Доброволец воевать в донбассе

Не нашли ответа на свой вопрос? Задайте его нашему чат-боту!

На самые частые вопросы мы обязательно ответим на нашем сайте и в соцсетях.

Задать боту вопрос в свободной форме и сразу получить ответ пока не получится. Зато с его помощью можно найти уже существующие ответы: просто выберите категорию, и бот покажет вам всю подходящую информацию.

Кто может принять участие в СВО на Украине?

Россияне, желающие участвовать в СВО на Украине, должны подписать контракт с Минобороны России в одном из пунктов призыва или военкомате по месту жительства. Условия приема на контрактную службу в 2022 году довольно просты: достаточно взять паспорт и военный билет и пройти медкомиссию.

Не берут на контрактную службу при наличии судимости, проблемах со здоровьем и низком уровне физической подготовки. Откажут в подписании контракта и лицам, замеченным в употреблении наркотиков и состоящим на учете в наркодиспансере. При наборе добровольцев на контрактную службу есть и возрастные ограничения: контрактнику должно быть не менее 18 лет, а вот верхний порог для заключающих первый контракт на военную службу отменен.

На контрактную службу берут не только людей, ранее служивших в армии, но и лиц, не имеющих никакой воинской подготовки. На пунктах отбора контрактников в течение нескольких месяцев проводят полную общевойсковую подготовку и помогают подобрать подходящую воинскую специальность.

Однако подписание контракта на военную службу вовсе не означает, что добровольца отправят в зону спецоперации на Украине. У армии России много разноплановых задач, и нести службу нужно не только за пределами государства.

Поэтому добровольцу, желающему попасть на Украину, можно обратиться напрямую к властям ЛНР и ДНР. Но в этом случае придется добираться до Донбасса своими силами и иметь собственную экипировку и обмундирование.

Кто может принять участие в СВО на Украине?

Пункты отбора на военную службу по контракту в Москве и регионах России

Объявления о наборе добровольцев-контрактников можно найти на любых российских сервисах по трудоустройству: Superjob, Работа. ру, hh. ru и др.

Кандидату в добровольцы для службы по контракту нужно обратиться в пункт отбора по городу Москве и Московской области (для жителей столицы и Подмосковья) либо в отдел военного комиссариата по месту прописки (для регионов).

Телефоны и адреса окружных и районных военкоматов по Москве и Московской области можно найти на портале ВМКС. Для других регионов пункты отбора на службу по контракту можно найти на сервисе «НаГражданке. ру», созданном специально для военнослужащих ВС РФ, либо на сайте военкомата своего региона.

Пункты отбора на военную службу по контракту в Москве и регионах России

Сколько платят добровольцам?

Заработная плата контрактника официально называется денежное довольствие. Она формируется из оклада, соответствующего воинскому званию и занимаемой должности контрактника, начислений за выслугу лет на воинской службе, надбавок за особые условия, выполнение боевых задач и др. На сайте Минобороны суммы денежного довольствия добровольцам, находящимся на контрактной службе в рядах ВС РФ, варьируются от 25 до 50 тыс. рублей.

Расчет денежного довольствия контрактников, привлекаемых к участию в СВО на Украине, выглядит несколько иначе. Зарплата добровольца-контрактника зависит от степени вовлеченности в спецоперацию на Украине, то есть от непосредственного участия военнослужащего в боевых действиях.

Денежное довольствие добровольца на контрактной службе при участии в СВО на Украине состоит из:

  • оклада в двойном размере по занимаемой воинской должности: в среднем от 50 тыс. рублей в месяц;
  • ежедневных выплат — 53 доллара в сутки: в среднем 150 тыс. рублей за месяц;
  • надбавки за участие в активных военных операциях — 8 тыс. рублей в сутки: до 240 тыс. рублей в месяц.

Таким образом, доброволец, проходящий службу по контракту на Украине, сможет получать от 250 до 500 тыс. рублей в месяц.

Кроме того, существуют и дополнительные выплаты добровольцам-контрактникам за уничтожение либо захват военной техники, вооружения и живой силы противника на Украине. Так, 50 тыс. рублей выплачивают за уничтоженный беспилотник, БМП, БТР, боевую машину реактивной системы залпового огня. За уничтоженный самолет или танк противника заплатят 300 тыс. рублей, а за сбитый вертолет — 200 тыс. рублей.

Добровольцам, особо отличившимся на службе по контракту на Украине, за решение боевых задач и уничтожение живой силы противника полагается премия в 100 тыс. рублей.

Сколько платят добровольцам?

Выплаты добровольцам при ранении

Всем раненым добровольцам, проходящим службу по контракту на Украине, государство заплатит единоразовое пособие в размере трех миллионов рублей. Эта сумма фиксированная и не зависит от степени тяжести полученного увечья или травмы.

Кроме того, Минобороны выплатит положенное страховое обеспечение раненым контрактникам, проходившим службу на Украине:

  • 296,8 тыс. рублей при получении тяжелого ранения;
  • 74,2 тыс. рублей при легком ранении.

Если доброволец-контрактник, получивший на Украине ранение, будет признан негодным к дальнейшему прохождению воинской службы, то ему выплатят единовременное пособие, составляющее 2,968 млн рублей.

Если будет установлена инвалидность вследствие получения травмы в момент прохождения службы на территории Украины, добровольцу-контрактнику назначат пожизненную пенсию в размере 85% от суммы денежного довольствия для инвалидов 1-й и 2-й групп и 50% от размера денежного довольствия для инвалидов 3-й группы.

Добровольцам, получившим ранение на Украине и признанным инвалидами, также будут назначены следующие выплаты:

  • При 1-й группе инвалидности: разовая страховая выплата — 2,226 млн рублей, ежемесячное пособие — 20,7 тыс. рублей.
  • При 2-й группе инвалидности: разовая страховая выплата — 1,484 млн рублей, ежемесячная компенсация — 10,3 тыс. рублей.
  • При 3-й группе инвалидности: разовая выплата — 742,1 тыс. рублей, ежемесячно — 4,1 тыс. рублей.

Каждому добровольцу-контрактнику, проходившему службу в рядах ВС РФ и получившему ранение на Украине, положены льготы от государства и соцгарантии, как участнику боевых действий.

Выплаты добровольцам при ранении

Выплаты семьям погибших добровольцев

Согласно мартовскому указу 2022 года российского президента Владимира Путина семьи погибших на Украине добровольцев смогут получить деньги от государства. Компенсацию заплатят только близким родственникам погибшего бойца: мужу (жене), родителям или детям.

Родственникам погибшего добровольца заплатят 12,4 млн рублей. В эту сумму входят:

  • страховая выплата погибшим на службе в рядах ВС РФ — 2,9 млн руб.;
  • единоразовое пособие в связи со смертью контрактника, воевавшего на Украине, — 4,5 млн руб.;
  • компенсация семьям погибших на Украине воинов — 5 млн руб.

Кроме того, семьям погибших добровольцев начисляются ежемесячные пособия: пенсия по потере кормильца и различные пособия, назначаемые в регионах. Такие выплаты будут получать несовершеннолетние дети погибших контрактников и родители, если они были на попечении павшего воина.

Помогают семьям погибших на Украине и на региональном уровне. В 2022 году более чем в 50 субъектах федерации установлены региональные единоразовые выплаты от одного до трех миллионов рублей, а также ежемесячные региональные пособия родственникам павших добровольцев.

Для семей погибших на Украине добровольцев также предусмотрен ряд льгот. Например, для детей при зачислении в вуз, скидки на коммунальные платежи, соцгарантии, помощь в улучшении жилищных условий, первоочередное получение медуслуг, налоговые льготы.

Выплаты семьям погибших добровольцев

В чем разница между добровольцем и наемником?

Лицо, которое добровольно вступило в ряды вооруженных сил государства, считается добровольцем. Все завербовавшиеся для участия в спецоперации на Украине добровольцы подписывают договор с Минобороны РФ о контрактной службе. Таким образом, они официально входят в состав вооруженных сил России.

За все действия добровольцев несет ответственность государство, то есть их не могут судить за участие в военных действиях, на них распространяются общепринятые международные гарантии в случае попадания в плен к противнику. Официально говоря, добровольцы имеют статус комбатанта.

Наемники тоже участвуют в вооруженных конфликтах на добровольной основе, но они в личный состав вооруженных сил не входят, а значит, страна не несет ответственности за их действия. Такие лица вербуются, как правило, в частные военные компании (ЧВК), и на них не распространяются нормы права, регулирующие вооруженные конфликты.

Наемников можно назвать «нелегальными комбатантами». Это означает, что они не имеют статуса военнопленного и не попадают под положения Женевской конвенции. Если они попадут в плен к врагу, то будут отвечать сами за себя — официальной помощи от государства, на стороне которого они выступали, не поступит.

В чем разница между добровольцем и наемником?

Кроме того, если добровольцы идут на воинскую службу за идею — защитить свою страну, то наемники руководствуются лишь желанием получить материальную выгоду.

В войне в Украине принимают участие не только кадровые российские военные, но и так называемые добровольцы. До лета их отправляли на фронт через батальоны “БАРС” (боевой армейский резерв страны), а позднее — через именные батальоны, которые формируются в регионах России. Те, кто уже вернулся с фронта и были теми самыми первыми добровольцами, признаются, что чувствуют себя обманутыми: они получили только заплату без остальных привилегий, а официальная компенсация в случае смерти таких военных в два раза меньше, чем у добровольцев-контрактников. “Idel. Реалии” поговорили с татарстанцами, вернувшимися из Украины, и попытались разобраться в том, что такое батальоны “БАРС” и почему власти не хотят признавать их “настоящими военными”.

Все имена военных-добровольцев изменены в целях их безопасности. “Idel. Реалии” знают их настоящие имена, у редакции есть подтверждения, что они действительно находились в качестве военных в Украине в обозначенные ими сроки.

ПОГИБШИЕ

До конца непонятно, сколько человек из Татарстана либо уже принимали участие и вернулись, либо находятся прямо сейчас в Украине в качестве солдат и офицеров. Известно одно: с начала войны погибло как минимум 107 мужчин из республики. Их смерть подтвердили или родственники, или местные власти. Восемь из них — добровольцы.

По подсчетам “Idel. Реалии” на 10 августа, на войне погибли как минимум 1 148 человек из республик и областей Поволжья, смерть которых так или иначе признала российская сторона.

ВИКТОР

Добровольцев одного из батальонов “БАРС” довозят на машинах до военной части в Ростовской области, где они должны забрать свои документы и отправиться домой после двух месяцев службы в Украине. Как только они выходят из машин, те уезжают, оставляя мужчин одних.

Военная часть располагается в поле, примерно в 10 километрах от трассы; рядом нет никаких населенных пунктов.

Из части выходит офицер. Он отдает добровольцам их документы в пакетах: телефоны, паспорта, военные билеты.

— А как нам до Ростова добраться? — спрашивает Виктор (имя изменено).

— Трасса вот там, — отвечает ему офицер и уходит.

У мужчин нет наличных денег, трасса далеко. Но делать нечего. Позже, уже на трассе, они принимают решение ловить попутку, но перед ними неожиданно останавливается пустой военный грузовик с буквой Z.

— Что, ребят, на Ростов? Давайте, запрыгивайте, — говорит им водитель.

Виктор уверен, что водитель того грузовика не впервые встречает солдат, которые пешком идут из части до вокзала в Ростове-на-Дону.

— Он нас не смог довести до самого Ростова, но хотя бы до цивилизации. Остановился, мы пошли к банкомату ВТБ. У кого-то на карточках вообще ноль был. Говорят, что работники банка у нескольких десятков человек из батальона потеряли реквизиты. У меня было несколько тысяч рублей. Мы сняли, скинулись и добрались до дома. Вот такое отношение. Хотя бы до вокзала довезли, — возмущается Виктор. — Мы пошли добровольно помочь своей армии, а с ее стороны такое отношение.

Почти все добровольцы из батальона “БАРС”, с которыми удалось побеседовать журналисту издания, признавались — такого отношения к себе они не ожидали.

Доброволец воевать в донбассе

Непосредственно Виктор, по его словам, получил только 330 тысяч рублей за два месяца службы. Хотя им обещали 410 тысяч. “А кому-то из моего батальона — мы созванивались с Пермью, с Нижним Новгородом — вообще ничего не пришло, кому-то 20 тысяч”, — добавляет он.

Виктор до этого уже служил — у него есть боевой опыт. Он рассказывает, что раньше никогда не встречал такого отношения.

Схожую историю — что во главе роты или даже выше ставят людей без боевого опыта — подтвердили и другие собеседники из других батальонов “БАРС”.

Это далеко не все проблемы, с которыми столкнулись военные-добровольцы. Отсутствие нормального обмундирования, оружия, формы, невозможность получить боевые (8 тысяч в день), отсутствие начислений за выслугу лет — вот неполный список того, что перечислили собеседники.

Причина, почему все вышло так, уверены они, в том, что их не считают за настоящих военных. Важный вопрос — это контракт, который они заключали в военной части, и с кем он был в итоге подписан. Сами же собеседники не могут однозначно на него ответить.

Уже на месте подполковник из Казани, который ехал с ними, переговорил с местным полковником, тот в свою очередь провел беседу с добровольцами. После они отправились заполнять договоры, контракты и оформлять карты ВТБ: “Тут же были девочки и мальчики из банка, которые выдавали карточки”.

Виктор уверен: в том, что им не доплатили за работу, нет вины военкомата в Татарстане; это в первую очередь вина части в Ростовской области.

— Договоры составлялись и подписывались на полигоне в Ростовской области. Мы думали, что подписываем договор с Минобороны. В договоре, насколько я помню, тоже было указано так. Я подполковнику, который был с нами, задал вопрос. Он мне ответил: “Вы не имеете отношения к Вооруженным силам, вы партизаны”. Выходит, что мы как батальон “Ахмат” и вот эти все. Они же тоже не имеют отношения к вооруженным силам — добровольцы, — рассуждает Виктор.

БАТАЛЬОНЫ “БАРС”

О том, что в России появится некий “Боевой резерв армии специальный (или страны — везде разная информация)”, впервые серьезно заговорили летом-осенью 2021 года. Сам же указ президент России Владимир Путин подписал еще в 2015 году, но с тех пор о нем не только не говорили, но и не предпринимали каких-либо реальных действий. Смысл “БАРСа” был в том, чтобы включить российских мужчин в список резервистов, доплачивать им небольшую сумму (от 60 тысяч рублей в год), отправлять на сборы (на один месяц в году), а в случае необходимости — еще и на учения или войну.

“Заключившим контракт гарантируются финансовое стимулирование, упрощенное поступление в вузы Минобороны России, карьерный рост, получение навыков вождения боевой техники, стрельбы из всех видов вооружения, квалифицированное медицинское обслуживание и многое другое”, — писали на сайтах администраций и государственных СМИ осенью 2021 года.

Там обещали, что поступление граждан в мобилизационный людской резерв осуществляется путем заключения контракта с Министерством обороны РФ. Так ли это — до конца не известно. Однако сейчас, в условиях военных действий в Украине, налицо отхождения от первоначальной идеи. Например, предполагалось, что солдат, матросов, сержантов, старшин могут принять в резерв только в возрасте до 42 лет; майоров, капитанов 3 ранга, подполковников, капитанов 2 ранга — до 52 лет; полковников, капитанов 1 ранга — до 57 лет.

Однако большая часть из тех, с кем удалось побеседовать “Idel. Реалии”, оказались сильно старше этого возраста. Большинство из них — офицеры запаса, но отправились на войну как обычные солдаты. Более того, они сообщили, что средний возраст добровольцев в их батальонах — около 45-50 лет.

Официального сайта батальонов “БАРС” нет. Но есть неофициальный, который посвящён “новому проекту министерства обороны “БАРС-2021”. Эта страница находится не на официальном сайте министерства, а в свободной доменной зоне ws. Она была создана при помощи общедоступного инструмента для строительства сайтов Tilda. На сайте сказано, что набор в мобилизационный людской резерв проводит некая “команда вежливых людей” и министерство обороны. В разделе контакты указаны телефоны военкоматов.

Руслан Левиев, глава независимой организации Conflict Intelligence Team (CIT), в разговоре с “Idel. Реалии” отметил, что “БАРС” является “продуктом” Минобороны России”.

— Расшифровывается как “боевой армейский резерв страны”. Из того, что мы знали про “БАРС” тогда: любой желающий мог подписать контракт с “БАРС”, пройти обучение, получить форму, получить скромную доплату и попасть в резерв. Наша гипотеза заключается в том, что нынешние “БАРСы” (а их несколько, они “номерные”) набраны как раз из этого резерва. Есть всякие “БАРС-2”, “БАРС-3”, “БАРС-5” и прочие. Мы полагаем, что часть из них действует под началом Минобороны России и им же и оплачивается. Часть же отдана под СДД (Союз добровольцев Донбасса). Ранее в интернете публиковалось объяснение СДД, что вот такие-то “БАРСы” (назывались номера) относятся к нам и их военнослужащие получают компенсации от нас. А другие — не относятся, поэтому претензии по компенсациям должны предъявляться другим. Никаких ЧВК тут нет, это байки. Напомню, что и группа Вагнера тоже не является ЧВК, — заявил он.

Отметим, что есть свидетельства о как минимум двадцати подобных “номерных” батальонах “БАРСа”. Собеседники “Idel. Реалии” сообщили, что речь может идти о 10 тысячах добровольцев, которые сейчас принимают участие в войне в Украине.

4 августа командир отряда “БАРС-13” Сергей Фомченков рассказал интернет-изданию Украина. ру, как российские добровольцы воюют на изюмском и славянском направлениях. Он также отметил, что “БАРС-13” сформирован как военное подразделение Союза добровольцев Донбасса:

— В основном граждане России — добровольцы, которые захотели участвовать в “специальной военной операции”. В нашей стране впервые стали разрешать добровольцами участвовать в военных действиях. Раньше эта практика в Донбассе в 2014-2015 годах была хаотично-самодеятельная, не всегда одобряемая из России. А с начала СВО встал вопрос, как люди, которые желают поучаствовать в происходящем, имеющие боевой опыт, желание, соответствующую мотивацию, принять участие, если они не военнослужащие российской армии. Была использована система специального боевого армейского резерва “Барс” для того, чтобы привлечь добровольцев к этой операции. Через Союз добровольцев Донбасса и лично через Александра Бородая я получил возможность сформировать отряд.

Союз добровольцев Донбасса возглавляет депутат Государственной думы РФ, экс-премьер “ДНР” Александр Бородай.

В социальных сетях можно найти десятки публикаций, как люди или организации собирают “гуманитарную помощь” для батальонов добровольцев “БАРС”.

АЛЕКСАНДР

Когда добровольцы из другого батальона “БАРС” вернулись в Ростовскую область, они стали возмущаться, что им не выплачивают деньги, а военное руководство ведет себя непрофессионально. Они вызвали генерала и хотели перекрыть федеральную трассу.

Мужчина родился в Татарстане. В беседе с корреспондентом “Idel. Реалии” он рассказывает, что недоволен тем, что ему заплатили только зарплату — “копейки”.

— 205 тысяч рублей заплатили за месяц, а боевые не платили — это 8 тысяч в день. За звание тоже не платили. Мы отправляли запрос о том, что мы принимали участие в военных действиях, но нет, мы ноль, мы никто — обидно, — продолжает он.

Доброволец воевать в донбассе

Антоновский мост через Днепр, соединяющий Херсон с левобережьем, после первых ударов ВСУ. Херсон, 20 июля 2022 года

Мужчина вспоминает, как попал на войну. Александр пришел в военкомат в своем городе, чтобы узнать, как попасть в Украину добровольцем.

Александр уточняет, что первоначально они не предполагали, что все будет именно так:

БОРИС

Другой доброволец из “БАРСа” — Борис (имя изменено) — отмечает, что кому-то из семей за смерть заплатили, а кому-то нет:

— Знаю, что скоро привезут еще одного погибшего из “БАРСА” в Татарстан. Его родственники уже приходили и оформляли документы на семь миллионов, а семья другого погибшего мне сказала, что ничего не получила. Я вот не пойму, где собака зарыта: это чиновники тормозят, или механизм не откатан. По добровольцам, по крайней мере.

Позднее в разговоре с “Idel. Реалии” он уточнил, что в итоге в Татарстане платят семь миллионов рублей за смерть добровольца из “БАРСа”, при этом за смерть контрактника платят в два раза больше — 14 миллионов. Но ситуация зависит от региона: где-то, как в Татарстане, процесс идет, а где-то — нет.

При этом Борис, в отличии от остальных, думает, что у некоторых из тех, кто был в “БАРСе”, ожидания не совпали с действительностью.

— У меня это не первая война, я, естественно, взял и подменку, еще форму взял с собой, у меня еще с советских времен осталось, и берцы, и кроссовки, и сапоги резиновые, — говорит Борис. — В общем, у меня было два рюкзака. Питания я много взял: тушенку, колбасу, консервы, дошираки. Конечно, были те, кто думал, что они сейчас приедут и их оденут по самые не хочу. В итоге поняли, что и постираться там негде, и переодеться не во что. Ходили потом по заброшенным домам и искали кроссовки.

Борис был одним из тех, кто рассказал и историю про попытку перекрыть трассу из-за того, что солдатам не выплатили деньги. “А как людям возвращаться? Некоторые были с Дальнего востока. Устроили там шухер, после этого начали выдавать только документы и деньги”, — констатирует он.

Мужчина рассказывает, что у него “были обезличенные документы, там не было написано, с кем заключен контракт”:

— Я пришел в военкомат, написал заявление, что хочу уйти добровольцем. И все. И дальше военкомат оформлял заявление, всякая такая канитель, копии документов привозил, дальше они ушли в Казань и все. Даже зарплата у нас шла не так, как у контрактников. У нас назначение платежа — это непонятно что, какая-то помощь, чуть ли не детское пособие.

Он также отмечает, что деньги от Минобороны ему никогда не приходили.

— Когда мы подписывали документы, наверху, в шапке документа, не было ничего указано, с кем мы подписываем, но они постфактум могут написать все, что им угодно. Ужасно это, никаких концов не найдешь. Очень обидно, что боевые не заплатили, — говорит Борис.

Такие же истории “Idel. Реалии” рассказали все остальные собеседники, которые остались недовольны выплатами и отсутствием привилегий “настоящего военного контрактника”.

Получить копию контракта от собеседников “Idel. Реалии” не удалось — с их слов, у них на руках не оказалось документов. В Минобороны РФ пока не ответили на вопросы редакции.

— Мы вроде были прикреплены к дивизии, оружие и патроны получали так же, как и все, мы не были предоставлены сами себе на передовой, всегда были на связи с другими военными. Это же не махновщина какая-то. Но у нас, среди “БАРСовцев”, никто ничего не понимает, — делится Борис.

ВОЕНКОМАТ

8 июля добровольцы-контрактники из разных районов Татарстана прибыли в Танковое училище в Казани, чтобы получить снаряжение и отправиться в составе именного батальона “Алга” на полигон в Оренбургскую область для “военного слаживания” (это обучение перед тем, как отправиться на войну).

На фотографиях и видео того дня видно, что военным выдают новое обмундирование — разгрузочный жилет и бронежилеты, шлем, противоосколочные очки, наколенники, налокотники и т.

После, как отмечали в СМИ, был митинг, а следом — торжественное отбытие: шесть белых автобусов отправились в Оренбургскую область под звуки “Прощания славянки”. Несколько десятков их родственников и друзей махали им вслед.

Добровольцев из “БАРСа” отправляли на службу не так. Ничего торжественного не было, только военкомат — автобус до Ростовской области — фронт. Чтобы понять, почему так случилось, нужно разобраться в том, в чем отличия между “Алга”, “Тимер” и батальонами “БАРС”.

10 июня в официальных пабликах государственных СМИ Татарстана появилась информация, что “казанский военкомат пригласил на службу мужчин до 49 лет, ранее служивших в армии”. Из объявления следует, что добровольцам обещают “стабильную зарплату от 205 до 270 тысяч рублей в зависимости от специальности” и разные бонусы. “Так, за лето вы сможете заработать около миллиона рублей!” — говорилось в объявлении.

Это были первые сообщения о наборе в именные батальоны Татарстана. К тому моменту уже несколько регионов начали их набирать.

Татарстанцам, которые решат вступить в батальоны (“Алга” уже сформирован и отправился для прохождения обучения — “боевого слаживания”), обещают 260 тысяч рублей для того, чтобы “семья могла жить это время без кормильца”, а также $53 в день “гарантированно”, 8 000 рублей в день при участии в активных боевых действиях, “солидную экипировку”, “серьезный набор пособий и страховое, материальную помощь родственникам, пожизненные льготы”.

Доброволец воевать в донбассе

Но и это еще не все. “За боевые успехи” обещают премии. Под “боевыми успехами” подразумевается уничтожение техники и солдат “врага”: 300 тысяч рублей — за самолет, 200 тысяч — за вертолет, 50 тысяч — за беспилотник, 300 тысяч — за танк, 50 тысяч — за другую технику и 100 тысяч “наиболее отличившимся бойцам за уничтожение живой силы”.

Судя по тому, что рассказали сразу несколько добровольцев, которые уже ходили воевать в “БАРСе”, в военкоматах Татарстана сейчас предлагают отправляться не добровольцами в “БАРС”, а в именные батальоны — “Алга” и “Тимер” (“Алга” в переводе с татарского — “вперед”, а “Тимер” — “железный”), в которые стали набирать с начала июня. “Idel. Реалии” решили проверить это и позвонили в Военный комиссариат Татарстана под видом желающего отправиться на фронт.

Выяснилось, что 260 тысяч от республики, которые до этого обещали выделить единовременно, в итоге будут выплачивать по новой схеме — по 15 тысяч рублей по пятницам четыре недели (это время для “боевого слаживания” на территории России), а потом 200 тысяч сразу, как только батальон пересечет границу России и Украины. То же самое рассказали и власти Татарстана. Кстати, это деньги из резервного фонда правительства республики.

— После того, как вы пересекаете границу, то вам начинает платить Минобороны, как всем военнослужащим. Проживание будет в современных палатках, с кондиционерами. Условия неплохие. Полностью обмундирование покупает вам республика. Новая военная техника, всякие там квадрокоптеры, обмундирование зарубежное качественное — все будет у вас, — рассказывает сотрудник комиссариата РТ.

Там же уточнили: чтобы попасть в батальон, нужно не быть судимым, а также не иметь дел с наркотиками. Самое главное — пройти медкомиссию. “Если все нормально пройдет, мы вас туда отправляем: “Алга” — в Оренбургской, а “Тимер” — в Нижегородской области”, — уточняет сотрудник.

У него же решаем поинтересоваться, а есть ли выбор — идти в именные батальоны или просто добровольцем. Но мужчина уверяет — лучше в батальоны.

— Мы там прямо на передовой будем? — задаем вопрос.

— Да-да, однозначно. Не будет такого, что вы в тылу будете: кашу варить, еду раздавать, гуманитарку принимать. Такого не будет. Это будут батальоны, которые будут прямо на передовой работать.

Татарстанские батальоны пока не отправились в Украину. Поэтому и проверить, будут ли выплачивать военным то, что обещают, и что именно они будут делать на фронте, — проверить не удастся. А вот батальонам “БАРС”, по словам собеседников “Idel. Реалии”, обещали “кашу варить, еду раздавать, гуманитарку принимать”, а также то, что они будут “настоящими военными”. Но в военной части перед отправкой в Украину все изменилось.

Военный комиссар Мензелинского района Татарстана Сергей Владимиров на мероприятии по отправке четырех местных жителей в батальон “Алга” заявил, что “их лица должны висеть на доске почета, потому что это честно”, а также вспомнил, что “примерно в эти дни, 23 июня 1941 года, первый отряд из 30 мензелинцев точно так же уходил на фронт, когда коричневая чума начала угрожать стране”.

— И вот прошел 81 год. И сегодня мы провожаем первый сводный отряд мензелинцев для комплектования республиканского батальона “Алга”. Верю, что поставленные задачи будут выполнены. Победа будет за нами!

Далее на видео следует кадр, как Владимиров делает совместное фото с четырьмя добровольцами; их лица размыты, чтобы скрыть их личность. Однако их незаблюренные фотографии можно найти в других публикациях районных СМИ.

Добровольцы и контрактники часто скрывают свои лица за балаклавами. В СМИ можно встретить такое объяснение: чтобы никто не смог как-то повлиять на их семьи. Однако собеседники “Idel. Реалии” из нескольких батальонов подчеркнули: сами солдаты не хотят, чтобы кто-то знал, что они воевали в Украине.

“ЕСЛИ ЕЩЕ ПОЗОВУТ, МЫ ОТЗОВЕМСЯ”

Среди собеседников “Idel. Реалии” нашлись и те, кто оказался очень даже доволен службой, ее условиями и даже не стал скрывать своего имени. 56-летний нижнекамец Фергат Багаутдинов, как и остальные наши собеседники, решил отправиться на войну, но не растерял настроя. В разговоре с ним то и дело выскакивают: “поехал за идею”, “не падал духом”, “если еще позовут, то мы отзовемся”, “победа на верном пути”, “победить нечистую силу” и т. Такой риторики от других добровольцев, с кем нам удалось поговорить, не было.

Доброволец воевать в донбассе

Багаутдинов, в отличии от остальных собеседников, не был в “БАРСе”, “Алге” или “Тимере”, но был, как и остальные, добровольцем. Еще одно его отличие — он не был на передовой и работал поваром.

При этом он утверждает, что все обмундирование ему выдали “благодаря обеспечению со стороны военкоматов Казани и Ростова”. На все уточняющие вопросы о том, что другие его коллеги говорят об обратном, он отвечал, что проблема сейчас в том, что “у Украины нет мира”:

— Нет покоя, спокойствия, мира нет там, где мы были. Вот этого нету. Наше присутствие там не будет лишним. Мы же туда пришли как бы с миром — помогать населению, но и отвечать на жесткие неадекватные действия тех, которые настроены против мира и согласия. Повторюсь: чего там не было, так это мира, добра и согласия. Дай бог, нашими силами, совместными силами, все это будет.

На вопрос, был ли мир в Украине до вторжения России, он не ответил.

Борис утверждает, что Багаутдинову просто повезло. Вероятно, предполагает он, из-за возраста и по причине того, что у него не было до этого боевого опыта. “Таких людей вообще не было на передовой, мы их вообще не видели. Они только баланду варили”, — рассказывает он.

НАДЕЖДЫ НА РЕСПУБЛИКУ И ЗАКОН

Однако Виктор, который рассказывал “Idel. Реалии”, как он с сослуживцами пытался добраться из части в Ростов, а потом домой, говорит, что уже вот-вот готов отправиться в Украину снова — через “Алгу”.

Борис, в отличие от своих коллег, надеется, что это недоразумение, которое каким-то образом все же разрешится.

— Для нас тоже было удивительно, когда сутками на позициях торчим, когда артиллерия утюжит, но добровольцам за это доплаты не было. Нам говорили в самом начале, что будем там на вторых ролях, в тылу, а когда туда приехали, нам сразу сказали, чтобы мы не думали, что будем в тылу, мы будем на передовой. Военкомат и сам ничего не знал. Надеюсь, что закон о ветеранах изменят и там появится слово “доброволец”, — заключает он.

“Билет в один конец”. Как российские добровольцы едут воевать с Украиной

  • Ольга Ившина
  • Би-би-си

20 июня 2022

Подпись к фото,

Российский солдат во время патруля в захваченном городе (фотография не имеет прямого отношения к героям публикации)

Каждую неделю Россия направляет в Украину сотни вооруженных людей, которых Москва называет добровольцами. Как стало известно Би-би-си, сейчас именно отряды, составленные из добровольцев, воюют на наиболее активных участках фронта. При этом подготовка новых рекрутов перед отправкой длится лишь от трех до семи дней.

“В апреле позвонили мне из военкомата и предложили поехать добровольцем. Говорят, зарплата от 130 тысяч, полное обеспечение питанием, формой, и проезд бесплатно, то есть деньги на дорогу тратить не нужно. Но главное, обещали помочь погасить кредиты”, – рассказывает Дмитрий (имя изменено по соображением безопасности), живущий в небольшом уральском городе.

По словам Дмитрия, ему и сослуживцам, вместе с которыми он воевал в Чечне в начале 2000-х, из военкомата звонили “уже по три-четыре раза”. Несколько звонков он проигнорировал, но потом заинтересовался, поскольку потерял подработку, а без нее стало трудно выплачивать кредит.

“При мне один упал с инсультом”

Автор фото, Кирилл Кухмарь/ТАСС

На войну в Украину россияне-добровольцы сейчас попадают тремя способами:

  • подписав краткосрочный контракт с минобороны
  • приехав в Чечню и подписав там трехмесячный контракт с Росгвардией
  • заключив контракт с вооруженными формированиями самопровозглашенных ДНР и ЛНР (этот путь выбирают редко, поскольку зарплата военного в Донецке и Луганске гораздо ниже, чем в России. Также меньше и компенсация в случае ранения или смерти)

Также на войну можно попасть, устроившись на работу в так называемую “ЧВК Вагнера”, но этих людей можно скорее называть профессиональными военными, чем добровольцами.

Дмитрию вариант поехать через минобороны показался проще и надежнее, чем остальные. Многие выбирают именно такой путь, поскольку военкомат всегда расположен рядом, и не нужно тратить деньги и время на поездку в другой город или даже регион.

”Ну, я пошел. Приняли без медосмотра. Видимо, им план по отправкам надо гнать быстрее, так что уже не до проверок и медкомиссий. Собрали всех за пару дней, повезли. В часть приехали ночью. Утром одели: берцы, форма, из снаряги дали вещмешок еще советского образца, вафельное полотенце, кусок мыла и нательное белье советское. На моем печать стояла: 1960-й год”, – продолжает Дмитрий.

По его словам, уже тогда у него появились первые сомнения в том, стоит ли ехать дальше.

“Оружия навалом, все хорошее, в масле. Патронов тоже. Но на этом плюсы заканчиваются. На полигоне бардак, офицерам на нас *** (все равно). Обучения тактике нет, сплочения личного состава нет. Я уже от этого был в шоке. Некоторые автомат толком в руках не держали, танков не видели вживую, а им через пару дней на войну. Надо же обкатать, обстрелять состав, как же так? Банально даже берцы новые натирают, надо разносить, мозоли уже на второй день. Зная об этом, я приехал со своими, но всех заставили ходить в выданном”.

  • “Вы едете туда, где стреляют”. В России массово ищут военных-контрактников для отправки в Украину
  • “Ваш муж без вести пропал, хватит уже звонить”: как родные пропавших в Украине российских военных пытаются вернуть их “живыми или мертвыми”

С начала марта минобороны России начало публиковать тысячи вакансий на популярных сайтах поиска работы типа HeadHunter. Объявления, предлагающие заключить краткосрочный контракт с российской армией, появились у подъездов и в общественном транспорте во многих городах России.

Для многих регионов, где отсутствуют социальные лифты, служба в армии по контракту является чуть ли не единственной возможностью заработать. Так, например, военкомат Нижнекамска обещает добровольцам денежное довольствие в размере от 200 тысяч рублей в месяц. Это в пять раз выше, чем средняя зарплата в городе. На предложение минобороны откликаются и люди без реального опыта участия в военных действиях.

По словам Дмитрия, на сборном пункте в Ростове, где он оказался, большую часть добровольцев составляли люди в возрасте старше 45 лет. Не все из них оказались здоровы.

Пробыв в части три дня, Дмитрий решил вернуться домой.

“К тому времени мы еще контракты не подписали. Поэтому, когда нас на стрельбы построили, то я просто отказался. И еще человек пять со мной из строя вышли. Это просто *** (безумие), нафиг такие приколы”, – рассказывает он.

Оставшиеся в лагере мужчины, по словам Дмитрия, уже через день были переброшены в Украину и затем приняли участие в боях за Изюм.

“Мы на связи с одним парнем. Он месяц оттрубил, ранили, вернулся. Говорит, было трудновато, еле жив остался. Выручили ребята-добровольцы, которые через Грозный приехали. У них там занятия вроде хорошие были по тактической медицине, плюс аптечки толковые. Вот они его и замотали, и вытянули. А так бы кровью истек”.

Путь через Чечню

Власти Чечни регулярно отчитываются об отправке в Украину сотен добровольцев, подписавших контракт с Росгвардией

Пропустить Подкаст и продолжить чтение.

Что это было?

Мы быстро, просто и понятно объясняем, что случилось, почему это важно и что будет дальше.

Конец истории Подкаст

Власти Чечни активно распространяют в соцсетях видеоролики и отчеты о подготовке добровольцев на базе Российского университета спецназа. Обещают полное обеспечение экипировкой и питанием и даже возврат денег за проезд до Грозного.

“Я не мог пойти через военкомат. Мне 48 лет, в армии не служил из-за травмы руки. Увидел, что есть шанс поехать через Чечню, и загорелся. Приехал в Грозный, зашел в мэрию и сказал, что хочу пойти на войну добровольцем. Меня отвезли в Гудермес”, – рассказывает Алексей (имя изменено по соображением безопасности).

В Гудермесе располагается база Российского университета спецназа – частного учебного заведения, созданного по инициативе Рамзана Кадырова для тренировок сотрудников спецподразделений. Команду инструкторов университета возглавляет бывший офицер спецназа ФСБ “Альфа” Даниил Мартынов. Как удалось установить Би-би-си, человек с голосом Мартынова в течение нескольких месяцев принимал участие в подготовке детального плана вторжения в Украину.

“Подготовка в университете спецназа идет прямо очень круто, инструкторы сильные. Утром подъем, завтрак, и весь день занятия. Как ползать, как стрелять из разных положений, как быстро магазин поменять, что делать, если патрон заклинило. Из гранатомета тоже учили стрелять. Тактические уроки бесценные. Я потом это все вспоминал, когда мы в деревне работали”, – рассказывает Алексей.

Некоторые добровольцы охотно снимаются, не скрывая своих лиц (фотография не имеет прямого отношения к героям публикации)

Кроме тактических занятий и огневой подготовки с добровольцами проводят и идеологические занятия.

“Нам показали секретные документы. В них говорилось о подготовке нападения на Донбасс и на Россию. Так что, если бы Путин не начал эту операцию, наши города бы уже горели”, – уверен Алексей.

Скорее всего, речь идет об обнародованном минобороны России еще в марте шестистраничном документе Нацгвардии Украины. В приказе, подлинность которого невозможно проверить, говорится об организации занятий по боевому слаживанию некоторых подразделений Нацгвардии Украины на базе в Львовской области близ границы с Польшей. Никаких упоминаний о наступлении на Донбасс или Россию в документе нет, но он часто упоминался оборонным ведомством России и российскими государственными СМИ на первом этапе вторжения России в Украину.

В Гудермесе подготовкой добровольцев занимаются инструкторы Российского университета спецназа

Подготовка Алексея и его сослуживцев (всего около 200 человек) к отправке в Украину продлилась 10 дней. Он приехал в Гудермес в начале мая, а уже 15 мая оказался на линии фронта в Луганской области Украины. В конце мая срок подготовки добровольцев в Гудермесе был сокращен, теперь она длится только неделю.

“Нормально, я считаю. С такими инструкторами времени хватает. Реальные знания для боя дают, без воды. Мне все пригодилось и очень помогло”, – говорит Алексей.

Военные эксперты с Алексеем не согласны. Специалисты отмечают, что 7 или 10 дней подготовки может хватить только чтобы обновить навыки тех, кто уже имеет боевой опыт. Для сравнения, перед отправкой в Афганистан солдат-срочников в СССР готовили около 4-6 месяцев.

“Там ад, настоящий ад”

В Гудермесе Алексей и другие приехавшие с ним добровольцы подписали трехмесячный контракт с Росгвардией. После этого их батальон перебросили под Луганск.

Первое ранение Алексей получил при захвате Рубежного.

“У украинцев, конечно, все грамотно придумано в плане технологий. Вот мы попали под обстрел, лежим, я голову поднимаю – смотрю, над нами коптер висит, и с его помощью, видимо, корректируют огонь. Когда обстрел кончился, мы побежали менять позицию, так этот коптер за нами полетел, и вскоре нас снова обстреляли. Тогда меня первый раз контузило”, – рассказывает Алексей.

Многие захваченные Россией населенные пункты сильно пострадали от артобстрелов

Тяжелее всего ему дались зачистки небольших деревень по пути к Северодонецку.

По словам Алексея, взвод, в составе которого он приехал из Гудермеса, практически постоянно находился на передовой.

Именно отряды добровольцев, подписавших краткосрочные контракты с минобороны и Росгвардией, вместе с бойцами так называемой “ЧВК Вагнера” сейчас являются главными штурмовыми силами России на фронте, утверждают два источника Би-би-си, находящиеся на переднем крае боев с российской стороны.

По словам источников, армейские подразделения сейчас стараются беречь, поскольку многие из них уже понесли тяжелые потери в первые месяцы боев в Украине.

  • Груз 200: что известно о потерях России в Украине к середине июня
  • “ЧВК Вагнера” начала широкий набор наемников на войну с Украиной. Берут всех

Наблюдения наших источников подтверждаются и данными, которые Би-би-си получила на основании анализа подтвержденных потерь российских военнослужащих.

Погибают чаще остальных?

Автор фото, YURI KADOBNOV/AFP

На 20 июня на основании открытых источников Би-би-си известны имена по меньшей мере 155 российских добровольцев, погибших в Украине. Хотя до мая о смертях добровольцев в российских СМИ вообще не упоминали.

Данные, собранные Би-би-си совместно с изданием “Медиазона” (признано в России “СМИ-иноагентом”) и командой волонтеров, не отражают реальный уровень потерь, поскольку мы опираемся только на публично подтвержденные сообщения о гибели. Но накопленная информация позволяет понимать и анализировать то, что происходит с российской армией во время войны.

Число погибших добровольцев стремительно растет – каждую неделю появляются сообщения о гибели еще 30-40 человек. Так часто не сообщают о гибели ни одной другой категории военнослужащих.

При этом 57% погибших добровольцев – люди старше 40 лет (25 человек отправились воевать, будучи старше 50 лет). Это существенно отличается от динамики потерь среди остальных категорий российских военных – там 47% установленных потерь приходится на людей в возрасте от 18 до 26 лет.

Алексей о потерях в своем подразделении говорить отказался, сославшись на законы военного времени. Сам он выбыл из строя в начале июня после того, как рядом с ним разорвался танковый снаряд.

Сейчас он проходит лечение в одном из госпиталей Санкт-Петербурга и хочет вернуться в строй. Правда, прогнозы врачей неутешительные. После трех контузий слух в правом ухе Алексея может не восстановиться. Также нет уверенности в том, что удастся восстановить подвижность правой руки – один из важных нервов перебило осколком от снаряда.

“Самое тяжелое – это сильнейшие головные боли. Я почти не сплю. Зато все время бодрый. Врачи говорят, у меня психика сильнейше перегрузилась. Какие-то выписали таблетки, но я не хочу их пить, – говорит Алексей. – Пока не знаю, что дальше буду делать, чем займусь. Все время вспоминаю наши бои, как там было. Головой пока еще там”.

Конфликт в Донбассе объединил очень разных людей. Если бы в 2013 году автору этих строк, богемной девочке, жившей тогда в Петербурге, кто-нибудь сказал, что в 2015-м буду готовить окрошку в Луганске русскому националисту из Латвии, то боюсь, бы не поверила. Как минимум потому — ну что забыл русский националист из Латвии в окрестностях Донецка?

Но началась война, и теперь в Донбассе можно увидеть представителей самых разных государств. Большинство из них предпочитают скрывать свои лица, но есть и такие, кто открыто демонстрирует себя миру. Самые известные из них — Маргарита Зайдлер из Германии и Рассел Боннер Бентли с позывным «Техас».

Кто-то из них воюет. Некоторые — журналисты. Другие занимаются политикой. Есть ультралевые, есть и ультраправые, а кто-то — посередине. Назвать некий фактор, который объединял бы их всех, сложно. Наверное, это гуманизм.

Почти каждый иностранец, с которым удалось пообщаться, упоминал 2 мая 2014-го в Одессе. Это событие не осталось незамеченным, и, кажется, именно оно стало точкой выбора, после которой люди решали: менять свою жизнь или закрывать глаза на реальность. Впрочем, на самом деле, большинство из них приехали в Донбасс позже: одного потрясения недостаточно, чтобы сдвинуть картину мира с места, это естественно.

Сейчас подсчитать точное количество иностранных добровольцев сложно: они воюют в разных подразделениях. Однако рабочая группа ООН в марте 2016 года насчитала 176 человек. «Среди них большое количество людей из Российской Федерации, а также — из Сербии, Беларуси, Франции и Италии», — говорится в сообщении.

Доброволец воевать в донбассе

Какие подразделения из каких стран выступали на строне ЛДНР

Приведенная цифра вызывает вопросы: неужели действительно 176 человек включают добровольцев из России, которых сложно назвать иностранцами?

Наемники или добровольцы?

В украинских СМИ фигурирует термин «наемники». То есть, если, к примеру, грузин приезжает воевать в неонацистский батальон «Азов», то он доброволец. Если же сосед этого условного грузина приезжает служить в ДНР, то он наемник.

По факту же добровольцы Новороссии денежное обеспечение поначалу получали минимальное, если вообще получали. Сейчас же ситуация изменилась, зарплаты регулярно выплачиваются и солдатам, и офицерам.

Тем не менее, согласно определению Женевской конвенции, наемник «принимает участие в военных действиях, руководствуясь, главным образом, желанием получить личную выгоду, и которому в действительности обещано стороной или по поручению стороны, находящейся в конфликте, материальное вознаграждение, существенно превышающее вознаграждение, обещанное или выплачиваемое комбатантам такого же ранга и функций, входящим в личный состав вооружённых сил данной стороны».

Доброволец воевать в донбассе

Афанасий Коссе. Погибший греческий доброволец.

Последнее совершенно не относится к иностранным добровольцам ЛДНР. Это идеалисты, которые служат не за деньги, а за свои мечты о прекрасном новом мире.

Мечты, кстати, разные. Например, боец ОБСН «Патриот» с позывным Палач приехал из Приднестровья потому, что его родина уже столкнулась с агрессией НАТО, и ситуация в Донбассе не оставила его равнодушным.

Некоторое время под Луганском воевал этнический русский из Северной Европы, считавший своим долгом защищать права русских.

Были группировки по национальному признаку. Одна из них — венгерский добровольческий «Легион святого Иштвана», который считает Закарпатье частью Венгрии, а не Украины.

Доброволец воевать в донбассе

Рафаэль Маркес Лусварги

Были сербские подразделения: как и Приднестровье, Сербия давно уже выяснила, что такое миротворческие инициативы НАТО. Нелюбовь к американской агрессивной политике объединила людей из разных стран в Интербригадах: в первую очередь, это относится к «Пятнашке» в ДНР и «Призраку» в ЛНР.

Тем не менее, важно отметить, что национальные батальоны сейчас фактически упразднены, а их участники частично влились в различные структуры Народной милиции, частично разъехались по домам. Разочарование в идеях Новороссии, к сожалению, — отдельная большая тема. Впрочем, дело не только в разочаровании: нельзя вечно воевать на чужой земле.

Новый СССР

Пожалуй, самая цельная идеологическая концепция — в Интербригаде (Interunit) бывшей ОМБР, а ныне 4-м территориальном батальоне. Костяк «Призрака» с самого начала составляли идейные коммунисты, и за два года войны этот костяк сохранился. Находиться там — это как ненадолго вернуться в потерянный рай.

Доброволец воевать в донбассе

Interunit насчитывает до тридцати человек, некоторые из которых воюют, а некоторые сосредоточены на политической деятельности. Самый распространенный ответ на вопрос о мотивах, побудивших человека из другой страны приехать в Донбасс, звучит так: «Потому что я коммунист и антифашист». Логично.

Впрочем, не только. Например, история сирийца с позывным Леон похожа на сценарий артхаусного кинофильма.

Он приехал на Украину до войны. У него здесь была жена, но не срослось. А уехать не получилось: начались боевые действия. Через Украину выехать было невозможно. Он попытался выехать через Россию, но там у него потребовали российскую визу, а наличествовала только украинская. В охваченном войной городе было не до оформления документов.

Доброволец воевать в донбассе

— И тогда я подумал: какая разница, где я буду умирать? В Сирии война и тут война. Там ИГИЛ, тут фашисты.

Как и для многих, война для него началась после Одесского сожжения людей. Леон впечатлился и пошел на службу. Никакой лишней рефлексии, взял и пошел.

Когда Леон пришел записываться в ополчение, ему с удивлением сказали, что в сирийской армии он был бы уместнее.

— Но я не мог выехать. У меня не было визы. Если бы у меня была виза, я бы служил в сирийской армии.

Республика победившего сюрреализма, подумалось в свою очередь автору этих строк.

Доброволец воевать в донбассе

Вот он, кстати, не называет себя коммунистом. Говорит, что симпатизирует этой идее, но читал слишком мало, чтобы однозначно отнести себя к ним. В этом вопросе Леон, скорее, исключение.

Про других он по секрету говорит: «Кажется, они не понимают, что республики получились не очень народные и возврата к СССР не будет».

Я, разумеется, немедленно уточняю. Нет, не все так плохо.

— Это пока не идеальное общество, но, во-первых, мы антифашисты. Во-вторых, достаточно много людей разделяют идеалы коммунизма. В-третьих, у нас есть оружие, — говорит командир Interunit Немо.

Немо — человек, которого ожидаешь встретить, скорее, в литературном клубе, чем на донбасской войне. Немного напоминает персонажа из романа XIX века, интеллигентный, рефлексивный и глубоко идеалистичный. Он приехал из Италии в 2015 году, оставил там семью. Говорит, что скучает по семье и родине, но выбор сделан.

Доброволец воевать в донбассе

Его товарищ, испанец Койна, больше похож на русских нацболов. Он эмоционален и выглядит слегка богемно. До войны был университетским преподавателем, социолог-антрополог. Приехал d Донбасс не так давно, в этом году.

— Я здесь чувствую себя дома, среди своих, — говорит он. — Я приехал поздно потому, что долго обдумывал ситуацию. Но в итоге я пришел к выводу, что мой путь — сражаться. На родине я не могу сделать ничего, здесь я могу быть среди антифашистов.

Двадцать лет назад Койна узнал, что Украина поддержала Гитлера, очень был впечатлен. Говорит, что после этого Майдан и трагедия в Одессе не удивили его. Сложно теперь объяснить, что Гитлера поддержала не вся Украина, а кучка радикалов. И думаешь: вот так спустя семьдесят лет в учебниках истории напишут, что в начале XXI века вся Украина была нацистским государством. И ведь не докажешь ничего. И очень обидно становится за партизан Харькова и Одессы, например.

Доброволец воевать в донбассе

Серб Стефан с боевым товарищем на Донбассе

Эти люди прячут лица и не называют имен по вполне понятным причинам: они не теряют надежды вернуться на родину после войны.

Там их вполне могут арестовать за терроризм.

У нас в Сербии есть закон, запрещающий сербам воевать в других странах в качестве добровольцев. По этому закону предусмотрено наказание до 10 лет тюрьмы. И сейчас спецслужбы угрожают нашим семьям, что если мы не вернемся, то они посадят их за соучастие в преступлении. Поэтому лучше уж пусть проблемы будут у нас, чем у наших семей, объяснил ранее в интервью «Ридусу» 22-летний сербский доброволец Стефан, почему вынужден возвращаться на родину в разгар боевых действий.

Испанский доброволец Лаки в прошлом году приехал домой, его арестовали, но потом отпустили за недостатком улик. Ничего не помешало ему вернуться в Донбасс и продолжить войну.

Кто может стать добровольцем на Донбасс?

Как стать волонтером Для участия в программе есть два базовых условия: гражданство РФ и возраст не менее 18 лет. Кроме этого, при рассмотрении заявки о волонтерской помощи учитываются такие факторы, как волонтерский опыт, подтвержденные знания в конкретной профессиональной сфере, стаж

Как можно попасть на войну добровольцем?

На войну в Украину россияне- добровольцы сейчас попадают тремя способами: подписав краткосрочный контракт с минобороны приехав в Чечню и подписав там трехмесячный контракт с Росгвардией 20 июн

Можно ли пойти добровольцем с категорией В?

Призыву подлежат только люди, годные по состоянию здоровья для прохождения службы по мобилизации. Годными считаются люди с категориями «годен» (А), «годен с незначительными ограничениями» (Б) и «ограниченно годен» (В). Для добровольцев ограничений по возрасту или состоянию здоровья нет

Когда начали воевать на Донбассе?

Вооружённый конфли́кт в Донба́ссе — боевые действия на территории Донецкой и Луганской областей Украины, начавшиеся в апреле 2014 года и предшествующие полномасштабному вторжению России на Украину в феврале 2022 года. Являются частью российско-украинской войны

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.