Доброволец на донбасс чувашия

Казаки

Еще одними неоднозначными формирования, принимающими участие в боях в Донбассе, стали казачьи отряды. Казаки присутствуют в Луганской народной республике с 2014 года — там силами Всевеликого Войска Донского был создан 6-й казачий полк имени атамана Платова во главе с командиром Павлом Дремовым.

Главной их проблемой традиционно остается относительно низкая боеспособность. На протяжении активной фазы конфликта в 2014-2015 гг. , ополченцы ДНР и ЛНР оставляли массу замечаний о деятельности казачьих отрядов, которые занимались устроением полуанархической вольницы.

Результатом стало то, что казаки потеряли своего атамана (Дремов был убит по дороге на собственную свадьбу в декабре 2015 года), а формирования казачьего типа были переподчинены армейскому корпусу, что ввело в них строжайшую дисциплину.

С началом спецоперации ВС РФ различные казачьи организации России не раз заявляли о том, что планируют отправлять свои добровольческие подразделения для выполнения боевых задач в Донбасс.

Одним из таких соединений стал казачий отряд «Дон», набранный из донских и кубанских добровольцев и, как считается, участвовавший в боях на Изюмском и Северодонецком направлениях. Однако казачьи добровольцы из РФ — явление довольно редкое. Найти свежую информацию о том, как проходят наборы и сколько человек отправилось на фронт, довольно трудно.

По последним заявлениям донского казачества, в Донбассе на данный момент якобы присутствуют пять тысяч казаков из различных объединений, союзов и станиц. Однако на страницах новостей фигурирует только отряд «Дон», который, по словам командиров, насчитывает до двух батальонов казаков (то есть менее тысячи человек).

Создается впечатление, что казачьи атаманы и руководители организаций завышают свое присутствие в зоне СВО, попросту прикрываясь «мертвыми душами».

Погибают чаще остальных?

Автор фото, YURI KADOBNOV/AFP

На 20 июня на основании открытых источников Би-би-си известны имена по меньшей мере 155 российских добровольцев, погибших в Украине. Хотя до мая о смертях добровольцев в российских СМИ вообще не упоминали.

Данные, собранные Би-би-си совместно с изданием “Медиазона” (признано в России “СМИ-иноагентом”) и командой волонтеров, не отражают реальный уровень потерь, поскольку мы опираемся только на публично подтвержденные сообщения о гибели. Но накопленная информация позволяет понимать и анализировать то, что происходит с российской армией во время войны.

Число погибших добровольцев стремительно растет – каждую неделю появляются сообщения о гибели еще 30-40 человек. Так часто не сообщают о гибели ни одной другой категории военнослужащих.

При этом 57% погибших добровольцев – люди старше 40 лет (25 человек отправились воевать, будучи старше 50 лет). Это существенно отличается от динамики потерь среди остальных категорий российских военных – там 47% установленных потерь приходится на людей в возрасте от 18 до 26 лет.

Алексей о потерях в своем подразделении говорить отказался, сославшись на законы военного времени. Сам он выбыл из строя в начале июня после того, как рядом с ним разорвался танковый снаряд.

Сейчас он проходит лечение в одном из госпиталей Санкт-Петербурга и хочет вернуться в строй. Правда, прогнозы врачей неутешительные. После трех контузий слух в правом ухе Алексея может не восстановиться. Также нет уверенности в том, что удастся восстановить подвижность правой руки – один из важных нервов перебило осколком от снаряда.

“Самое тяжелое – это сильнейшие головные боли. Я почти не сплю. Зато все время бодрый. Врачи говорят, у меня психика сильнейше перегрузилась. Какие-то выписали таблетки, но я не хочу их пить, – говорит Алексей. – Пока не знаю, что дальше буду делать, чем займусь. Все время вспоминаю наши бои, как там было. Головой пока еще там”.

С чувашским флагом и иконкой в вещмешке

С начала специальной военной операции на защиту Донбасса, по официальным данным, отправились несколько тысяч добровольцев со всей России. В их числе — и 47-летний чебоксарец Сергей Голицын. На передовой он провел в общей сложности два месяца: с 22 апреля по 22 июня, а недавно вернулся домой. И теперь ему нужно заново привыкать к мирной жизни.

«Мы гордимся тобой, папа»

В обычной жизни Сергей Голицын, как он сам говорит, — представитель самой мирной профессии: трудится инженером-экологом на предприятии ЖКХ «Моргаушское». Для поездки на Донбасс взял на работе отпуск, а потом продлил его за свой счет.

Доброволец на донбасс чувашия

Сергей Голицын: «В Великую Отечественную войну мой дед защищал Родину. 80 лет спустя история продолжается». Фото Олега Мальцева

Решение пойти добровольцем Сергей Голицын принял не сразу. Когда 24 февраля началась спецоперация, он помогал формировать гуманитарную помощь. Но после того, как побывал на похоронах сына знакомых, других людей, погибших на Донбассе, в нем «что-то переломилось». «Я понял, что смогу внести более существенный вклад, что мое военное прошлое, моя воинская учетная специальность необходимы сейчас Родине. Хотя прекрасно отдавал себе отчет, что, возможно, покупаю билет в один конец», — признался собеседник. За его плечами — три года службы, в том числе по контракту, в 90-е годы в погранвойсках на Дальнем Востоке и в Средней Азии, неоднократные командировки в Таджикистан в составе мотоманевренной группы погранвойск. Именно этот бесценный боевой опыт и сослужил ему добрую службу чуть позже в зоне специальной операции на Украине. Укрепила уверенность в правильности своего решения и поддержка близких. «Когда два моих сына 15 и 9 лет, узнав о моих планах, сказали мне: «Папа, мы тобой гордимся», это придало мне сил», — вспоминает Сергей Голицын. Но если мальчишки восприняли намерение отца с недетской серьезностью, то с женской половиной семьи был разговор особый. «Маме и супруге объяснил, что еду выполнить долг, поддержать наших ребят. Долго, по правде сказать, их убеждать не пришлось — они все понимали», — рассказал доброволец. Перед дорогой он заручился поддержкой старших товарищей, среди которых были и те, кто воевал в Афганистане, а наместник Свято-Троицкого мужского монастыря, архимандрит Василий (Паскье) благословил перед отъездом, передав иконку Николая Чудотворца. «Я поехал со спокойной душой», — помнит тот день Сергей Голицын.

Позывной «Поручик»

На защиту Донбасса чебоксарец отправился через подразделение «Ахмат» в Чеченской Республике. В этот добровольческий полк принимают жителей всех регионов России. Сначала «новобранцев» обучают военной науке на базе Российского университета спецназа, и лишь потом направляют в зону спецоперации. «Физподготовка, тактические и огневые занятия, амуниция, питание — Рамзан Ахматович Кадыров действительно многое делает», — с благодарностью отзывается о чеченском лидере чувашский доброволец. Он до сих пор под впечатлением от случая в чеченском кафе, куда зашел однажды, уже вернувшись с линии фронта: увидев одетого в форму бойца «Ахмата» военнослужащего, официанты не взяли с него за обед ни копейки.

Доброволец на донбасс чувашия

Обычная картина в городах и поселках Донбасса. Фото из личного архива Сергея Голицына.

«Мы попрощались друг с другом»

Доброволец на донбасс чувашия

В спецоперации Сергею Голицыну пригодился прежний военный опыт. Фото Олега Мальцева

Чтобы дети выросли патриотами, а не геймерами и тиктокерами

О чем пишут лидеры страны в своих телеграм-каналах:

ВЯЧЕСЛАВ ВОЛОДИН,
председатель Государственной Думы РФ

— На Украине новая волна русофобии. Главы областей отчитываются о проделанной работе. В Одесской области изъяли учебники русского языка и литературы, а из образовательной программы убрали всех русских писателей. В Николаевской — запретили русский язык в школах. Одна из задач специальной военной операции — восстановление прав и свобод граждан, которые хотят говорить на родном языке, изучать его. А жителям Украины не надо спешить выбрасывать учебники по русскому языку. Отложите, пускай полежат до 1 сентября. Чтобы не пришлось потом их искать.

ДМИТРИЙ МЕДВЕДЕВ,
заместитель председателя Совета Безопасности РФ, председатель партии «Единая Россия»

— Цели специальной военной операции были объявлены Президентом России и состоят, как известно, в защите граждан Донбасса и денацификации и демилитаризации Украины. Но есть и еще одна задача, которая уже решена. С Россией стали считаться по-настоящему. Как с Советским Союзом. А в чем-то и серьезнее, судя по набору санкций. Совсем недавно было иначе. Помню присутствие нашей страны в G8, когда нас просто не звали на встречу «семерки», где обсуждались экономические и подчас оборонные вопросы западных стран. Если с тобой не считаются — дело плохо. Как в детстве, когда в твой двор пришли драться из соседнего. Если ты струсил и свинтил домой, ты никто и больше тебя никуда не позовут. А если ты врезал первым, то шансы отстоять свое становятся существенно выше. Вот так. Именно поэтому так важно, чтобы страну уважали и с ней считались.

Военные добровольцы оказались лишними в тылу

Бойцы добровольческих батальонов, воюющих на Украине, стали жертвами бюрократии. Из-за неопределённости статуса им трудно доказать, что они реально воевали на фронте, многие добиваются выплат, а некоторых и вовсе выгоняют из госпиталей.

2022 год, Балаклея Харьковской области, специальная военная операция. Во время взрыва миномётного расчёта, в который прилетел вражеский снаряд, погибают два русских парня, ещё трое получают тяжёлые ранения. Но жертв могло быть ещё больше. Командир под позывным “Квант” закрыл собой второй миномётный расчёт. Дальше всё для него было как в тумане: множество осколков сделали из бесстрашного бойца немощного раненого – “трёхсотого”, как их тут называют. Теперь ему предстоит длительное лечение и реабилитация. Кванту отказали в вывозе на лечение в Россию, оказывали первую помощь непосредственно в Балаклее. Но из-за неправильно оформленных документов командир не получит так называемую форму-100, на основании которой смог бы претендовать на компенсации.

Ждать судьбу с одним жетоном

История Кванта не просто не единична – она типична сейчас для добровольцев на фронте. Одному бойцу, медику, выстрелом танка снесло часть коленной чашечки. После эвакуации на лечение в Россию он лёг было в госпиталь, откуда его пытались выгнать через некоторое время – мол, не имеет отношения к армии.

Бойцы батальона “Орёл”, бесстрашно сражавшиеся с врагом, из-за бюрократических проволочек часто не могут воспользоваться правами военнослужащих регулярной армии. Всё, что им остаётся, – ожидать своей судьбы с одним жетоном в руке. Так получилось, что эти храбрые люди в большинстве своём не находят времени, чтобы изучить свои права, или упорства, чтобы отстаивать их. И проблема эта с течением спецоперации становится всё более острой.

Многим таким бойцам приходится помогать буквально вручную. К примеру, большие усилия в этом направлении прикладывает Союз Добровольцев Донбасса и депутат Госдумы Александр Бородай. Вместе они пишут запросы начмедам госпиталей, в разные органы власти, чтобы попытаться разрубить этот гордиев узел проблем. Добровольцы русской армии оказались в странной и тяжёлой ситуации: они искренне хотят сражаться за Русский мир, но общество отчего-то не отвечает им взаимностью.

Руководитель медико-социального комитета Союза Добровольцев Донбасса Ольга Кулыгина рассказала Царьграду: в боях под Балаклеей было множество раненых, некоторые очень тяжёлые, есть и те, кто потерял конечности. Для многих всё закончилось благополучно – легко раненные ребята уже вернулись в строй. Но та часть, что рассредоточена по госпиталям, пытается решить накопившиеся проблемы, главной из которых стала неопределённость их статуса.

Они прибывают в госпитали почти голыми, без документов, без одежды, имея статус добровольца. Большинство из них не имеют возможности подтвердить статус военнослужащего, несмотря на то что у них присутствуют документы по форме 100 о том, что они получили ранение именно в ходе специальной операции. Отношение к ним в плане материальных выплат совсем другое, и это большая проблема, поскольку прошло уже достаточно длительное время с начала спецоперации, но ни один из наших раненых бойцов не получил компенсации,

– поделилась Ольга.

Сложность в том, что на войне как-то не до документов, и часто бойцы, попадая в госпитали, оторваны от своих подразделений, они не получают денежное довольствие, ведь нужно как-то подтвердить свою личность и свой статус. Везти документы в военкомат по доверенности или иным образом – неподъёмная задача для раненого военного. Искать их по госпиталям, раскиданным по разным городам, никто не торопится. И к сожалению, нередки случаи, когда после лечения бойцов из госпиталя просят “на выход”. Эту проблему нужно срочно решать, считает Ольга Кулыгина.

Были прецеденты, когда госпиталь, не понимая статуса бойца, пытался от него избавиться, поскольку военный госпиталь не имеет возможности держать неизвестно кого. Здесь могла бы помочь какая-то база данных, поскольку все прошли через военкоматы или структуры, через которые они зашли сюда. Эти структуры должны были оперативно подтвердить их статус. К сожалению, этого не происходит,

– рассказала собеседница Царьграда.

Странный приём

Ситуация патовая: бойцы неделями находятся в госпиталях не потому, что их так долго лечат, а из-за невозможности подтвердить их статус. Иногда начмеды госпиталей идут навстречу и ждут дополнительно, пытаются помочь.

Начмеды просто ждут ответы от воинской части, которая призвала бойцов и не соизволила им ответить. У нас их не сотни и не тысячи, ведь это всё-таки довольно локальные действия. И не подтвердить статус нескольким десяткам человек – это большая халатность и безобразие. Бойцы, находясь в таком статусе, не могут просто доехать до дома, купить необходимые для лечения и реабилитации препараты. У многих существенные травмы, им надо проходить реабилитацию. Давайте, уважаемое Минобороны, поступать так: если вы используете людей в ходе спецоперации и люди имеют тот же статус, что и военнослужащие по тем задачам, которые вы им даёте, относитесь к ним соответствующе,

– возмущается Ольга.

Ещё одна большая проблема – с выплатами. К примеру, по словам Ольги, недавно медики получили внутреннее распоряжение – лёгкие, сквозные ранения таковыми не считать. Теперь за такие раны бойца не объявят “трёхсотым”, и он не получит выплаты.

Абсурда много. С тем, с чем мы можем бороться, мы боремся в меру наших сил. Бойцам терпения, поскольку люди, прошедшие через тяжёлые условия достаточно длительное время, рассчитывают на другой приём и другое отношение к ним в обществе,

– подводит итог Ольга.

Вспомнить опыт Косова

Фельдшер Николай (позывной “Самара”), вытащивший с того света сотни бойцов, рассказал: да, такая проблема есть, но её можно решить. По своему опыту в Косове собеседник Царьграда рассказал: когда боец-доброволец поступает на службу, он оставляет свои документы, ему выдаётся специальный паспорт-карточка, заменяющий собой все документы и пропуска. Этот документ позволяет без лишних проволочек предоставить нужные данные в госпитале, например. Неопределённость статуса добровольца мешает некоторым из желающих примкнуть к рядам воюющих на Украине.

Многих людей, которые хотели бы поехать и отдать свой долг здесь, останавливают эти вопросы, в том числе и медицинского обеспечения. Я могу сказать и по своему батальону в том числе. Многие люди ехали сюда, зная, что, если они погибнут, их семья получит определённые денежные средства. И было сказано о приличной сумме. Насколько я знаю, на данный момент ни один “трёхсотый” до сих пор не получил выплату, не знаю о “двухсотых”. С их семьями связи пока не было, сейчас, когда мы вернулись сюда, мы свяжемся и уточним по выплатам,

– рассказал Николай.

Нестатусные люди

Проблема выплат и реабилитации бойцов-добровольцев появилась не вчера. Но спецоперация России на Украине обнажила этот нарыв, считает председатель президиума Общероссийской организации “Офицеры России”, Герой России, генерал-майор Сергей Липовой.

То, что у нас нет статуса добровольца – очень большой юридический провал. У нас есть федеральные законы о военной службе и о ветеранах боевых действий. Но ни под один из этих законов добровольцы не попадают. Все, кто принимает участие в специальной военной операции, попадают туда несколькими путями, но в любом случае с ними либо через военкоматы, либо через другие силовые структуры заключаются договоры, контракты от месяца до года. В них прописываются права и обязанности двух договаривающихся сторон,

– сказал эксперт.

В договоре на добровольное участие в боевых действиях прописываются все детали – выплаты за ранения и гибель, регламент предоставления этих выплат. Военным просто нужно не забывать, что договор нужно читать внимательно и обязательно требовать на руки свой экземпляр документа. Об этом забывают многие, отчего и возникают эти проблемы, считает эксперт. А пробелы в законе о военной службе намерены ликвидировать депутаты Госдумы: в профильном комитете уже приступили к обсуждению поправок, которые смогут наделить добровольцев равными правами с официальными военными. По словам Сергея Липового, это должно произойти в самое ближайшее время. Но бойцы должны и сами проявлять бдительность.

Впрочем, по словам самих бойцов, им при подписании документа просто не оставляют выбора: договор существует в единственном экземпляре и, разумеется, не у них на руках.

Что с того?

Сергей Липовой тем не менее считает добровольческие батальоны важным звеном вооружения: именно эти ребята снимают часть основной нагрузки подразделений силовых структур. Порой они берут на себя сложнейшие задачи, именно благодаря им о мобилизации в широком смысле, по мнению эксперта, в России речи не идёт. Добровольцы – полноценные союзники и партнёры русской армии, и нужно по чести оказывать им поддержку и необходимую помощь. Пока они вынуждены справляться сами и при помощи общественников.

Нужно требовать и иметь на руках договор с государственной структурой, при заключении которого боец будет чётко понимать свои права, и проследить, чтобы там были прописаны все случаи и выполнение обязательств по получению ежемесячного заработка, страховых выплат ему или семье. Если военный доброволец столкнулся с нарушениями прав, у него всегда есть возможность обратиться к государственным юристам. А пока бойцы, вставшие грудью на защиту Отечества, вынуждены после ранений доказывать свою правоту и подтверждать право на квалифицированное лечение – чиновники, которые это допустили, не имеют права спать спокойно.

Путь через Чечню

Подпись к фото,

Власти Чечни регулярно отчитываются об отправке в Украину сотен добровольцев, подписавших контракт с Росгвардией

Пропустить Подкаст и продолжить чтение.

Что это было?

Мы быстро, просто и понятно объясняем, что случилось, почему это важно и что будет дальше.

Конец истории Подкаст

Власти Чечни активно распространяют в соцсетях видеоролики и отчеты о подготовке добровольцев на базе Российского университета спецназа. Обещают полное обеспечение экипировкой и питанием и даже возврат денег за проезд до Грозного.

“Я не мог пойти через военкомат. Мне 48 лет, в армии не служил из-за травмы руки. Увидел, что есть шанс поехать через Чечню, и загорелся. Приехал в Грозный, зашел в мэрию и сказал, что хочу пойти на войну добровольцем. Меня отвезли в Гудермес”, – рассказывает Алексей (имя изменено по соображением безопасности).

В Гудермесе располагается база Российского университета спецназа – частного учебного заведения, созданного по инициативе Рамзана Кадырова для тренировок сотрудников спецподразделений. Команду инструкторов университета возглавляет бывший офицер спецназа ФСБ “Альфа” Даниил Мартынов. Как удалось установить Би-би-си, человек с голосом Мартынова в течение нескольких месяцев принимал участие в подготовке детального плана вторжения в Украину.

“Подготовка в университете спецназа идет прямо очень круто, инструкторы сильные. Утром подъем, завтрак, и весь день занятия. Как ползать, как стрелять из разных положений, как быстро магазин поменять, что делать, если патрон заклинило. Из гранатомета тоже учили стрелять. Тактические уроки бесценные. Я потом это все вспоминал, когда мы в деревне работали”, – рассказывает Алексей.

Некоторые добровольцы охотно снимаются, не скрывая своих лиц (фотография не имеет прямого отношения к героям публикации)

Кроме тактических занятий и огневой подготовки с добровольцами проводят и идеологические занятия.

“Нам показали секретные документы. В них говорилось о подготовке нападения на Донбасс и на Россию. Так что, если бы Путин не начал эту операцию, наши города бы уже горели”, – уверен Алексей.

Скорее всего, речь идет об обнародованном минобороны России еще в марте шестистраничном документе Нацгвардии Украины. В приказе, подлинность которого невозможно проверить, говорится об организации занятий по боевому слаживанию некоторых подразделений Нацгвардии Украины на базе в Львовской области близ границы с Польшей. Никаких упоминаний о наступлении на Донбасс или Россию в документе нет, но он часто упоминался оборонным ведомством России и российскими государственными СМИ на первом этапе вторжения России в Украину.

В Гудермесе подготовкой добровольцев занимаются инструкторы Российского университета спецназа

Подготовка Алексея и его сослуживцев (всего около 200 человек) к отправке в Украину продлилась 10 дней. Он приехал в Гудермес в начале мая, а уже 15 мая оказался на линии фронта в Луганской области Украины. В конце мая срок подготовки добровольцев в Гудермесе был сокращен, теперь она длится только неделю.

“Нормально, я считаю. С такими инструкторами времени хватает. Реальные знания для боя дают, без воды. Мне все пригодилось и очень помогло”, – говорит Алексей.

Военные эксперты с Алексеем не согласны. Специалисты отмечают, что 7 или 10 дней подготовки может хватить только чтобы обновить навыки тех, кто уже имеет боевой опыт. Для сравнения, перед отправкой в Афганистан солдат-срочников в СССР готовили около 4-6 месяцев.

СДД

Общественная организация «Союз добровольцев Донбасса», созданная первым главой ДНР Александром Бородаем для защиты прав бывших ополченцев, одной из первых объявила набор резерва добровольцев для выполнения различных задач на фоне усугубления ситуации в Донбассе.

Добровольцам предлагалось оставить свои контакты и резюме в официальных группах СДД, при этом отмечалось, что никакого материального вознаграждения бойцам не предусмотрено.

Впоследствии, по сообщениям с мест, бойцов по линии «Союза добровольцев Донбасса» все же стали заманивать и некоторыми ссудами средств, однако четкая стоимость компенсаций не называлась.

Ситуацию о том, что ждет добровольцев, прибывших в Донбасс по линии СДД, подробно описал Telegram-канал «Romanov Лайт», в котором были опубликованы свидетельства реального участника боевых действий.

Он рассказал, что командование СДД не выдавало новобранцам ни боекомплект, ни магазинов к автоматам. Забыли и об оснащении бойцов тяжелым вооружением. По словам участника событий, отряд смог найти самостоятельно 10 магазинов и цинк с патронами, а официального снабжения не было никакого:

Перед выполнением боевой задачей — выйти на серьезный укрепрайон украинских войск, которую невозможно было осуществить без тяжелого вооружения — добровольцы из СДД самостоятельно нашли два ПТУРа и 120-мм миномет с 24 ящиками боекомплекта. Но тут вмешалось командование, которое резко поменяло задачу:

«Выезд на задачу планировался в 2 часа ночи, но тут все меняется, приказ о двухчасовой боевой готовности и выход на новое направление, нужно взять село Долгенькое. Когда собирались, нам сказали, что тяжелое вооружение брать не надо. Зайдем, зачистим, закрепимся. По факту: село взято уже неделю как, там окопались армейцы».

«На передке командир принял решение выводить группу и вытаскивать 300-х (раненых), на что руководство СДД сказало, если вы уйдете, то будете считаться 500-ми (самовольно покинувшими позиции). Ребята все вышли, всех вытащили».

Дневник волонтера на границе с ДНР

Обещанные добровольцам выплаты разнятся от региона к региону. Так, в Омской области говорят, что после прибытия на территорию СВО зарплата контрактников составит минимум 130 тыс. руб. В других регионах называют более высокие цифры, превышающие 200 тыс. руб. А в Пермском крае добровольцам и вовсе обещают, что они будут получать не менее 300 тыс. руб. в месяц. Региональные власти, в свою очередь, готовы на разовые выплаты (от 100 тыс. руб. ), но не всегда их можно получить сразу. Например, в Татарстане добровольцам обещают выплатить сразу только 60 тыс. , а еще 200 тыс. они получат после пересечения границы. Кроме того, контрактникам положены различные выплаты за успешное ведение боевых действий и суточные в 8 тыс. руб. «за каждый день наступления». Региональные доплаты предусмотрены и в случае гибели добровольцев: например, в Башкирии их семьям обещают по 12,3 млн руб.

Напомним, именные военные подразделения из местных жителей задолго до событий на Украине начала формировать Чечня, и в СВО они участвовали с первых дней. В частности, это отряды ОМОН и СОБР «Ахмат» (названы в честь президента Чечни в 2003–2004 годах Ахмата Кадырова), батальон «Юг» и 141-й моторизированный полк имени Ахмата-Хаджи Кадырова. В конце июня глава Чечни Рамзан Кадыров объявил о формировании четырех новых батальонов для участия в СВО: «Север-Ахмат», «Юг-Ахмат», «Запад-Ахмат» и «Восток-Ахмат».

Как пояснил “Ъ” на условиях анонимности осведомленный федеральный чиновник, контрактные отряды формируются по территориальному признаку, поскольку так удобнее работать с добровольцами.

Региональную власть, по его словам, просили оказать прежде всего информационную поддержку, она также помогает финансами и сбором средств на дополнительное материально-техническое обеспечение. На вопрос “Ъ”, не может ли после СВО возникнуть проблем с такими подразделениями по месту их формирования, собеседник “Ъ” ответил: «Тут уж принцип меньшего зла. Да и воевать еще долго и на разных направлениях».

Для чего нужны добровольцы?

После того как 24 февраля 2022 года было объявлено о начале специальной военной операции по демилитаризации и денацификации Украины и защите мирного населения Донецкой и Луганской народных республик, сразу же был поднят вопрос о привлечении неравнодушных граждан в качестве помощи российским военным на добровольной основе.

У многих в памяти были события 2014 года, когда из-за начавшегося вооруженного конфликта в Донбассе сотни российских граждан по зову сердца стихийно отправились в ДНР и ЛНР, где вступили в созданное народное ополчение. Некоторые из них впоследствии погибли в боях с украинскими военными, однако перед этим они успели совершить немало подвигов, защищая мирных граждан.

Российская власть с началом спецоперации в Донбассе горячо поддержала стихийный порыв граждан, готовых исполнить свой военный и профессиональный долг. В итоге президент Владимир Путин согласился с идеей привлечения добровольцев для решения задач на Украине, после чего в России начали работать общественные организации, предоставившие гражданам РФ возможность отправиться в Донбасс.

Часть из этих организаций создали гуманитарные каналы, по которым неравнодушные граждане возят в ДНР и ЛНР и освобожденные населенные пункты продукты и медикаменты, предметы первой необходимости. Свои силы на помощь Донбассу бросили строительные организации, сформировавшие бригады для восстановления мирных городов и поселков.

Но, конечно, существенной частью добровольческого движения РФ стали военизированные подразделения — те, в которых вступали граждане, готовые встать на защиту Донбасса с оружием в руках.

Часто в такие формирования идут люди, у которых за плечами большой опыт в армии, силовых структурах, участие в горячих точках и локальных конфликтах последних лет. Однако в каждом из таких подразделений есть своя специфика, к которой новобранец чаще всего оказывается не подготовлен.

“При мне один упал с инсультом”

Автор фото, Кирилл Кухмарь/ТАСС

На войну в Украину россияне-добровольцы сейчас попадают тремя способами:

  • подписав краткосрочный контракт с минобороны
  • приехав в Чечню и подписав там трехмесячный контракт с Росгвардией
  • заключив контракт с вооруженными формированиями самопровозглашенных ДНР и ЛНР (этот путь выбирают редко, поскольку зарплата военного в Донецке и Луганске гораздо ниже, чем в России. Также меньше и компенсация в случае ранения или смерти)

Также на войну можно попасть, устроившись на работу в так называемую “ЧВК Вагнера”, но этих людей можно скорее называть профессиональными военными, чем добровольцами.

Дмитрию вариант поехать через минобороны показался проще и надежнее, чем остальные. Многие выбирают именно такой путь, поскольку военкомат всегда расположен рядом, и не нужно тратить деньги и время на поездку в другой город или даже регион.

”Ну, я пошел. Приняли без медосмотра. Видимо, им план по отправкам надо гнать быстрее, так что уже не до проверок и медкомиссий. Собрали всех за пару дней, повезли. В часть приехали ночью. Утром одели: берцы, форма, из снаряги дали вещмешок еще советского образца, вафельное полотенце, кусок мыла и нательное белье советское. На моем печать стояла: 1960-й год”, – продолжает Дмитрий.

По его словам, уже тогда у него появились первые сомнения в том, стоит ли ехать дальше.

“Оружия навалом, все хорошее, в масле. Патронов тоже. Но на этом плюсы заканчиваются. На полигоне бардак, офицерам на нас *** (все равно). Обучения тактике нет, сплочения личного состава нет. Я уже от этого был в шоке. Некоторые автомат толком в руках не держали, танков не видели вживую, а им через пару дней на войну. Надо же обкатать, обстрелять состав, как же так? Банально даже берцы новые натирают, надо разносить, мозоли уже на второй день. Зная об этом, я приехал со своими, но всех заставили ходить в выданном”.

  • “Вы едете туда, где стреляют”. В России массово ищут военных-контрактников для отправки в Украину
  • “Ваш муж без вести пропал, хватит уже звонить”: как родные пропавших в Украине российских военных пытаются вернуть их “живыми или мертвыми”

С начала марта минобороны России начало публиковать тысячи вакансий на популярных сайтах поиска работы типа HeadHunter. Объявления, предлагающие заключить краткосрочный контракт с российской армией, появились у подъездов и в общественном транспорте во многих городах России.

Для многих регионов, где отсутствуют социальные лифты, служба в армии по контракту является чуть ли не единственной возможностью заработать. Так, например, военкомат Нижнекамска обещает добровольцам денежное довольствие в размере от 200 тысяч рублей в месяц. Это в пять раз выше, чем средняя зарплата в городе. На предложение минобороны откликаются и люди без реального опыта участия в военных действиях.

По словам Дмитрия, на сборном пункте в Ростове, где он оказался, большую часть добровольцев составляли люди в возрасте старше 45 лет. Не все из них оказались здоровы.

Пробыв в части три дня, Дмитрий решил вернуться домой.

“К тому времени мы еще контракты не подписали. Поэтому, когда нас на стрельбы построили, то я просто отказался. И еще человек пять со мной из строя вышли. Это просто *** (безумие), нафиг такие приколы”, – рассказывает он.

Оставшиеся в лагере мужчины, по словам Дмитрия, уже через день были переброшены в Украину и затем приняли участие в боях за Изюм.

“Мы на связи с одним парнем. Он месяц оттрубил, ранили, вернулся. Говорит, было трудновато, еле жив остался. Выручили ребята-добровольцы, которые через Грозный приехали. У них там занятия вроде хорошие были по тактической медицине, плюс аптечки толковые. Вот они его и замотали, и вытянули. А так бы кровью истек”.

Как в Башкирии создают добровольческие формирования для участия в военной операции на Украине

Два мотострелковых батальона подготовила для СВО Башкирия. О формировании первого, имени Минигали Шаймуратова (советский башкирский военачальник времен Великой Отечественной войны), еще в мае заявила республиканская организация «Ветераны морской пехоты и спецназа ВМФ». А в июне «Ветераны десантных войск и спецназа Башкортостана» анонсировали создание батальона имени Александра Доставлатова (уфимец, погибший на второй чеченской войне). Глава республики Радий Хабиров говорил, что общая численность двух батальонов превышает 800 человек.

В ряде регионов создаются подразделения поддержки.

Например, батальон материально-технического обеспечения «Сейм» из Курской области займется подвозом горючего, продовольствия, боеприпасов и т. Омская область объявила о формировании ремонтной роты, роты материального обеспечения и медицинского подразделения под названиями «Иртыш», «Авангард» и «Омь». Там наиболее востребованы автомеханики, логисты, экспедиторы, завхозы и средний медицинский персонал. По данным омских властей на начало прошлой недели, получено 150 заявлений на службу, 50 человек уже прошли отбор и включены в приказ, а еще 400 человек позвонили на контактный номер и заявили о готовности вступить в именные батальоны.

Среди других «именных» подразделений — «Ангара» (Иркутская область), челябинские батальоны «Южноуралец» (261 человек) и «Южный Урал» (253 человека), томский «Тоян» (по имени князя племени эуштинских татар, живших на берегу Томи в XVII веке). В ульяновских батальонах «Свияга» (река, протекающая через Ульяновск) и «Симбирск», как ожидается, будет по 200 бойцов. По словам замглавы центрального пункта набора Ульяновска Максима Коржова, интерес к заключению контрактов «очень большой»: в день поступает более 100 звонков.

За процедурные формальности во всех регионах отвечает Минобороны: добровольцы подписывают с ним договоры на срок от нескольких месяцев с возможностью продления и получают официальный статус контрактников.

Типичную для многих субъектов РФ схему распределения обязанностей при формировании регбатов ранее описал в интервью приморский губернатор Кожемяко: в случае с «Тигром» амуницию (бронежилеты и каски) поставляет Тихоокеанский флот, край заботится об одежде и спецснаряжении («различные прицелы, рации, квадрокоптеры»), а оружием обеспечивает Минобороны.

Как поехать на Украину добровольцем — за Россию

Помочь стать добровольцем и поехать на Украину могут в Союзе добровольцев Донбасса. Организация формирует отряды добровольцев — недавно один из таких отправился на Украину. Требования к кандидатам есть, но всё лучше узнавать напрямую, отметили в Союзе.

Добровольцем на Украину можно отправиться что называется “напрямую”. То есть обратившись к властям ЛНР или ДНР. Берут людей от 18 до 50 лет. Требования довольно мягкие, нужно желание и возможность пересечь границу в качестве частного лица.

Поступить на военную службу, подписав контракт, могут далеко не все — список условий и документов довольно обширный. Но всё же варианты отправиться на Украину есть и другие. Например, определиться в частную военную компанию (ЧВК).

Частная военная кампания “Вагнер” постоянно ведёт набор, обещают не сильно придираться к формальной части (документам, здоровью, прошлому), но при этом платить деньги и обеспечить гарантии — на случай чего. Главное условие — быть на 100% гражданским и не иметь судимостей по “тяжёлым” статьям, также есть некоторые ограничения по перенесённым заболеваниям.

Судя по последним постам в официальной группе “Вагнера”, сейчас требуются специалисты практически по всем направлениям, набор же лишён массы формальностей, которые есть в военкоматах и пунктах призыва по контракту. Также шансов попасть именно на Украину через ЧВК “Вагнер” заметно больше — люди работают там, где есть реальная работа сейчас.

Кроме того, в Гудермесе работает Российский университет спецназа. Там готовят и переобучают спецов для силовых структур. По информации в открытых источниках, университет постоянно ведёт набор бойцов, которые после непродолжительного переобучения, отправляются на Украину.

Обратиться можно в мэрию Грозного, где располагается пункт набора добровольцев. Оплачивают перелёт, обмундирование, 300 тысяч рублей выплачивается на руки в день отправки. Подчёркивается, что добровольцы будут воевать на Украине плечом к плечу с бойцами чеченского батальона.

Как подписать контракт, чтобы попасть добровольцем на Украину

Немало тех, кто годен к военной службе, хотят подписать контракт отправиться на Украину — бороться за Россию и Русский мир. Правда, подписание контракта необязательно означает отправку в зону спецоперации: потребности армии разнообразны, и выполнять задачи может понадобиться не только на Украине.

Чтобы поступить на службу по контракту, нужно подать заявление в пункт отбора. Сделать это можно, придя на такой пункт в своём населённом пункте, или написав письмо на почту, позвонив по телефону или даже оставив заявку на сайте министерства обороны.

Далее опытные инструкторы оценят потенциал и пригласят (или нет) на пункт отбора. Туда же надо взять с собой целый список документов.

После этого кандидат проходит психологическое тестирование и медкомиссию, сдаёт нормативы по физподготовке. После будет оформление документов и отправка в воинскую часть, где и произойдет, собственно, подписание контракта. Далее — интенсивная общевойсковая подготовка.

Интересно, что контрактником может стать не только человек, служивший в армии, но и далёкий от военных дел: ему подберут занятие, которое наилучшим образом поможет ему реализовать навыки и умения.

Подробнее о том, как подписать контракт и, возможно, отправиться на Украину, описано вот здесь.

Как стать добровольцем и пойти сражаться за Россию на Украине

Вопрос из заголовка вовсе не праздный и интересует довольно большое количество жителей нашей страны. Спецоперация на Украине показала, что патриотические чувства среди русских никуда не делись: люди собирают гуманитарную помощь и даже хотят стать добровольцами — за Россию.

“Как стать добровольцем на Украину?” и подобные ему запросы жители нашей страны вводят в поисковике около 20 тысяч раз за месяц. Поэтому мы решили дать ответ на него и описать общую схему того, как стать добровольцем за Россию на Украине.

«Вагнер»

Среди добровольческих подразделений Донбасса выделяется группа российских военных специалистов, известная в СМИ под именем «ЧВК Вагнера».

Бойцы данной структуры принимали уже участие в боевых действиях в Донбассе в 2014-2015 гг. , где защищали Луганск от нападений украинских войск и нацистских формирований. Впоследствии силы «ЧВК Вагнера», согласно сообщениям журналистов, участвовали в операции в Сирии и побывали в различных горячих точках в Африке.

Одной из отличительных черт данного подразделения является то, что в их рядах находятся бывшие кадровые военные, которые служили в войсках специального назначения, а также ветераны горячих точек.

Такая специализация превращает группу российских добровольцев в высоко подготовленное подразделение, способное решать сложные и опасные боевые задачи. В этом же и кроется особенность подразделения.

По сообщениям местных источников и экспертов, бойцов «Группы Вагнера» направляют на самые тяжелые участки фронта, где освобождать территории нужно под шквальным огнем украинских войск. Например, в населенном пункте Попасная в ЛНР, где по свидетельствам журналистов подразделения «ЧВК Вагнера» смогли переломить ход боевых действий, вынудив украинские силы оставить мощный укрепрайон.

Такая сложность ведения боевых действий предполагает соответствующую подготовку и по-настоящему стальные нервы. В этих условиях становятся понятными сообщения, когда только подписавшие контракт бойцы, не имевшие высокой боевой выучки, уезжали из зоны СВО после первых боев. Очевидно, что заинтересованный человек должен крепко призадуматься, хватит ли у него моральных сил и нервов выдержать такие испытания.

Доброволец на донбасс чувашия

Как видно, патриот и доброволец может столкнуться с разными сложностями, отправившись участвовать в спецоперации на Украине. Однако это не должно смущать и останавливать желающих защитить интересы Родины и мирное население Донбасса. Необходимо лишь знать нюансы, и быть к ним готовым.

Войска из Чечни

Свои локальные добровольческие отряды формируют и в Чеченской Республике по линии Росгвардии и подразделений спецназа.

Глава Чечни Рамзан Кадыров активно освещает деятельность своих бойцов и не скупится на оснащение добровольцев необходимым снаряжением и оборудованием для выполнения боевых задач. Высокая оснащенность и современное снаряжение резко выделяют бойцов чеченского добровольческого батальона и создает впечатление об отличной подготовке подобных соединений.

Впрочем, реальность оказывается несколько неоднозначной. Получив снаряжение и отправившись в Донбасс, чеченские добровольцы во время несения боевой службы активно снимают фото и видео о своих похождениях и выкладывают в социальные сети, красуясь перед своими подписчиками и подписчицами. Можно предположить, что чеченские солдаты гораздо больше следят за собственным имиджем и пиаром, нежели за четким исполнением боевых задач.

Еще одной проблемой добровольческого батальона национального типа стали культурные особенности бойцов Северного Кавказа. На линии фронта русские жители Донбасса не всегда воспринимают чеченских ребят как защитников «Русского мира» — в силу различий религиозного восприятия, быта и культуры.

Кроме того, у многих простых людей жива память о событиях 20-летней давности, когда Чечня еще была проблемным регионом России. В целом, конечно, пиар-деятельность чеченских батальонов успешно борется со стереотипом в отношении чеченских подразделений. Однако это не решает боевых задач в полной мере.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.