ банковский счет заблокировали как «террористу». Были два итальянца. Один сжег автобус с айдаровцами (Автор – не очень понятно, о каком эпизоде войны идет речь). Едет, значит, автобус желтого цвета, а итальянец в него и зарядил из РПГ, не думая. Потом за голову схватился – вдруг там мирные?! Обошлось. Но когда увидел, сколько людей убил, не выдержал, свалил.

Столько форм, как на Донбассе, я в жизни не видел. «Флора», «Мультикам», «Цифра» – всех расцветок. И даром – от России. Были и курьезы. Выдали нам зимние масхалаты, белые. Только снега на Донбассе нет в помине. Слякоть там. Вот, когда вываляешь в грязи, тогда и маскирует.

До первого Минска все нормально было – отбивали наступления всушников. Жесткие зарубы шли, пока украинцев от Луганска не отбросили за Северский Донец и в Счастье. Потом началось: отвечать на огонь – запрет, атаковать – нельзя. Когда наши не взяли Мариуполь в сентябре 2014 – все офигели. Это полная чушь, что ВСУ и «нацики» (Автор – добровольческие батальоны Украины) русских остановили – ни те, ни другие ничего собой не представляли. К 2015 году мы подошли уже не как разрозненное ополчение. На штурме Дебальцево все, собственно, и закончилось.

Дебальцево. Был день, когда с нашей стороны было потеряно сразу почти 200 человек – 200-ми и 300-ми. Особенно «отличился» наш командир из российских офицеров, с позывным «Алмаз». Бестолковый! – народ ложил. Ребята из отряда «Август», грамотно обезвредили российских контрактников, что «Алмаза» охраняли, а ему прострелили колено. Казаки еще себя тогда проявили. Комбикорм воровали грузовиками, под минами. Еще приехала сводная группа бойцов МГБ (Министерство госбезопасности) – все в черной форме, на джипах. Покрасовались на камеры, попали под артиллерию, заголосили по рации, что у них потери; и больше мы их не видели. Город не взяли бы, если бы не русские добровольцы и российская армия.

Ныне там не война, а обмен «подарками». ВСУ выпустит по нашим 12 мин – наши в ответ накроют. И на участке фронта может стоять 200 наших бойцов и пять «коробочек» в зеленке, когда с той стороны находится до тысячи человек. Причем, у нас укрытия в такой «зеленке» – пара рядов деревьев, и все: любой артобстрел приведет к потерям. Наши позиции сняты их дронами, что постоянно в воздухе. ВСУ уже не такие раздолбаи, как были. До нормальной армии им далеко, но кое-как воевать они могут.

За время войны Украина потеряла вроде как 3000 убитыми. Мы – меньше. Но многие из погибших – добровольцы и кадровики из России. Сколько сотен? Не знаю.

Возвращался я домой первый раз автостопом; второй раз уходил раненым по эвакуации в Ростов-на-Дону. Долго никто не брал. Наконец не выдержал, надел форму – чуть ли ни первая машина взяла. Вообще, я водителем сам работаю. Люблю дальние рейсы до Байкала: красота таежная и горная открывается.

“Женевская конвенция: нет, не слышали”

В Дебальцево военнопленных было много. Был у нас один мужичок – любил пугать хохлов: разложит перед ними ножи, пилы, паяльники. Но пленных мы не пытали. Разве можно назвать истязанием затрещины, чтобы лучше думалось? А как иначе узнать, какие позиции и вооружение у врага на нашем участке фронта? Да многих бить и не приходилось: сами сразу все сдавали с потрохами. Рады стараться.

Всушников мы ненавидели. За что? Когда зачистили Дебальцево – чего только не нашли! Пайки чешские, форма из разных стран, даже обувь с мембраной, куча жратвы. Мешки на блокпостах, забитые сахаром. Пока они жировали – горожане голодали. Как нам после этого относиться к пленным? К сожалению, их всех комендатурские забирали: мыли, кормили и на обмен оформляли.

Наши же ребята возвращались из украинских подвалов, как куски мяса. Я был на одном обмене – половина людей, переданных нам Украиной, это были вчерашние селяне, которых СБУ и ВСУ специально для этого ловили. Многих наших не вернули. Либо искалечили в подвалах, так что пытки не скрыть, либо их уже нет на этом свете.

“Это не стоило тысяч загубленных жизней”

Мы могли в 2014 году идти до Киева. Спокойно. Но нужно ли это было? Я лично за социализм, за жизнь, какой я ее видел в начале 1980 годов, когда все справедливо было. В 2014 году мы обыскивали прокуратуры – находили пачки денег в сейфах с уголовными делами. На Донбассе все чьи-то кумы и сваты. Все проблемы решались взятками. Регионом десятки лет правила банда. Все оперативные наработки мы передавали российским кураторам, но результатов – ноль.

Я вот что думаю. Если бы нас не остановили, и мы бы взяли: Харьков, Днепропетровск, Киев – то, что это бы изменило? Украина – она, как дерьмо: ты его пальцами давишь, а оно между пальцами просачивается. И ничего не меняется – все те же лица рулят регионами и городами. Флаги меняют только. Как в гражданскую войну: пришли красные – хохлы кумач достают, а потом белых иконами встречают.

Хохлушки на Донбассе, красивые девки – огонь! На все готовы, чтобы ты на ней женился и вывез в Россию. Чтобы затем там бросить, ради того, кто побогаче. Так и Донбасс.

Единственный, кто что-то пытался делать для Донбасса, это Ринат Ахметов. Посылал гуманитарку, не останавливал предприятия – давал работу людям. Его я уважаю, а не эту мразь, что там правит.

Как русские зачистки от ополченцев проводили

Когда я уезжал «опущенцы» (Так собеседник, разгорячившись, именуют антисоциальную и коррумпированную прослойку в Народной милиции ЛНР)обнаглели вконец. Мало того, что, когда мы за них воюем, нам, русским, говорят, что мы чужие; так и гуманитарку из России они приноровились пропускать только за часть груза. Люди бедствовали, а этот сброд из местных наживался.

Сколько мы разных «ополченцев» в расход пускали без лишних слов в 2014 году! Грабитель, насильник, наркоман? Выводили в поле, и – бах! Или из окопа на врага гнали, и стреляли. Зачем с мразью церемониться? Нам, русским, в 2014-2015 годах, когда не совсем гайки там зажали, приходилось даже периодически донбасские городки зачищать от таких «воинов». Эти клоуны в папахах автомат держать толком не умеют, но займут населенный пункт (Имеется ввиду 2014/2015 года), да шатаются сивые, анаши ядреной накурятся вдобавок, народ терроризируют. Мы же, как СОБР: нагрянем, отработаем, порядок наведем.

Пока шла реальная война «отщепенцы» отжимали в ЛНР и ДНР машины, черт знает, по какому кругу. Местные к нам – русским, приходили и жаловались (Автор – по наблюдениям автора в 2017 году подразделения ЛНР очистили от мародеров, а российских добровольцев так же хватает ). Это полный бред, что бойцы из России ехали на войну грабить. На автомобиле с украинскими номерами и без документов у нас долго не поездишь. Кстати, знаешь, почему на Донбассе в свое время стало появляться все больше российских номеров? «Опущенцы» боялись такие машины уводить.

“Как вспомнишь о Донбассе – аж мерзко становится”

Помню, Плотницкий к нам приехал в часть: квартиры и машины обещает, медальки вешает. Зачем мне квартира в Луганске? У меня своя есть в Нижнем Новгороде. Я ради людей воевал. А Плотницкий зачистил ЛНР от всех, более или менее заметных участников 2014 года. Мне надо было уходить с Донбасса еще до Дебальцева, чтобы не видеть, как убивают Беднова (начштаба 4-й бригады), Мозгового (комбриг «Призрака»), Дремова (комполка «Им. Платова»), а ребят таскают на допросы бывшие укропские прокуроры. И как русских добровольцев признают подсудными.

Луганские комбаты, получив технику и оружие из России, кем-то себя вообразили. Думали, Новороссия будет, делали вид, что в стороне от Плотницкого стоят, как Мозговой. Паша Дремов все выступал за народ, копию своей флешки с компроматом на Плотницкого даже в ФСБ отправлял. Поубивали. Даже безобидного дурачка «Коммуниста» (Виталия Киселева, замглавы Народной милиции ЛНР, убит после ареста) на подвал бросили.

Против меня дело возбуждали. Когда летом 2014 года мы обороняли подходы к Луганску, я реквизировал на одной станции техобслуживания две легковушки. Тридцать раненых на них эвакуировали. Потом пригнали машины обратно, с пулевыми отверстиями – забирайте! Оказывается, мы – мародеры!

В ДНР то же самое. Зачистили даже Моторолу. Его мы называли «Пиночет». Он, такой смешной приехал на московский съезд ветеранов Донбасса в гостиницу Измайловская. Рыжий, мелкий, в папахе. Батальон «Спарта» воевал, конечно. Но, одно дело – долбить в лобовые атаки никому не нужный аэропорт, а другое – с флангов окружить, и поджарить «киборгов». Зато Моторола в телевизоре. Был.

Герои 2014 года либо погибли, либо вернулись домой – в Россию (Автор – это традиционная позиция многих ветеранов, при этом участники летних боев 2014 года все также широко представлены на фронте). Местные тоже уходят из армии. Им хуже всего – в Украину не вернуться, на Донбассе им делать нечего, а в России они не нужны. Сколько я таких знаю! Например, парня из киевского «Беркута», или мужика и девушку из Днепропетровска. Как говорится, «герои нам не нужны». Медальки пораздавали, и на этом – все. Мне-то легко. Поехал в Россию, заработал 500 долларов и обратно. А у них нет ничего. Помогаем таким, чем можем.

Ехать ли на Донбасс? Войны там нет, как и идеи. Есть бардак на много лет и желание местных тебя использовать. Как вспомнишь о Донбассе – аж мерзко на душе становится! Но если все снова там начнется – соберусь и вернусь на фронт.

В минувшую пятницу депутаты приняли закон, наделяющий статусом ветеранов и инвалидов боевых действий пограничников, которые выполняют задачи на российско-украинской границе и приграничных территориях, прилегающих к зоне специальной военной операции.

Ранее статус ветерана и инвалида боевых действий был предоставлен лицам, выполняющим задачи в ходе специальной военной операции на территории Украины, Донецкой и Луганской народных республик с 24 февраля 2022 года, а также участвующим в СВО гражданским специалистам.

Рассказываем, какие льготы положены ветеранам боевых действий.

Ветераны боевых действий имеют право на компенсацию платы за наем и содержание жилого помещения в размере 50 %. Это касается услуг по управлению жилым домом, содержания и ремонта общего имущества в многоквартирном доме, а также взноса на капремонт.

Также ветераны боевых действий не платят налог на имущество: квартиру, дом, гараж. Льготу предоставляют на один объект каждого вида, например одну квартиру, один дом и один гараж одновременно.

Не нужно платить и земельный налог с шести соток. Его начисляют только с превышения этой площади.

Льгота на транспортный налог зависит от региона.

После выхода на пенсию ветераны могут обслуживаться в тех же поликлиниках и больницах, к которым были прикреплены и в период службы.

Кроме того, им вне очереди оказывают медицинскую помощь в рамках программы госгарантий.

Ветераны боевых действий могут брать ежегодный отпуск в удобное для них время. Еще у них есть право на отпуск без сохранения заработной платы сроком до 35 дней.

Получить профессиональное обучение и дополнительное профессиональное образование ветераны боевых действий могут за счет работодателя.

Ежемесячные выплаты и доплаты к пенсии

Ветераны боевых действий могут рассчитывать на ежемесячную денежную выплату. С 1 февраля 2022 года она составляет 3481,85 руб. Дополнительно положен набор социальных услуг (бесплатный проезд, путевка в санаторий и лекарства). Если от этих льгот отказаться, денежное пособие можно увеличить.

Пенсия за выслугу лет, по инвалидности или потере кормильца увеличивается на 32 % от размера социальной пенсии.

Где прочитать подробности:

  • основное: ст. 16 ФЗ от 12.01.1995 № 5-ФЗ;
  • о ежемесячной выплате: ст. 23.1 ФЗ от 12.01.1995 № 5-ФЗ;
  • о налоговых льготах: ст. 391 и ст. 407 НК РФ;
  • о пенсии: ст. 45 закона РФ от 12.02.1993 № 4468-I.

Кроме этого, меры поддержки ветеранов боевых действий также могут устанавливать регионы.

Среди тех, кто сейчас сражается с нацизмом в Донбассе, все больше людей, которые совсем недавно были далеки от военного дела. Нелегкую науку побеждать добровольцы осваивают на тренировочной базе Российского университета спецназа в Чеченской республике — одного из крупнейших военных центров в мире.

С высоты птичьего полета база выглядит как небольшой город. Тут площадки для парашютно-десантной, горной, водолазной и лесной подготовки. 13 стрелковых галерей, в том числе и для снайперов. Там проходили подготовку десятки элитных подразделений из разных стран.

Большинство инструкторов — чемпионы мира по военным дисциплинам. Сейчас именно они обучают добровольцев со всей России тому, что потребуется на передовой: читать карту, вести разведку, стрелять из легкого и тяжелого оружия и другим навыкам. За последние месяцы программу освоили более трех тысяч человек, которые воюют на самых тяжелых участках фронта. Стать добровольцем и пройти курс может каждый.

Рамзан Кадыров: «Фонд полностью покупает форму, одежду. Министерство обороны полностью выделяет оружие. Как универсальный солдат бывает готовым ко всему. Я приглашаю добровольцев к нам в республику. У нас есть все условия, все обеспечения и все условия будут созданы. Украина — это просто название. НАТО воюет против России. Они выделяют миллиарды, они выделяют оружие, они выделяют своих специалистов. Мы видели их, мы уничтожали их. Поэтому добровольцев должно быть, я считаю, сотни тысяч. В Чеченскую республику приезжают со всей России: русские, татары, ингуши, дагестанцы. Все очень разных национальностей. И когда им задаешь вопрос: зачем тебе это нужно? Они отвечают: чтобы защитить свою Родину. Нам нужно, чтобы они максимально были аккуратными и вели борьбу, соблюдая тактику, как их обучали. Эти ребята, которые приезжают, они не просто с улицы, у них опыт есть. Такие смелые ребята, чувствуется, от них веет дух. Поэтому я рад, что есть у нас такие, хоть один, а их тысячи, каждый день приезжают. Быть добровольцем — это высшая награда. Его никто не призывает, он сам вышел, сам встал на защиту своей Родины».

В связи с частичной мобилизацией на портале “Госуслуги” зарегистрировано порядка 70 000 запросов на данную тему, об этом заявило Правительство РФ. Теперь в помощь россиянам запущено два новых сервиса, позволяющих разобраться с большинством возникающих вопросов. Первый — для желающих отправиться в зону проведения специальной военной операции (СВО) в качестве добровольцев, а второй — для тех, кого в рамках мобилизации призвали по ошибке. Как пояснили Лайфу источники в правительственном аппарате, вопрос о необходимости таких сервисов обсуждался практически с первых дней, как только президент РФ объявил о частичной мобилизации. Необходимые доработки “Госуслуг” делались, насколько это возможно, быстро и вот почему: в рамках мобилизационных мероприятий военкоматы сразу были нацелены на призыв по конкретным военно-учётным специальностям в первую очередь мужчин в возрасте около 35 лет. Однако помимо этой категории граждан в России есть немало тех, кто и без призыва хотел бы помочь в зоне специальной военной операции (СВО), и самое главное — среди этих россиян немало тех, кто умеет обращаться с военной техникой и оружием. В связи с этим для добровольцев, желающих поехать на военную службу в зону СВО, определено и установлено несколько других критериев допустимости, которые позволяют выйти за рамки, очерченные Минобороны для специалистов, востребованных сейчас Вооружёнными силами РФ. Например, снижены требования по возрастным ограничениям или военной специальности. Аналогично проецируется ситуация и с теми, кто получил повестку о частичной мобилизации, но в силу объективных факторов, например состояния здоровья, призван быть не может.

Что делают добровольцы на донбассе

Кто может стать добровольцемСогласно информации официального сервиса “Стать добровольцем”, записаться в военкомат для прохождения службы по контракту могут граждане РФ, которые находятся в запасе вооружённых сил и годны по состоянию здоровья. А вот для записи в добровольческий отряд наличие опыта военной службы необязательно, достаточно заниматься стрелковыми видами спорта, состоять в охотничьей организации, казачьей общине или иметь отношение к службе в любом силовом ведомстве. При этом, само-собой, в состав добровольческих формирований не попадут граждане старше 60 лет либо имеющие заболевания, препятствующие возможности выполнять боевые задачи. А вот все остальные граждане, даже без военной подготовки, подать заявление могут. Сейчас в России при участии ветеранских организаций, казачьих формирований и военно-патриотических клубов уже создано более 40 ​​добровольческих отрядов, некоторые из них принимают участие в СВО. — Те добровольцы, которые уже прибывают в зону СВО, зачастую даже более мотивированы, чем обычные контрактники, — пояснил директор Центра общественно-политических исследований Владимир Евсеев. — Не секрет, что военные навыки можно получить при обучении, но без наличия мотивации к победе действовать в боевых условиях сложно. И в этой связи наличие добровольцев просто обязательно, кстати, они уже показали себя исключительно с положительной стороны. Если бы сейчас на линии боевого соприкосновения присутствовало около 50 000 мотивированных добровольцев, обстановка точно поменялась бы в худшую для противника сторону.

Что делают добровольцы на донбассе

Как записаться в добровольцыСейчас для тех, кто не получил повестку, но хочет принять участие в СВО, есть два варианта: первый — самостоятельно прийти в военкомат, и второй — записаться через сервис “Госуслуг” и получить на свой запрос онлайн-ответ. Для большинства второй вариант более удобен. Там всё просто: нужно зайти на “Госуслуги”, перейти в сервис “Стать добровольцем” по клику на баннере на главной странице портала или с помощью цифрового помощника, ознакомиться с критериями отбора, заполнить анкету (часть данных подгрузится автоматически из личного кабинета), выбрать ближайший военкомат и отправить заявку. Ответ на обращение придёт в личный кабинет “Госуслуг” в течение двух дней, и в ответном сообщении назначат дату и точное время посещения военкомата. При этом, если отправитель заявки передумает, он может в военкомат не приходить — никаких юридических обязательств оформление заявки не создаёт. Кстати, те, кто будет зачислен в добровольческие отряды, тоже получат статус участника боевых действий со всеми положенными льготами и гарантиями, включая сохранение рабочих мест, отсрочку по кредитам и уплате налогов.

Что делают добровольцы на донбассе

На что можно онлайн пожаловатьсяПомимо записи в добровольцы на портале “Госуслуги” теперь можно подать жалобу на решение призывной комиссии. Рассмотрению подлежат как случаи отказа в допуске к участию в СВО, так и, наоборот, ситуации, когда повестку прислали ошибочно и указанный в ней человек не подпадает под условия призыва. Подать заявление об ошибке может как сам гражданин, так и его родственники. Заявителю понадобится указать сведения о мобилизованном, реквизиты повестки и документы, подтверждающие основание для отсрочки. Обращение автоматически попадёт в призывную региональную комиссию по разбору жалоб, теперь такие есть в каждом регионе РФ. Решение по каждой онлайн-заявке отслеживается и контролируется. Тем, кто считает, что их права на отсрочку от призыва нарушены, также имеет смысл обращаться в региональную группу общероссийского объединения Народный фронт (ОНФ), полный список центров можно найти тут.

Что делают добровольцы на донбассе

Что делают добровольцы на донбассе

Для комментирования авторизуйтесь!

В войне в Украине принимают участие не только кадровые российские военные, но и так называемые добровольцы. До лета их отправляли на фронт через батальоны “БАРС” (боевой армейский резерв страны), а позднее — через именные батальоны, которые формируются в регионах России. Те, кто уже вернулся с фронта и были теми самыми первыми добровольцами, признаются, что чувствуют себя обманутыми: они получили только заплату без остальных привилегий, а официальная компенсация в случае смерти таких военных в два раза меньше, чем у добровольцев-контрактников. “Idel. Реалии” поговорили с татарстанцами, вернувшимися из Украины, и попытались разобраться в том, что такое батальоны “БАРС” и почему власти не хотят признавать их “настоящими военными”.

Все имена военных-добровольцев изменены в целях их безопасности. “Idel. Реалии” знают их настоящие имена, у редакции есть подтверждения, что они действительно находились в качестве военных в Украине в обозначенные ими сроки.

ПОГИБШИЕ

До конца непонятно, сколько человек из Татарстана либо уже принимали участие и вернулись, либо находятся прямо сейчас в Украине в качестве солдат и офицеров. Известно одно: с начала войны погибло как минимум 107 мужчин из республики. Их смерть подтвердили или родственники, или местные власти. Восемь из них — добровольцы.

По подсчетам “Idel. Реалии” на 10 августа, на войне погибли как минимум 1 148 человек из республик и областей Поволжья, смерть которых так или иначе признала российская сторона.

ВИКТОР

Добровольцев одного из батальонов “БАРС” довозят на машинах до военной части в Ростовской области, где они должны забрать свои документы и отправиться домой после двух месяцев службы в Украине. Как только они выходят из машин, те уезжают, оставляя мужчин одних.

Военная часть располагается в поле, примерно в 10 километрах от трассы; рядом нет никаких населенных пунктов.

Из части выходит офицер. Он отдает добровольцам их документы в пакетах: телефоны, паспорта, военные билеты.

— А как нам до Ростова добраться? — спрашивает Виктор (имя изменено).

— Трасса вот там, — отвечает ему офицер и уходит.

У мужчин нет наличных денег, трасса далеко. Но делать нечего. Позже, уже на трассе, они принимают решение ловить попутку, но перед ними неожиданно останавливается пустой военный грузовик с буквой Z.

— Что, ребят, на Ростов? Давайте, запрыгивайте, — говорит им водитель.

Виктор уверен, что водитель того грузовика не впервые встречает солдат, которые пешком идут из части до вокзала в Ростове-на-Дону.

— Он нас не смог довести до самого Ростова, но хотя бы до цивилизации. Остановился, мы пошли к банкомату ВТБ. У кого-то на карточках вообще ноль был. Говорят, что работники банка у нескольких десятков человек из батальона потеряли реквизиты. У меня было несколько тысяч рублей. Мы сняли, скинулись и добрались до дома. Вот такое отношение. Хотя бы до вокзала довезли, — возмущается Виктор. — Мы пошли добровольно помочь своей армии, а с ее стороны такое отношение.

Почти все добровольцы из батальона “БАРС”, с которыми удалось побеседовать журналисту издания, признавались — такого отношения к себе они не ожидали.

Что делают добровольцы на донбассе

Непосредственно Виктор, по его словам, получил только 330 тысяч рублей за два месяца службы. Хотя им обещали 410 тысяч. “А кому-то из моего батальона — мы созванивались с Пермью, с Нижним Новгородом — вообще ничего не пришло, кому-то 20 тысяч”, — добавляет он.

Виктор до этого уже служил — у него есть боевой опыт. Он рассказывает, что раньше никогда не встречал такого отношения.

Схожую историю — что во главе роты или даже выше ставят людей без боевого опыта — подтвердили и другие собеседники из других батальонов “БАРС”.

Это далеко не все проблемы, с которыми столкнулись военные-добровольцы. Отсутствие нормального обмундирования, оружия, формы, невозможность получить боевые (8 тысяч в день), отсутствие начислений за выслугу лет — вот неполный список того, что перечислили собеседники.

Причина, почему все вышло так, уверены они, в том, что их не считают за настоящих военных. Важный вопрос — это контракт, который они заключали в военной части, и с кем он был в итоге подписан. Сами же собеседники не могут однозначно на него ответить.

Уже на месте подполковник из Казани, который ехал с ними, переговорил с местным полковником, тот в свою очередь провел беседу с добровольцами. После они отправились заполнять договоры, контракты и оформлять карты ВТБ: “Тут же были девочки и мальчики из банка, которые выдавали карточки”.

Виктор уверен: в том, что им не доплатили за работу, нет вины военкомата в Татарстане; это в первую очередь вина части в Ростовской области.

— Договоры составлялись и подписывались на полигоне в Ростовской области. Мы думали, что подписываем договор с Минобороны. В договоре, насколько я помню, тоже было указано так. Я подполковнику, который был с нами, задал вопрос. Он мне ответил: “Вы не имеете отношения к Вооруженным силам, вы партизаны”. Выходит, что мы как батальон “Ахмат” и вот эти все. Они же тоже не имеют отношения к вооруженным силам — добровольцы, — рассуждает Виктор.

БАТАЛЬОНЫ “БАРС”

О том, что в России появится некий “Боевой резерв армии специальный (или страны — везде разная информация)”, впервые серьезно заговорили летом-осенью 2021 года. Сам же указ президент России Владимир Путин подписал еще в 2015 году, но с тех пор о нем не только не говорили, но и не предпринимали каких-либо реальных действий. Смысл “БАРСа” был в том, чтобы включить российских мужчин в список резервистов, доплачивать им небольшую сумму (от 60 тысяч рублей в год), отправлять на сборы (на один месяц в году), а в случае необходимости — еще и на учения или войну.

“Заключившим контракт гарантируются финансовое стимулирование, упрощенное поступление в вузы Минобороны России, карьерный рост, получение навыков вождения боевой техники, стрельбы из всех видов вооружения, квалифицированное медицинское обслуживание и многое другое”, — писали на сайтах администраций и государственных СМИ осенью 2021 года.

Там обещали, что поступление граждан в мобилизационный людской резерв осуществляется путем заключения контракта с Министерством обороны РФ. Так ли это — до конца не известно. Однако сейчас, в условиях военных действий в Украине, налицо отхождения от первоначальной идеи. Например, предполагалось, что солдат, матросов, сержантов, старшин могут принять в резерв только в возрасте до 42 лет; майоров, капитанов 3 ранга, подполковников, капитанов 2 ранга — до 52 лет; полковников, капитанов 1 ранга — до 57 лет.

Однако большая часть из тех, с кем удалось побеседовать “Idel. Реалии”, оказались сильно старше этого возраста. Большинство из них — офицеры запаса, но отправились на войну как обычные солдаты. Более того, они сообщили, что средний возраст добровольцев в их батальонах — около 45-50 лет.

Официального сайта батальонов “БАРС” нет. Но есть неофициальный, который посвящён “новому проекту министерства обороны “БАРС-2021”. Эта страница находится не на официальном сайте министерства, а в свободной доменной зоне ws. Она была создана при помощи общедоступного инструмента для строительства сайтов Tilda. На сайте сказано, что набор в мобилизационный людской резерв проводит некая “команда вежливых людей” и министерство обороны. В разделе контакты указаны телефоны военкоматов.

Руслан Левиев, глава независимой организации Conflict Intelligence Team (CIT), в разговоре с “Idel. Реалии” отметил, что “БАРС” является “продуктом” Минобороны России”.

— Расшифровывается как “боевой армейский резерв страны”. Из того, что мы знали про “БАРС” тогда: любой желающий мог подписать контракт с “БАРС”, пройти обучение, получить форму, получить скромную доплату и попасть в резерв. Наша гипотеза заключается в том, что нынешние “БАРСы” (а их несколько, они “номерные”) набраны как раз из этого резерва. Есть всякие “БАРС-2”, “БАРС-3”, “БАРС-5” и прочие. Мы полагаем, что часть из них действует под началом Минобороны России и им же и оплачивается. Часть же отдана под СДД (Союз добровольцев Донбасса). Ранее в интернете публиковалось объяснение СДД, что вот такие-то “БАРСы” (назывались номера) относятся к нам и их военнослужащие получают компенсации от нас. А другие — не относятся, поэтому претензии по компенсациям должны предъявляться другим. Никаких ЧВК тут нет, это байки. Напомню, что и группа Вагнера тоже не является ЧВК, — заявил он.

Отметим, что есть свидетельства о как минимум двадцати подобных “номерных” батальонах “БАРСа”. Собеседники “Idel. Реалии” сообщили, что речь может идти о 10 тысячах добровольцев, которые сейчас принимают участие в войне в Украине.

4 августа командир отряда “БАРС-13” Сергей Фомченков рассказал интернет-изданию Украина. ру, как российские добровольцы воюют на изюмском и славянском направлениях. Он также отметил, что “БАРС-13” сформирован как военное подразделение Союза добровольцев Донбасса:

— В основном граждане России — добровольцы, которые захотели участвовать в “специальной военной операции”. В нашей стране впервые стали разрешать добровольцами участвовать в военных действиях. Раньше эта практика в Донбассе в 2014-2015 годах была хаотично-самодеятельная, не всегда одобряемая из России. А с начала СВО встал вопрос, как люди, которые желают поучаствовать в происходящем, имеющие боевой опыт, желание, соответствующую мотивацию, принять участие, если они не военнослужащие российской армии. Была использована система специального боевого армейского резерва “Барс” для того, чтобы привлечь добровольцев к этой операции. Через Союз добровольцев Донбасса и лично через Александра Бородая я получил возможность сформировать отряд.

Союз добровольцев Донбасса возглавляет депутат Государственной думы РФ, экс-премьер “ДНР” Александр Бородай.

В социальных сетях можно найти десятки публикаций, как люди или организации собирают “гуманитарную помощь” для батальонов добровольцев “БАРС”.

АЛЕКСАНДР

Когда добровольцы из другого батальона “БАРС” вернулись в Ростовскую область, они стали возмущаться, что им не выплачивают деньги, а военное руководство ведет себя непрофессионально. Они вызвали генерала и хотели перекрыть федеральную трассу.

Мужчина родился в Татарстане. В беседе с корреспондентом “Idel. Реалии” он рассказывает, что недоволен тем, что ему заплатили только зарплату — “копейки”.

— 205 тысяч рублей заплатили за месяц, а боевые не платили — это 8 тысяч в день. За звание тоже не платили. Мы отправляли запрос о том, что мы принимали участие в военных действиях, но нет, мы ноль, мы никто — обидно, — продолжает он.

Что делают добровольцы на донбассе

Антоновский мост через Днепр, соединяющий Херсон с левобережьем, после первых ударов ВСУ. Херсон, 20 июля 2022 года

Мужчина вспоминает, как попал на войну. Александр пришел в военкомат в своем городе, чтобы узнать, как попасть в Украину добровольцем.

Александр уточняет, что первоначально они не предполагали, что все будет именно так:

БОРИС

Другой доброволец из “БАРСа” — Борис (имя изменено) — отмечает, что кому-то из семей за смерть заплатили, а кому-то нет:

— Знаю, что скоро привезут еще одного погибшего из “БАРСА” в Татарстан. Его родственники уже приходили и оформляли документы на семь миллионов, а семья другого погибшего мне сказала, что ничего не получила. Я вот не пойму, где собака зарыта: это чиновники тормозят, или механизм не откатан. По добровольцам, по крайней мере.

Позднее в разговоре с “Idel. Реалии” он уточнил, что в итоге в Татарстане платят семь миллионов рублей за смерть добровольца из “БАРСа”, при этом за смерть контрактника платят в два раза больше — 14 миллионов. Но ситуация зависит от региона: где-то, как в Татарстане, процесс идет, а где-то — нет.

При этом Борис, в отличии от остальных, думает, что у некоторых из тех, кто был в “БАРСе”, ожидания не совпали с действительностью.

— У меня это не первая война, я, естественно, взял и подменку, еще форму взял с собой, у меня еще с советских времен осталось, и берцы, и кроссовки, и сапоги резиновые, — говорит Борис. — В общем, у меня было два рюкзака. Питания я много взял: тушенку, колбасу, консервы, дошираки. Конечно, были те, кто думал, что они сейчас приедут и их оденут по самые не хочу. В итоге поняли, что и постираться там негде, и переодеться не во что. Ходили потом по заброшенным домам и искали кроссовки.

Борис был одним из тех, кто рассказал и историю про попытку перекрыть трассу из-за того, что солдатам не выплатили деньги. “А как людям возвращаться? Некоторые были с Дальнего востока. Устроили там шухер, после этого начали выдавать только документы и деньги”, — констатирует он.

Мужчина рассказывает, что у него “были обезличенные документы, там не было написано, с кем заключен контракт”:

— Я пришел в военкомат, написал заявление, что хочу уйти добровольцем. И все. И дальше военкомат оформлял заявление, всякая такая канитель, копии документов привозил, дальше они ушли в Казань и все. Даже зарплата у нас шла не так, как у контрактников. У нас назначение платежа — это непонятно что, какая-то помощь, чуть ли не детское пособие.

Он также отмечает, что деньги от Минобороны ему никогда не приходили.

— Когда мы подписывали документы, наверху, в шапке документа, не было ничего указано, с кем мы подписываем, но они постфактум могут написать все, что им угодно. Ужасно это, никаких концов не найдешь. Очень обидно, что боевые не заплатили, — говорит Борис.

Такие же истории “Idel. Реалии” рассказали все остальные собеседники, которые остались недовольны выплатами и отсутствием привилегий “настоящего военного контрактника”.

Получить копию контракта от собеседников “Idel. Реалии” не удалось — с их слов, у них на руках не оказалось документов. В Минобороны РФ пока не ответили на вопросы редакции.

— Мы вроде были прикреплены к дивизии, оружие и патроны получали так же, как и все, мы не были предоставлены сами себе на передовой, всегда были на связи с другими военными. Это же не махновщина какая-то. Но у нас, среди “БАРСовцев”, никто ничего не понимает, — делится Борис.

ВОЕНКОМАТ

8 июля добровольцы-контрактники из разных районов Татарстана прибыли в Танковое училище в Казани, чтобы получить снаряжение и отправиться в составе именного батальона “Алга” на полигон в Оренбургскую область для “военного слаживания” (это обучение перед тем, как отправиться на войну).

На фотографиях и видео того дня видно, что военным выдают новое обмундирование — разгрузочный жилет и бронежилеты, шлем, противоосколочные очки, наколенники, налокотники и т.

После, как отмечали в СМИ, был митинг, а следом — торжественное отбытие: шесть белых автобусов отправились в Оренбургскую область под звуки “Прощания славянки”. Несколько десятков их родственников и друзей махали им вслед.

Добровольцев из “БАРСа” отправляли на службу не так. Ничего торжественного не было, только военкомат — автобус до Ростовской области — фронт. Чтобы понять, почему так случилось, нужно разобраться в том, в чем отличия между “Алга”, “Тимер” и батальонами “БАРС”.

10 июня в официальных пабликах государственных СМИ Татарстана появилась информация, что “казанский военкомат пригласил на службу мужчин до 49 лет, ранее служивших в армии”. Из объявления следует, что добровольцам обещают “стабильную зарплату от 205 до 270 тысяч рублей в зависимости от специальности” и разные бонусы. “Так, за лето вы сможете заработать около миллиона рублей!” — говорилось в объявлении.

Это были первые сообщения о наборе в именные батальоны Татарстана. К тому моменту уже несколько регионов начали их набирать.

Татарстанцам, которые решат вступить в батальоны (“Алга” уже сформирован и отправился для прохождения обучения — “боевого слаживания”), обещают 260 тысяч рублей для того, чтобы “семья могла жить это время без кормильца”, а также $53 в день “гарантированно”, 8 000 рублей в день при участии в активных боевых действиях, “солидную экипировку”, “серьезный набор пособий и страховое, материальную помощь родственникам, пожизненные льготы”.

Что делают добровольцы на донбассе

Но и это еще не все. “За боевые успехи” обещают премии. Под “боевыми успехами” подразумевается уничтожение техники и солдат “врага”: 300 тысяч рублей — за самолет, 200 тысяч — за вертолет, 50 тысяч — за беспилотник, 300 тысяч — за танк, 50 тысяч — за другую технику и 100 тысяч “наиболее отличившимся бойцам за уничтожение живой силы”.

Судя по тому, что рассказали сразу несколько добровольцев, которые уже ходили воевать в “БАРСе”, в военкоматах Татарстана сейчас предлагают отправляться не добровольцами в “БАРС”, а в именные батальоны — “Алга” и “Тимер” (“Алга” в переводе с татарского — “вперед”, а “Тимер” — “железный”), в которые стали набирать с начала июня. “Idel. Реалии” решили проверить это и позвонили в Военный комиссариат Татарстана под видом желающего отправиться на фронт.

Выяснилось, что 260 тысяч от республики, которые до этого обещали выделить единовременно, в итоге будут выплачивать по новой схеме — по 15 тысяч рублей по пятницам четыре недели (это время для “боевого слаживания” на территории России), а потом 200 тысяч сразу, как только батальон пересечет границу России и Украины. То же самое рассказали и власти Татарстана. Кстати, это деньги из резервного фонда правительства республики.

— После того, как вы пересекаете границу, то вам начинает платить Минобороны, как всем военнослужащим. Проживание будет в современных палатках, с кондиционерами. Условия неплохие. Полностью обмундирование покупает вам республика. Новая военная техника, всякие там квадрокоптеры, обмундирование зарубежное качественное — все будет у вас, — рассказывает сотрудник комиссариата РТ.

Там же уточнили: чтобы попасть в батальон, нужно не быть судимым, а также не иметь дел с наркотиками. Самое главное — пройти медкомиссию. “Если все нормально пройдет, мы вас туда отправляем: “Алга” — в Оренбургской, а “Тимер” — в Нижегородской области”, — уточняет сотрудник.

У него же решаем поинтересоваться, а есть ли выбор — идти в именные батальоны или просто добровольцем. Но мужчина уверяет — лучше в батальоны.

— Мы там прямо на передовой будем? — задаем вопрос.

— Да-да, однозначно. Не будет такого, что вы в тылу будете: кашу варить, еду раздавать, гуманитарку принимать. Такого не будет. Это будут батальоны, которые будут прямо на передовой работать.

Татарстанские батальоны пока не отправились в Украину. Поэтому и проверить, будут ли выплачивать военным то, что обещают, и что именно они будут делать на фронте, — проверить не удастся. А вот батальонам “БАРС”, по словам собеседников “Idel. Реалии”, обещали “кашу варить, еду раздавать, гуманитарку принимать”, а также то, что они будут “настоящими военными”. Но в военной части перед отправкой в Украину все изменилось.

Военный комиссар Мензелинского района Татарстана Сергей Владимиров на мероприятии по отправке четырех местных жителей в батальон “Алга” заявил, что “их лица должны висеть на доске почета, потому что это честно”, а также вспомнил, что “примерно в эти дни, 23 июня 1941 года, первый отряд из 30 мензелинцев точно так же уходил на фронт, когда коричневая чума начала угрожать стране”.

— И вот прошел 81 год. И сегодня мы провожаем первый сводный отряд мензелинцев для комплектования республиканского батальона “Алга”. Верю, что поставленные задачи будут выполнены. Победа будет за нами!

Далее на видео следует кадр, как Владимиров делает совместное фото с четырьмя добровольцами; их лица размыты, чтобы скрыть их личность. Однако их незаблюренные фотографии можно найти в других публикациях районных СМИ.

Добровольцы и контрактники часто скрывают свои лица за балаклавами. В СМИ можно встретить такое объяснение: чтобы никто не смог как-то повлиять на их семьи. Однако собеседники “Idel. Реалии” из нескольких батальонов подчеркнули: сами солдаты не хотят, чтобы кто-то знал, что они воевали в Украине.

“ЕСЛИ ЕЩЕ ПОЗОВУТ, МЫ ОТЗОВЕМСЯ”

Среди собеседников “Idel. Реалии” нашлись и те, кто оказался очень даже доволен службой, ее условиями и даже не стал скрывать своего имени. 56-летний нижнекамец Фергат Багаутдинов, как и остальные наши собеседники, решил отправиться на войну, но не растерял настроя. В разговоре с ним то и дело выскакивают: “поехал за идею”, “не падал духом”, “если еще позовут, то мы отзовемся”, “победа на верном пути”, “победить нечистую силу” и т. Такой риторики от других добровольцев, с кем нам удалось поговорить, не было.

Что делают добровольцы на донбассе

Багаутдинов, в отличии от остальных собеседников, не был в “БАРСе”, “Алге” или “Тимере”, но был, как и остальные, добровольцем. Еще одно его отличие — он не был на передовой и работал поваром.

При этом он утверждает, что все обмундирование ему выдали “благодаря обеспечению со стороны военкоматов Казани и Ростова”. На все уточняющие вопросы о том, что другие его коллеги говорят об обратном, он отвечал, что проблема сейчас в том, что “у Украины нет мира”:

— Нет покоя, спокойствия, мира нет там, где мы были. Вот этого нету. Наше присутствие там не будет лишним. Мы же туда пришли как бы с миром — помогать населению, но и отвечать на жесткие неадекватные действия тех, которые настроены против мира и согласия. Повторюсь: чего там не было, так это мира, добра и согласия. Дай бог, нашими силами, совместными силами, все это будет.

На вопрос, был ли мир в Украине до вторжения России, он не ответил.

Борис утверждает, что Багаутдинову просто повезло. Вероятно, предполагает он, из-за возраста и по причине того, что у него не было до этого боевого опыта. “Таких людей вообще не было на передовой, мы их вообще не видели. Они только баланду варили”, — рассказывает он.

НАДЕЖДЫ НА РЕСПУБЛИКУ И ЗАКОН

Однако Виктор, который рассказывал “Idel. Реалии”, как он с сослуживцами пытался добраться из части в Ростов, а потом домой, говорит, что уже вот-вот готов отправиться в Украину снова — через “Алгу”.

Борис, в отличие от своих коллег, надеется, что это недоразумение, которое каким-то образом все же разрешится.

— Для нас тоже было удивительно, когда сутками на позициях торчим, когда артиллерия утюжит, но добровольцам за это доплаты не было. Нам говорили в самом начале, что будем там на вторых ролях, в тылу, а когда туда приехали, нам сразу сказали, чтобы мы не думали, что будем в тылу, мы будем на передовой. Военкомат и сам ничего не знал. Надеюсь, что закон о ветеранах изменят и там появится слово “доброволец”, — заключает он.

Восстановление Донбасса

Для восстановления республик Донбасса есть специальные гуманитарные миссии #Мывместе. Эта программа реализуется в соответствии с указом президента страны Владимира Путина.

Сама она направлена на поддержку волонтерской деятельности, а также на оказание помощи жителям и социально значимым организациям ЛНР и ДНР.

Как стать волонтером в Донбассе

Чтобы узнать, какие миссии доступны в данный момент и оставить заявку для вступления ряды добровольцев, нужно зайти на сайт Мывместе. Сверху на главной странице есть переходы в разделы «Гуманитарные миссии», «Гуманитарная помощь» и «Помощь переселенцам». Здесь же можно сделать добровольное пожертвование или подать заявку для помощи людям.

На сайте написаны все условия и этапы, которые следует пройти прежде, чем стать волонтером.

Как идет набор волонтеров в Донбассе

Отбор добровольцев для помощи людям состоит из четырех этапов:

  • Предварительный
  • Заявочный
  • Отборочный
  • Подготовительный

На первом этапе сторона, которая примет активистов, подает заявку на проведение гуманитарной миссии. Она подробно рассказывает о себе и о том, чем придется заниматься волонтерам.

После этого проводятся переговоры с представителями принимающей организации. Могут быть запрошены дополнительные документы или появится уточненная информация.

После утверждения технического задания и объемов работ публикуют вакансии для отбора добровольцев на участие в гуманитарной миссии.

Как проходит отбор добровольцев для помощи в Донбассе

После публикации вакансии добровольцы должны подать заявку на сайте Добро. Это является заявочным этапом.

Если человек подходит, то начинается отборочный этап, который включает в себя тестирование и онлайн-курс по организации добровольческой деятельности.

Далее пройдет индивидуальное собеседование, которое позволит понять мотивацию и уровень компетенций человека. Ему зададут вопросы о профильном образовании и опыте работы.

Все результаты передадут в рабочую группу, кандидатам итоги тестирования и собеседования не показывают.

Далее нужно будет заполнить договор, после чего пройти очное обучение на базе Штаба #МЫВМЕСТЕ в Ростовской области. И только после этого человек поедет помогать жителям Донбасса.

Какие льготы у добровольцев на Донбасс?

Ветераны боевых действий могут рассчитывать на ежемесячную денежную выплату. С 1 февраля 2022 года она составляет 3481,85 руб. Дополнительно положен набор социальных услуг (бесплатный проезд, путевка в санаторий и лекарства). Если от этих льгот отказаться, денежное пособие можно увеличить

Кто может стать добровольцем на Донбасс?

Как стать волонтером Для участия в программе есть два базовых условия: гражданство РФ и возраст не менее 18 лет. Кроме этого, при рассмотрении заявки о волонтерской помощи учитываются такие факторы, как волонтерский опыт, подтвержденные знания в конкретной профессиональной сфере, стаж

Кто такие добровольцы на войне?

На войну в Украину россияне- добровольцы сейчас попадают тремя способами: подписав краткосрочный контракт с минобороны приехав в Чечню и подписав там трехмесячный контракт с Росгвардией 20 июн

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.