Добровольцы едут на своих машинах в Донбасс

“Сообщил, что его собираются забрать, – и связь пропала”. Оккупированные территории и армия РФ

По состоянию на начало мая 2022 года российские оккупационные войска контролируют отдельные районы Харьковской области Украины, почти всю Херсонскую область, часть Запорожской области, расширили территорию в Донецкой и Луганской областях. Секретарь Генерального совета “Единой России”, первый зампред Совета Федерации Андрей Турчак уже строит планы работы с молодежью в недавно оккупированных частях Луганской области. По словам Турчака, с 1 сентября в Старобельске откроют казачий кадетский корпус на 350 учеников. Правозащитник Павел Лисянский рассказывает о такого рода учреждениях:

“Дети ходят на занятия в форме. В первую очередь там идет идеологическая обработка. К тому же детей не только учат стрелять – выводят в поле, обучают, как ставить растяжки. Оружие – настоящее”.

По свидетельству правозащитника, на новооккупированных территориях Донбасса боевики тоже забирают мужчин и отправляют воевать. Лисянский сообщает, что в первые дни оккупации с территории Сватовского и Старобельского районов забрали 75 человек.

20 апреля Главное управление разведки Минобороны Украины сообщало, что Россия планирует мобилизацию в занятых ею районах Запорожской и Херсонской областей. Как ведомство утверждало в своей сводке, “мобилизованных” украинцев планировали бросить на штурм позиций ВСУ и “уничтожить Украину руками самих украинцев”. Депутат Херсонского облсовета Сергей Хлань, к которому Настоящее Время обратилось, чтобы проверить информацию, сказал, что оккупационные части пока не проводят какой-либо подготовки к мобилизации в Херсонской области.

Добровольцы едут на своих машинах в Донбасс

В другом сообщении ГУР утверждало, что в городе Волчанск Харьковской области медиков из Центра первичной медико-санитарной помощи отправляют на передовые позиции для оказания помощи российским раненым. А Генштаб ВСУ сообщал о том, что российские военные начали принудительную мобилизацию в Изюмском районе.

Депутат Изюмского горсовета Максим Стрельник рассказал Настоящему Времени о двух случаях, когда российские военные забирали или пытались забрать на службу мужчин.

“Один мужчина сообщал, что его пытаются принудительно забрать, и после этого связи с ним не было. Подтвердить, что его точно принудительно мобилизовали, я не могу. Но судя по тому, что связь с человеком пропала, он стал жертвой такого принуждения. Второй мужчина, мой товарищ, избежал того, чтобы его отправили воевать, но его взяли фактически в рабство: дали тяжелую работу – разбирать завалы. Когда российские оккупанты захватывали город, разрушили 80% инфраструктуры. И эти люди разбирали завалы по 12 часов в день и получали или ничего, или сухпаек в виде круп или консервов”, – говорит Максим Стрельник.

Постоянный представитель президента Украины в Автономной Республике Крым Тамила Ташева подчеркивает, что заставлять граждан Украины воевать против Украины – военное преступление. И дает несколько рекомендаций, которые актуальны не только для жителей Крыма.

“Во-первых, “залечь на дно”: поменять место жительства, номера телефонов, не общаться с большим количеством людей. Если вы боитесь призыва, лучше куда-то выехать. Крымчанам наше представительство готово максимально содействовать – получением документов и так далее. За уклонение от службы есть уголовная ответственность, но, по нашему мнению, лучше попасть под уголовную ответственность, чем на войну. И даже если вас отправили на войну, не совершайте военных преступлений: сдавайте оружие, сдавайтесь сами”, – советует украинцам Тамила Ташева. По международному праву и призванные на срочную службу в оккупационные войска, и набранные по мобилизации в части захватчиков рассматриваются как жертвы военных преступлений. Но каждый случай будут изучать индивидуально украинские правоохранительные органы и суды, уточняет правозащитница.

Взаперти

Многие жители Донецка, наслушавшись историй о мобилизации всех подряд, стали прятаться от армии и властей. “В первые дни после 24 февраля было много информации, в том числе не только городских слухов, но и конкретных ситуаций с конкретными знакомыми, которых хватали и увозили на войну”, – рассказывает Евгений.

Вот уже два месяца он почти безвылазно находится в своей квартире на окраине Донецка, опасаясь попасть под мобилизацию. “Останавливали маршрутку и всем мужчинам командовали на выход, пересаживали в свой автобус, и когда он наполняется – увозят. Хватали на перекрестках, у магазинов, на рынках, да везде, где есть скопление людей или эффект “бутылочного горлышка”, – говорит он.

Евгений рассказывает про своих знакомых: один из них неделями на мартовском холоде жил посреди поля вместе с другими призывниками, “спали на деревянных поддонах под открытым небом, их ничему не учили, оружия не давали, кормили очень скудно”.

Он считает, что этим призывникам еще повезло: “Знаю людей, которые вышли на работу, а потом рыли окопы под Херсоном, прыгая от мин в неровности земли. Одним моим знакомым пришла вообще похоронка на сына студенческого возраста. Причем он погиб под Сумами. Когда родители пытались выяснить, как он там и зачем оказался, все ничего не могут ответить, кроме того, что попал туда с территории РФ”.

Наслушавшись этих историй, Евгений решил засесть дома насовсем – и не он один. “Донецк превратился в город женщин, на заводах, за рулем, на предприятиях. Я впервые в жизни увидел женщину, ковыряющуюся в лифтовой”, – рассказывает он.

Евгений сменил симку местного оператора на оформленную на другого человека, запасся продуктами, договорился с родственниками, что они будут приносить ему воду и иногда вывозить помыться и постираться – с начала войны в его микрорайоне, всего в 10 километрах от линии соприкосновения, не было воды.

Подпись к фото,

Донецк. Апрель 2022 года

Евгений говорит, что многие его знакомые ведут такой же образ жизни, засев в своих квартирах (или у родственников, чтобы не нашли по прописке), причем бытовые проблемы решают по-разному. Например, один из них знакомится с девушками в дейтинговых приложениях и соцсетях и уговаривает их приехать к нему домой – “теперь не только ради веселого времяпровождения, но и еды привезти”.

Другой знакомый Евгения сделал в фотошопе фальшивую повестку с близкой датой – и патрулям, чтобы не забрали в армию по-настоящему, показывает ее, каждую неделю аккуратно исправляя дату на более свежую.

“Со временем пришло понимание, как с большей долей вероятности, выйдя за хлебом, не оказаться под Мариуполем”, – говорит он. Евгений перечисляет способы:

“Во-первых, это блат – если ты силовик или у тебя брат силовик, или ты передвигаешься по городу с силовиком или военным, то риски у тебя небольшие. Военные сейчас хозяева города”.

Велосипед или автомобиль – гаишники не вручают повестки, а только проверяют документы. Одинокие пешеходы тоже меньше рискуют. “Однажды я видел, как патруль бежал за пешеходом, но через 100 метров устал и бросил эту затею”, – рассказывает он.

Самый опасный способ, по мнению Евгения, – это передвигаться на маршрутке. “Если военные остановили маршрутку и скомандовали всем мужчинам выйти, то у тебя нет возможности даже бежать, ты в ловушке”, – говорит он, замечая, что также ловят людей, которые ждут на остановках довольно редкого общественного транспорта.

Евгений почти не выходит из дома – только на машине с родственниками, но однажды он не выдержал однообразного распорядка своей жизни. “Я из-за одной и той же еды сорвался и психанул. Пошел в гипермаркет – это километра полтора. Выдался какой-то очень боевой день, каждые тридцать секунд мимо меня ехали колонны военных машин. Тот еще трип: сирены, блатные на отжатых крузаках, раненые в скорых, на билбордах разные “герои погибшие” типа Жоги и призывы “защищать Родину”.

Он говорит, что в огромном гипермаркете почти не было людей, в основном военные, “один на протезе”. Больше он решил таких путешествий не предпринимать.

“Дело не в том, что я и другие прячущиеся боятся умереть, – говорит он. – Боевые действия 2014-2015 года показывают, что люди не боятся. Даже когда окна в квартире разлетаются, мало кто в подвалы бежит. Многие не хотят умереть за ДНР, насильно служа под дулом “ополченца”. Это самый нелепый итог жизни, мне кажется”.

“Эй, парень, ты как сюда попал?”

6 мая Денис Пушилин, глава самопровозглашенной Донецкой народной республики, вместе с одним из руководителей “Единой России” Андреем Турчаком встречались в оккупированном Херсоне со свеженазначенным военными властями “главой местной администрации” Владимиром Сальдо.

На этой встрече, в кабинете под портретом Владимира Путина, Пушилин, посмеиваясь, заметил, что в Донецке и Луганске ждут “знаменитые херсонские арбузы”. Турчак, в военизированной куртке с Z-символикой и тельняшке, в очередной раз заверил, что “Россия здесь навсегда”.

Дальше в программе был осмотр достопримечательностей города и возложение цветов к Вечному огню.

Глава самопровозглашенной ДНР Денис Пушилин и секретарь Генерального совета партии “Единая Россия” Андрей Турчак (справа налево)

В тот же день 20-летний житель Донецка Сергей сидел на крыльце ростовской больницы с пластиковым пакетом, в который помещались все его вещи. В эту больницу его привезли с “первой линии” под Херсоном – провоевать после своей спешной мобилизации он успел неделю.

Сергей утверждает, что он ни разу не стрелял – зато получил тяжелое осколочное ранение. Как его увезли через Крым в больницу Ростова, он толком не помнит, а как добираться после выписки домой, ему никто не сказал.

Ростовские врачи сказали: “ты тут вообще без документов лежишь, мы, как тебя выписывать-то, не понимаем”, а никакой связи со своим командованием у него не было.

С одним паспортом непризнанной Донецкой народной республики, кнопочным телефоном и полным отсутствием денег, он пытался дозвониться до матери. Звонок на украинскую симку не проходил, они стали плохо работать с началом войны. Сергей уговорил прохожего дать ему смартфон с приложением “ВКонтакте” – и написал матери, что встречать его нужно на погранпункте со стороны ДНР.

  • “Если вы снайпер от бога, вам бог и велел поучаствовать”: в России началась скрытая мобилизация
  • Что произойдет, если Владимир Путин официально объявит Украине войну
  • “Просто колонной ехали, как на парад”. Как сотрудник штаба Навального попал на войну и отказался ее продолжать

“Просил денег на маршрутку, как бомж последний, – вспоминает Сергей, – Я к людям подхожу, форма оборванная, рожа до конца не зажила, они от меня шарахаются”.

На границе с самопровозглашенной “республикой” российские пограничники, как говорит Сергей, смотрели на него, “как на привидение”. “Спрашивают: эй, парень, как ты вообще сюда попал? А я говорю, это вы у своих спросите, а то мне, когда вывозили, говорили вопросов не задавать”.

Поддержка детей военнослужащих и сотрудников, поступающих на обучение по образовательным программам высшего образования (программам бакалавриата и программам специалитета)

Меры поддержки граждан, принимающих участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, и членам их семей:

Военнослужащие получившие ранение имею право на:

Единовременную материальную помощь.

Размер составляет 3 000 000 руб.

Предоставляется силовым ведомством.

Страховое обеспечение.

Размер выплаты зависит от степени тяжести ранения: 74 211,60 рублей — лицам, получившим легкие ранения, 296 846,40 рублей — лицам, получившим тяжелые ранения.

Выплата страховых сумм предоставляется на основании заявления, документа, удостоверяющего личность застрахованного лица и справки военно-врачебной комиссии о тяжести увечья (ранения, травмы, контузии).

Для рассмотрения вопроса о выплате страховых сумм рекомендуем обращать в воинские части (военные комиссариаты, отделы военных комиссариатов).

Единовременное пособие при увольнении в связи с признанием непригодным к военной службе вследствие военной травмы

Размер составляет 2 968 464,04 рублей.

С заявлением на получение единовременного пособия рекомендуем обращаться в воинские части (военные комиссариаты, отделы военных комиссариатов).

Краевую единовременную материальную помощь.

Размер выплаты зависит от степени тяжести ранения: 300 000 рублей — лицам, получившим легкие ранения, 600 000 рублей — лицам, получившим тяжелые ранения.

Единовременная материальная помощь предоставляется на основании заявления и следующих документов:

а) документа, удостоверяющего личность заявителя (в случае личного обращения заявителя);

б) документа, удостоверяющего личность уполномоченного представителя, и документа, подтверждающего полномочия действовать от имени заявителя (в случае обращения через уполномоченного представителя);

в) документа, подтверждающего получение ранения и степень его тяжести в результате участия в специальной военной операции.

В случае, если в одном документе неуказанны требуемые сведения, необходимо представлять два документа:

документ, подтверждающий получение ранения при выполнении задач в ходе специальной военной операции, выданный командиром воинской части или военным комиссариатом Приморского края;

справку военно-врачебной комиссии о степени тяжести ранения, выданную военно-медицинской организацией.

Предоставляется по линии социальной защиты населения.

Для рассмотрения вопроса о назначении меры поддержки рекомендуем обращаться в любое отделение многофункционального центра предоставления государственных и муниципальных услуг, информация о которых размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на официальном сайте www. mfc-25.

Консультацию по предоставлению мер социальной защиты можно получить по многоканальному телефону: 8-800-30-22-145.

Лица, заключившие контракт о прохождении военной службы в период с 12 мая 2022 года по 11 августа 2022 года и направляемые для участия в специальной военной операции имеют право на:

Единовременную материальную помощь в размере 200 000 рублей.

Единовременная материальная помощь предоставляется беззаявительно, на основании сведений представляемых Военным комиссариатом Приморского края.

III. Лица, принимавшие участие в специальной военной операции, получившие инвалидность и их дети имею право на:

Размер выплаты зависит от степени инвалидности:

2 226 348,04 рублей — инвалидам 1 группы;

1 484 232,03 рублей — инвалидам 2 группы;

742 116,02 рублей — инвалидам 3 группы.

Выплата страховых сумм предоставляется на основании заявления и следующих документов:

копии справки, подтверждающей факт установления инвалидности, выданной федеральным учреждением медикосоциальной экспертизы;

копии свидетельства о болезни или заключение (справка) военно-врачебной комиссии либо другие военномедицинские (медицинские) документы, подтверждающие нарушение здоровья.

Ежемесячную денежную компенсацию.

20 779,26 рублей — инвалидам 1 группы;

10 389,62 рублей — инвалидам 2 группы;

4 155,85 рублей — инвалидам 3 группы.

В следующих размерах:

Инвалидам 1 и 2 группы в размере 85 % соответствующих сумм денежного довольствия;

Инвалидам 3 группы в размере 50 % соответствующих сумм денежного довольствия.

Предоставляется силовым ведомством, за исключением ФСБ.

Краевые выплаты.

Единовременная ежегодная выплата в следующих размерах:

в размере 19 000 рублей — участникам специальной военной операции, получившим инвалидность;

в размере 15 000 рублей — детям участников специальной военной операции, ставших инвалидами 1 группы (после увольнения участника СВО со службы);

в размере 8 000 рублей — детям участников специальной военной операции, ставших инвалидами 2 группы(после увольнения участника СВО со службы);

Единовременная ежегодная выплата предоставляется 1 раз в год основании заявления и пакета документов при первичном обращении, в дальнейшем ее предоставление осуществляется беззаявительно.

в размере 5 000 рублей — детям участников специальной военной операции, ставших инвалидами 1 группы (после увольнения участника СВО со службы);

в размере 3 5000 рублей — детям участников специальной военной операции, ставших инвалидами 2 группы(после увольнения участника СВО со службы).

К детям участников специальной военной операции относятся несовершеннолетние дети (в том числе усыновленные), дети старше 18 лет, ставшим инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, и дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения.

Выплаты назначаются на основании заявления и следующих документов:

документ, удостоверяющий личность заявителя (паспорт гражданина Российской Федерации, в случае его отсутствия — временное удостоверение личности гражданина Российской Федерации), — в случае личного обращения заявителя;

документ, удостоверяющий личность законного представителя, уполномоченного представителя, и документ, подтверждающий полномочия уполномоченного представителя действовать от имени заявителя, — в случае обращения законного представителя или уполномоченного представителя;

документ, подтверждающий принадлежность заявителя к членам семьи погибшего участника боевых действий или инвалида боевых действий (свидетельство о государственной регистрации акта гражданского состояния, выданное компетентными органами иностранного государства, с приложением его нотариально удостоверенного перевода на русский язык, содержащее сведения о рождении ребенка, регистрации брака, другие сведения; свидетельство об усыновлении, выданное органами записи актов гражданского состояния или консульскими учреждениями Российской Федерации) — в случае обращения детей инвалидов боевых действий;

документ, подтверждающий увольнение со службы инвалидов боевых действий — в случае обращения детей инвалидов боевых действий

Заявитель вправе предоставить по собственной инициативе:

документ, подтверждающий принадлежность заявителя к членам семьи инвалида боевых действий (свидетельство о государственной регистрации акта гражданского состояния, содержащее сведения о рождении ребенка, регистрации (расторжении) брака, усыновлении (удочерении) и другие документы, выданные на территории Российской Федерации, судебный акт, иные документы) — в случае обращения детей инвалидов боевых действий;

документ, подтверждающий получение военной травмы в районах боевых действий, выданный военным комиссариатом Приморского края, воинскими частями (организациями) или иными федеральными органами исполнительной власти — в случае обращения инвалидов боевых действий и (или) детей инвалидов боевых действий.

За предоставлением вышеуказанных мер социальной поддержки заявитель либо его уполномоченный представитель могут обратиться через любой офис КГАУ «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг в Приморском крае», информация о которых размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на официальном сайте www. mfc-25.

Компенсацию расходов в размере 50 % на оплату жилого помещения и оплату коммунальных услуг.

Предоставляется инвалидам боевых действий.

Размер компенсации рассчитывается индивидуально, на основании:

а) заявления, содержащего сведения о жилом помещении, в котором заявитель зарегистрирован по месту жительства (пребывания) и в отношении которого претендует на получение компенсации (характеристика занимаемого жилого помещения, включая его общую площадь, наличие видов коммунальных услуг, поставщиков жилищно-коммунальных услуг с указанием лицевых счетов), о лицах, зарегистрированных в жилом помещении, родственных отношениях с заявителем;

б) документа, удостоверяющего личность уполномоченного представителя, и документ, подтверждающий полномочия действовать от имени заявителя (в случае обращении уполномоченного представителя);

в) согласия на обработку персональных данных лиц, совместно зарегистрированных с заявителем.

Заявитель вправе представить по собственной инициативе документы, подтверждающие правовые основания отнесения лиц, совместно проживающих с заявителем в жилом помещении, к членам его семьи (свидетельство о браке, свидетельство о рождении).

За предоставлением мер социальной поддержки заявитель либо его уполномоченный представитель могут обратиться через любой офис КГАУ «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг в Приморском крае», информация о которых размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на официальном сайте www. mfc-25.

Консультацию по предоставлению мер социальной защиты можно получить по многоканальному телефону: 8-800-30-22-145.

Ежемесячную денежную выплату.

Инвалидам боевых действий в размере 6 328,41

Представляется Пенсионным фондом Российской Федерации. За исключением ФСБ.

Адреса и номера телефонов клиентских служб Пенсионного фонда Российской Федерации расположены на сайте https

Члены семьи погибшего (умершего) лица, награжденного званием «Герой России» имеют право на:

Размер определяется путем деления размера ежемесячной денежной выплаты на количество членов его семьи).

одному члену семьи — 74 616,99 рублей;

двум членам семьи — по 37 308,49 рублей;

трем членам семьи — по 24 872,33 рублей;

четырем членам семьи — по 18 654,24 рублей;

пяти членам семьи — по 14 923,39 рублей.

Предоставляется Пенсионным фондом Российской Федерации.

Винтовки Мосина и советские каски

Основные подразделения “народных милиций” ДНР и ЛНР устроены так же, как военные части армии России: такая же структура, идентичные уставы, практически одинаковая форма (незначительно отличаются символика и мелкие детали).

Как рассказывал Би-би-си в 2014 году боец одного из спецподразделений ДНР, российские генералы и полковники “все решали” при планировании и проведении военных операций в непризнанных “республиках”.

“Народную милицию” критикуют даже пророссийски настроенные блогеры и военные. “Когда организовывались корпуса, получилось так, что упор делался не на их боеспособность, а главным считали наведение армейского порядка и установку жесткой дисциплины. При этом подготовка к реальным боевым действиям велась спустя рукава”, – говорил известный блогер Владлен Татарский, сам воевавший в “4-й бригаде разведки ЛНР”.

Он отмечает, что на службу принимались “лица с низким морально-психологическим уровнем”, а на офицерские позиции назначались люди без боевого опыта.

Собеседники Би-би-си из оккупированной Херсонской области и города Изюм и его окрестностей, где сейчас идут бои, говорят о том, что поведение подразделений “народной милиции” отличается от регулярных войск – за ними особенно замечались мародерство и отсутствие дисциплины.

“Русским командиры могут что-то запретить делать, некоторые из них даже вежливо разговаривают – а эти на блокпостах ведут себя как рэкет, отжимают деньги, вещи и разговаривают как со скотиной”, – рассказывает один из жителей Изюма, выехавший в Россию через блокпосты непризнанной ДНР и оккупированный российскими войсками Бердянск.

Мобилизованные в Луганске

“Состояние войск, особенно пехотных подразделений – удручающее, из-за низкой боевой готовности, неукомплектованности личным составом, из-за плохого состояния боевой техники”, – резюмировал в 2021 году Татарский.

Тех, кто заступает на службу, предупреждают о том, что часть снаряжения и формы придется покупать самостоятельно. “Выдают не всё. К примеру, берцы не дадут, только кирзачи. Термобельё не дадут. Разгрузку вряд ли. Летнюю форму – один комплект на год, и может не найтись нужного размера”, – писали в группе “Армия ДНР. Советы добровольцам”.

На фотографиях, опубликованных бывшим “министром обороны ДНР” Игорем Стрелковым с подписью “мобилизованная пехота Донбасса” видно, что бойцы одеты в форму не своего размера, а также каски образца 1968 года, на ремне у каждого – советский подсумок 1970-х годов.

На фотографиях и видео людей, мобилизованных после 19 февраля, встречаются винтовки Мосина образца 1891/44 года производства и раритетные пистолеты-пулеметы Судаева 1944 года выпуска.

Понять, что на самом деле происходило все эти годы с армиями непризнанных “республик”, довольно сложно – работа иностранных и независимых СМИ тут прекратилась давно, им с 2015-2016 гг. перестали выдавать аккредитации. С 2019 года на трудности в работе стали жаловаться даже сотрудники российских государственных телеканалов.

Корреспонденту “Вестей” канала ВГТРК Александру Сладкову и другим журналистам запретили работать на линии соприкосновения. Вместо этого разрешали снимать только “солдат в чистенькой форме (причем в качестве формы может быть только уставной камуфляж), в черных начищенных берцах, чтобы был выбрит наголо и говорил красивыми заученными фразами в шлеме,, застегнутом на подбородке”, – рассказывал автор документальных фильмов из Донецка Сергей Белоус.

К началу войны армии ДНР и ЛНР оказались не готовы, поэтому кампания по мобилизации велась любой ценой.

На улицах появились военные патрули, а в “Телеграме” – многочисленные группы, где люди обменивались опытом, как им не попасться.

Мобилизовывали бюджетников – учителей, работников госпредприятий. Мобилизовали Луганскую филармонию – и московский рэпер Хаски снял про это патриотический клип. Про Донецкую филармонию клипов уже не снимали – а только пересказывали сообщение омбудсмена Верховной рады Людмилы Денисовой, что музыкантов мобилизовали обманом.

Вскоре под Мариуполем погиб известный джазмен, лауреат международных конкурсов и пианист Донецкой филармонии Николай Звягинцев.

“Окружили шахту, на всех были повестки”. Мобилизация на Донбассе

Правозащитник Павел Лисянский родом из ныне не подконтрольного Украине Антрацита Луганской области. В 2018-2020 годах он был представителем уполномоченного Верховной Рады Украины в Донецкой и Луганской областях. Сейчас продолжает сотрудничать с офисом омбудсмена как советник, а параллельно возглавляет общественную организацию “Институт стратегических исследований и безопасности”. Лисянский пересказывает обращения, которые поступали к нему с неподконтрольных территорий:

“Звонит мне жена одного шахтера. Рассказывает, что ее мужа забрали. Окружили шахту, в военкомате на всех были заранее готовы повестки. Мужчин забрали, повезли. Не дали с собой взять телефоны. С первых дней большой войны о нем ничего не известно. Когда пытаются навести справки в “государственных органах”, им отвечают: “Лучше не обращайтесь. Придет время – сами все скажем”. Вторая история – женщина ходила с гражданским мужем по рынку, они наткнулись на военный патруль. Военные попросили документ. Мужчина показал водительское удостоверение. Патрульные увидели год рождения, сказали: “Извините, вам надо проследовать в военкомат”. Успокаивали, говорили, что это просто проверка, но до сих пор о мужчине ничего не известно”.

В 2019 году власти так называемых “ДНР” и “ЛНР” оценивали население “республик” в 3,7 миллиона человек. ООН по косвенным признакам оценивала количество населения не подконтрольных Киеву районов Донбасса в 2,8 миллиона. Сколько мужчин забрали сейчас в рамках всеобщей мобилизации – неизвестно. Официальных данных от руководства “республик” нет. Павел Лисянский утверждает, что под всеобщую мобилизацию попали 100-120 тысяч человек. Главное управление разведки Минобороны Украины утверждало, что российское командование хотело набрать 26 тысяч жителей неподконтрольных Киеву районов Донбасса в Сухопутные войска РФ (но есть еще военизированные формирования “республик” – “Народная милиция ДНР” и “Народная милиция ЛНР”). Из них хотели доукомплектовать общевойсковые армии Южного и Западного военных округов. И этот план, по утверждению ГУР, оказался сорван: мужчины уклонялись от мобилизации.

Доподлинно известно, что в рамках всеобщей мобилизации власти самопровозглашенных “республик” отправили воевать тех, кого последние восемь лет не трогали, рассказывал в эфире Настоящего Времени бывший участник украинской делегации в Трехсторонней контактной группе Денис Казанский.

“Я общался с теми, которые успели сдаться украинским военным, с двумя студентами. Раньше студентов до конца обучения в “ЛНР” и “ДНР” не мобилизовали. Но этих мобилизовали буквально со второго-третьего курса – и без подготовки просто отправили на войну. Это очень молодые ребята. Один из них 2002 года рождения, другой 2000 года рождения. Когда война в 2014 году начиналась, это были еще дети, им было лет по 14. И вот сейчас их мобилизовали и бросили в бой”, – говорил Казанский.

31 марта украинские военные вывели мобилизованных студентов из так называемой “ДНР” на брифинг в Киеве. Девять молодых людей в камуфляжной форме подробно рассказывали о том, что их забрали воевать без проведения медкомиссии, выдавали ржавое оружие и каски времен Второй мировой. Сопоставив имена людей, которые участвовали в брифинге, с их профилями “ВКонтакте”, Настоящее Время убедилось, что это действительно студенты донецких вузов.

Правозащитница, живущая на неподконтрольной Киеву территории Донбасса (редакция скрывает ее имя, опасаясь за безопасность собеседницы в условиях войны), подтвердила: ей тоже известно, что мобилизованных отправляют на передовые позиции без подготовки.

“Никакой подготовки не было вообще. Народ отправляли, как в 1941 году, сразу на передовые позиции. Кто-то на картонке спал, кто-то еще как-то. Я знаю, что жены, узнав, что мужья стоят, например, на блокпосту, собирались и по очереди ездили туда, возили еду”, – говорит правозащитница.

У жителей неподконтрольной части Донбасса на руках сейчас может быть целая коллекция паспортов: украинский (Украина считает и крымчан, и жителей отдельных районов Донецкой и Луганской областей своими гражданами), российский (паспорта РФ начали выдавать еще в 2019 году, массовую раздачу паспортов журналисты и украинские спецслужбы фиксировали перед российскими парламентскими выборами в сентябре 2021 года), паспорта “ДНР” или “ЛНР” (без них, например, нельзя устроиться на работу). Для мобилизации гражданство формального значения не имело, уточняет правозащитница: по ее данным, людей забирали по прописке.

Добровольцы едут на своих машинах в Донбасс

Эта мобилизация “по своей сути представляла не что иное, как “легальное” похищение мужчин, вопреки положениям всех законодательных актов, с нарушением прав и свобод человека и гражданина”, говорится в заявлении инициативной группы жен и матерей мобилизованных “ДНР”. Оно было адресовано главе “республики” Денису Пушилину, а также в в “Генпрокуратуру” и “Министерство государственной безопасности ДНР” (29 марта документ опубликовал телеграм-канал “Бетмэн ДНР”, правозащитница, живущая на неподконтрольной территории Донецкой области сообщила, что располагает данными о подлинности коллективного заявления).

“Наших мужчин в прямом смысле слова похищали представители уполномоченных учреждений ДНР по дороге на работу, в институт, магазин, останавливали и забирали из автобусов, личных автомобилей, просто так на улице. Это явление носило массовый характер по всему ДНР. Сыновья, мужья, отцы звонили по телефону своим родным и сообщали, что их “забрали”. Забрали в рамках данной мобилизации и тех, кто был непригоден для службы”, – говорится в заявлении.

В документе приводятся конкретные примеры. Так, военнослужащего Павла Ковмира мобилизовали, несмотря на то, что он один ухаживает за лежачей матерью. А житель Донецкой области Андрей Бражников не подлежал мобилизации по состоянию здоровья, но его забрали, и он погиб в Николаевской области.

В конце апреля стало известно о гибели троих музыкантов из Донецка, которых мобилизовали в формирования сепаратистов: Николая Звягинцева, Павла Махно и Сергея Рудова. Настоящее Время пообщалось со знакомыми погибших.

Владимир (имя изменено по просьбе собеседника) – знакомый и коллега Сергея Рудова. Рудов работал концертмейстером донецкого Музыкально-драматического театра им. Бовуна (МДТ). Владимир рассказывает, что Сергей был хорошим пианистом и аккордеонистом, аккомпанировал во время балетных спектаклей. Руководство МДТ спрятало от мобилизации сотрудников, которых считало наиболее ценными, добавляет собеседник. Но Рудов в этот список не попал.

“Он никогда не поддерживал “ДНР”. Поймите правильно: не поддерживать “ДНР” в “ДНР” – быть проклятым. Если ты активно демонстрируешь свое несогласие, тебя убьют или посадят. А если ты сидишь тихо, не высказываешься в поддержку, ты уже враг. К примеру, если возникал концерт – кто-то в первых рядах вызвался поехать, ходил в “ура-патриотических” футболках. Сергей никогда этого не делал. Но если нужно было в чем-то участвовать всем театром, если отсутствие угрожало увольнением, то он ехал”, – объясняет Владимир.

Другой собеседник Настоящего Времени, Иван (имя также изменено по соображениям безопасности), хорошо знал двоих погибших – Павла Махно и Николая Звягинцева. Павел был тромбонистом эстрадно-симфонического оркестра “Донбасс”. Николай играл в Концертном оркестре духовых инструментов и ансамбле “Септет-джаз”. По словам собеседника Настоящего Времени, Павел был верующим человеком и в прошлом даже собирался поступать в семинарию: “Он считал себя христианином, который не имеет права убивать. Но для армии нет различия, миролюбивый ты или нет”.

Что касается общего количества погибших, то так называемая уполномоченная по правам человека в “ДНР” Дарья Морозова в последнем отчете (информация на 29 апреля) указывает, что с начала года погибли 1536 сотрудников “силовых структур”. В отчете от 25 февраля говорилось о 13 погибших “военнослужащих” с начала года. То есть, по информации “омбудсмена”, за период полномасштабной войны в результате боевых действий погибли как минимум 1523 “силовика”. “Омбудсмен “ЛНР” аналогичных отчетов не публикует. Главное управление разведки Минобороны Украины 23 апреля заявило, что только в структуре “МВД ДНР” погибли около полутора тысяч человек, причем 1000 из них – на мариупольском направлении. Проверить предоставляемую сторонами информацию во время активных боевых действий невозможно.

Среди погибших на стороне сепаратистов, как утверждает уполномоченная Верховной Рады Украины по правам человека Людмила Денисова, есть и подростки. 16 апреля Денисова сообщила о гибели несовершеннолетнего Ивана Шифмана – он был участником военно-патриотического спортивного клуба “Наследники победы”. Правозащитник Павел Лисянский пишет о военно-патриотических клубах в так называемых республиках с 2017 года: отслеживает, как туда набирают детей, учат начальной военной подготовке, обращению с оружием, проводят идеологическую подготовку. Сейчас, по словам правозащитника, сепаратисты агитируют подростков, которым исполнилось 16-17 лет, записываться в боевые части и “обещают приписать им год или два”.

За восемь лет, в течение которых продолжались боевые действия на Донбассе, и в течение последних месяцев известны случаи, когда война разделяет семьи – и их члены оказываются по разные стороны линии фронта. Четвертого мая 2022 года в боях в Харьковской области погиб журналист Александр Махов. В 2015-2016 годах он был мобилизован и воевал в пехоте Вооруженных сил Украины, после демобилизации вернулся в профессию и работал военным корреспондентом. 24 февраля Александр снова пошел воевать. В интервью Махов рассказывал, что его отчим воевал за так называемую “ЛНР”, и признавался, что его мать тоже поддерживает пророссийских сепаратистов.

Те территории Донбасса, которые она не контролирует, Украина считает временно оккупированными Россией. Формально ими руководят “главы республик”, но ради признания “независимости” и Пушилин, и Пасечник приезжали в Кремль. Периодически на Донбасс ездит секретарь генсовета “Единой России” Андрей Турчак. А 5 мая в Донецк приезжал первый замглавы администрации президента России Сергей Кириенко. К тому же на неподконтрольных территориях Донбасса ходят российские рубли, а Россия вручает жителям свои паспорта.

Основываясь на этих фактах, Киев обвиняет Россию, контролирующую через пророссийских сепаратистов отдельные районы Донбасса, в нарушении IV Женевской конвенции о защите гражданского населения во время войны. В статье 51 этого документа говорится: “Оккупирующая держава не сможет принуждать покровительствуемых лиц служить в ее вооруженных или вспомогательных силах. Всякое давление или пропаганда в пользу добровольного поступления в армию воспрещаются”.

“Вы здесь до конца”

Рассказы мобилизованных в самопровозглашенных “республиках” и их близких совпадают до деталей: быстрая насильственная мобилизация, запись “добровольцами”, обрубленная связь с близкими, очень короткое обучение – и на передовую.

“Нас в марте высадили под Мариуполем, показали здание, русский командир говорит – штурмуйте, – говорит один из них, 25-летний Николай, – А мы все оружие увидели позавчера, я вообще ни *** не понимаю, что значит “штурмуйте здание”, слово само понятно, а как это делать – нет”.

Николай, в обычной жизни владелец двух палаток на рынке без малейшего военного опыта, выжил в Мариуполе, а потом, из-за того, что мобилизованные ночевали на голой земле в окопах, заболел воспалением легких. Он считает, что ему сильно повезло – из-за этого его убрали “с передка”.

На вопрос, стрелял ли он в людей, Николай молчит, а потом говорит: “следующий вопрос”.

Вооруженные формирования самопровозглашенной ДНР на улицах Мариуполя

Жены и матери рассказывают, что мобилизованные буквально голодают. “На “передок” мой попал в марте, а продукты им стали привозить в середине апреля, – рассказывает Елена, жена еще одного “добровольца”, мобилизованного военным патрулем в Донецке по пути с работы домой. – До этого питались тем, что нашли. С нашими, слава богу, стояли крымчане, что-то отдавали им со своих сухпайков. Орехи гнилые собирали. Ели хлеб месячной давности, делали из чая самокрутки и курили, муж похудел на десять килограмм”.

Недавно муж Елены, тоже находящийся под Херсоном, впервые за все это время увидел своего командира и спросил, планируется ли ротация.

“Ему ответили грубо с матами, что никакой демобилизации не будет, вы отсюда уже не уедете, вы здесь до конца”, – говорит Елена.

“Я понимаю, что раз идет война за Донбасс – наши должны, наверное, но не с таким отношением, не так, – рассуждает она. – Почему их посылают в Херсон, почему под Изюм, если мы говорим про освобождение Донбасса. Я просто уже не знаю, чем ему помочь. Воевать должна армия, а не люди, которым неделю назад автомат всунули, а еды дать забыли”.

“За три месяца не видел ни копейки”

Формально армии у самопровозглашенных ДНР и ЛНР нет – вооруженные силы там называют “народной милицией”, хотя в их состав входят и подразделения, вооруженные бронетехникой и крупнокалиберной артиллерией.

В Донецке до 2018 года существовало “министерство обороны ДНР”, которое управляло военными подразделениями и даже имело военное училище, где готовили офицеров, но затем все это заменили “народной милицией”.

Подписанные в 2015 году Минские соглашения предусматривали вывод всех иностранных вооруженных формирований и военной техники, а также “разоружение всех незаконных групп” в Донецкой и Луганской областях.

По данным украинской разведки, в 2017 году общая численность военных подразделений ДНР и ЛНР составляла 50 тысяч человек. В Киеве отмечали, что эти формирования по сути представляют собой армейские корпуса, подчинявшиеся командованию Южного военного округа вооруженных сил России.

С 2015 по 2022 год призыва на срочную службу на территории ДНР и ЛНР не было, в военизированных структурах служили контрактники. Но, достигнув возраста 18 лет, все мужчины, проживающие на территориях самопровозглашенных “республик”, должны пройти медкомиссию и встать на воинский учет. Возможность мобилизации и службы по призыву в законах “республик” предусмотрена.

Объявления о наборе в военные подразделения постоянно публиковались на официальных ресурсах ДНР и ЛНР и в группах сторонников непризнанных “республик” в соцсетях. Требования для заключения контракта были минимальными – опыт службы не был нужен, достаточно было только собрать документы, пройти медкомиссию и проверку у психолога.

После 24 февраля жителей Донецка стали бомбардировать смсками разные ведомства с призывом поступить на службу. Особенно, по словам дончан, усердствовал местный ФСИН.

Мобилизованные в Луганске. Февраль 2022 г.

На службу в военные структуры Донецка и Луганска идут не только местные жители, туда всегда активно приглашали и россиян. В группах, где публиковали вакансии военизированных подразделений ДНР и ЛНР, всегда приводились не только местные, но и российские номера телефонов для связи.

Би-би-си проверила два таких номера – они зарегистрированы на оператора связи в Московской области. Судя по сообщениям в профильных группах в социальных сетях, часто устроиться на службу в Донецк и Луганск хотят те, кто не может стать контрактником в России – например, из-за наличия судимости или задолженности перед судебными приставами.

По оценке разведки Украины,”народные милиции ДНР и ЛНР” на 40% комплектуются теми, кто по своей инициативе приезжает служить из России. Еще 25% состава “народных милиций”, по мнению Киева, составляют кадровые российские военные, которые, по сути, руководят и тренируют подразделения самопровозглашенных “республик”.

Москва всегда отрицала прямое участие в конфликте на востоке Украины, но признавала, что там находятся российские военные советники.

Военный самопровозглашенной ДНР на улице Мариуполя

На начало февраля 2022 года рядовому “народной милиции ДНР” предлагали зарплату от 24 тысяч рублей в месяц (с учетом боевых выплат можно было получить до 37 000), сержантам – от 28 тысяч рублей в месяц.

В апреле этого года жены двух контрактников, служащих в подразделениях ДНР, написали, что их мужья получили за месяц более 70 тысяч рублей. В то же время в группе “Армия ДНР. Советы добровольцам” появилось множество сообщений о путанице и проблемах с выплатой зарплат.

Если картинка не подгружается, попробуйте открыть статью в другом браузере

“Нахожусь в госпитале в Ростове после операции, поймал пулю в печень под Азов-сталью, операцию сделали в Донецке и эвакуировали в ростов так как россиянин, за три месяца не видел не копейки” – написал пользователь Константин Данченко. На его странице 7 мая была опубликована фотография раненого человека в больничной одежде, а ранее – несколько фотографий с оружием и в военной форме.

Сергей говорит, что никаких денег не получал, потому что его записали добровольцем, а придя в военкомат “узнать что к чему”, услышал только “предложение, которое предложением не было – заключить контракт”.

“Они мне говорят: ты человек теперь опытный, у нас каждый на счету, я показываю справку из ростовской больницы, говорю, да я контуженый – а они “Родину защищать – вы все контуженные”.

Сергею удалось отговориться от повторной немедленной мобилизации, он сменил сим-карту и уехал к бабушке в деревню. Из дома старается не выходить, связь с внешним миром держит Лилия. Она не открывает дверь на звонки в их донецкой квартире и не отвечает на звонки с незнакомых номеров.

Лилия говорит, что случаи повторной мобилизации настолько часты в их окружении, что она не намерена куда-то выпускать сына “до конца войны”.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.