Наши добровольцы на донбассе

Пока российские Вооруженные Силы продолжают выполнять боевые задачи в рамках специальной военной операции по принуждению Украины к миру, все больше граждан РФ изъявляет желание присоединиться к защитникам Донбасса в качестве добровольцев.

На этом пути новобранца подстерегает множество подводных камней, главным образом связанных со спецификой работы тех или иных боевых соединений. Пока одни идут буквально с головой в огонь и выполняют наиболее опасные задачи, другие красуются перед девушками в Сети, наживаются на отправке добровольцев или просто прикрываются «мертвыми душами» — лишь бы не ехать в зону спецоперации.

Какие сложности и проблемы организационного и иного характера подстерегают новоиспеченного добровольца в зоне специальной военной операции в Донбассе — в нашем материале.

Для чего нужны добровольцы?

После того как 24 февраля 2022 года было объявлено о начале специальной военной операции по демилитаризации и денацификации Украины и защите мирного населения Донецкой и Луганской народных республик, сразу же был поднят вопрос о привлечении неравнодушных граждан в качестве помощи российским военным на добровольной основе.

У многих в памяти были события 2014 года, когда из-за начавшегося вооруженного конфликта в Донбассе сотни российских граждан по зову сердца стихийно отправились в ДНР и ЛНР, где вступили в созданное народное ополчение. Некоторые из них впоследствии погибли в боях с украинскими военными, однако перед этим они успели совершить немало подвигов, защищая мирных граждан.

Российская власть с началом спецоперации в Донбассе горячо поддержала стихийный порыв граждан, готовых исполнить свой военный и профессиональный долг. В итоге президент Владимир Путин согласился с идеей привлечения добровольцев для решения задач на Украине, после чего в России начали работать общественные организации, предоставившие гражданам РФ возможность отправиться в Донбасс.

Часть из этих организаций создали гуманитарные каналы, по которым неравнодушные граждане возят в ДНР и ЛНР и освобожденные населенные пункты продукты и медикаменты, предметы первой необходимости. Свои силы на помощь Донбассу бросили строительные организации, сформировавшие бригады для восстановления мирных городов и поселков.

Но, конечно, существенной частью добровольческого движения РФ стали военизированные подразделения — те, в которых вступали граждане, готовые встать на защиту Донбасса с оружием в руках.

Часто в такие формирования идут люди, у которых за плечами большой опыт в армии, силовых структурах, участие в горячих точках и локальных конфликтах последних лет. Однако в каждом из таких подразделений есть своя специфика, к которой новобранец чаще всего оказывается не подготовлен.

СДД

Общественная организация «Союз добровольцев Донбасса», созданная первым главой ДНР Александром Бородаем для защиты прав бывших ополченцев, одной из первых объявила набор резерва добровольцев для выполнения различных задач на фоне усугубления ситуации в Донбассе.

Добровольцам предлагалось оставить свои контакты и резюме в официальных группах СДД, при этом отмечалось, что никакого материального вознаграждения бойцам не предусмотрено.

Впоследствии, по сообщениям с мест, бойцов по линии «Союза добровольцев Донбасса» все же стали заманивать и некоторыми ссудами средств, однако четкая стоимость компенсаций не называлась.

Ситуацию о том, что ждет добровольцев, прибывших в Донбасс по линии СДД, подробно описал Telegram-канал «Romanov Лайт», в котором были опубликованы свидетельства реального участника боевых действий.

Он рассказал, что командование СДД не выдавало новобранцам ни боекомплект, ни магазинов к автоматам. Забыли и об оснащении бойцов тяжелым вооружением. По словам участника событий, отряд смог найти самостоятельно 10 магазинов и цинк с патронами, а официального снабжения не было никакого:

Перед выполнением боевой задачей — выйти на серьезный укрепрайон украинских войск, которую невозможно было осуществить без тяжелого вооружения — добровольцы из СДД самостоятельно нашли два ПТУРа и 120-мм миномет с 24 ящиками боекомплекта. Но тут вмешалось командование, которое резко поменяло задачу:

«Выезд на задачу планировался в 2 часа ночи, но тут все меняется, приказ о двухчасовой боевой готовности и выход на новое направление, нужно взять село Долгенькое. Когда собирались, нам сказали, что тяжелое вооружение брать не надо. Зайдем, зачистим, закрепимся. По факту: село взято уже неделю как, там окопались армейцы».

«На передке командир принял решение выводить группу и вытаскивать 300-х (раненых), на что руководство СДД сказало, если вы уйдете, то будете считаться 500-ми (самовольно покинувшими позиции). Ребята все вышли, всех вытащили».

Казаки

Еще одними неоднозначными формирования, принимающими участие в боях в Донбассе, стали казачьи отряды. Казаки присутствуют в Луганской народной республике с 2014 года — там силами Всевеликого Войска Донского был создан 6-й казачий полк имени атамана Платова во главе с командиром Павлом Дремовым.

Главной их проблемой традиционно остается относительно низкая боеспособность. На протяжении активной фазы конфликта в 2014-2015 гг. , ополченцы ДНР и ЛНР оставляли массу замечаний о деятельности казачьих отрядов, которые занимались устроением полуанархической вольницы.

Результатом стало то, что казаки потеряли своего атамана (Дремов был убит по дороге на собственную свадьбу в декабре 2015 года), а формирования казачьего типа были переподчинены армейскому корпусу, что ввело в них строжайшую дисциплину.

С началом спецоперации ВС РФ различные казачьи организации России не раз заявляли о том, что планируют отправлять свои добровольческие подразделения для выполнения боевых задач в Донбасс.

Одним из таких соединений стал казачий отряд «Дон», набранный из донских и кубанских добровольцев и, как считается, участвовавший в боях на Изюмском и Северодонецком направлениях. Однако казачьи добровольцы из РФ — явление довольно редкое. Найти свежую информацию о том, как проходят наборы и сколько человек отправилось на фронт, довольно трудно.

По последним заявлениям донского казачества, в Донбассе на данный момент якобы присутствуют пять тысяч казаков из различных объединений, союзов и станиц. Однако на страницах новостей фигурирует только отряд «Дон», который, по словам командиров, насчитывает до двух батальонов казаков (то есть менее тысячи человек).

Создается впечатление, что казачьи атаманы и руководители организаций завышают свое присутствие в зоне СВО, попросту прикрываясь «мертвыми душами».

Войска из Чечни

Свои локальные добровольческие отряды формируют и в Чеченской Республике по линии Росгвардии и подразделений спецназа.

Глава Чечни Рамзан Кадыров активно освещает деятельность своих бойцов и не скупится на оснащение добровольцев необходимым снаряжением и оборудованием для выполнения боевых задач. Высокая оснащенность и современное снаряжение резко выделяют бойцов чеченского добровольческого батальона и создает впечатление об отличной подготовке подобных соединений.

Впрочем, реальность оказывается несколько неоднозначной. Получив снаряжение и отправившись в Донбасс, чеченские добровольцы во время несения боевой службы активно снимают фото и видео о своих похождениях и выкладывают в социальные сети, красуясь перед своими подписчиками и подписчицами. Можно предположить, что чеченские солдаты гораздо больше следят за собственным имиджем и пиаром, нежели за четким исполнением боевых задач.

Еще одной проблемой добровольческого батальона национального типа стали культурные особенности бойцов Северного Кавказа. На линии фронта русские жители Донбасса не всегда воспринимают чеченских ребят как защитников «Русского мира» — в силу различий религиозного восприятия, быта и культуры.

Кроме того, у многих простых людей жива память о событиях 20-летней давности, когда Чечня еще была проблемным регионом России. В целом, конечно, пиар-деятельность чеченских батальонов успешно борется со стереотипом в отношении чеченских подразделений. Однако это не решает боевых задач в полной мере.

«Вагнер»

Среди добровольческих подразделений Донбасса выделяется группа российских военных специалистов, известная в СМИ под именем «ЧВК Вагнера».

Бойцы данной структуры принимали уже участие в боевых действиях в Донбассе в 2014-2015 гг. , где защищали Луганск от нападений украинских войск и нацистских формирований. Впоследствии силы «ЧВК Вагнера», согласно сообщениям журналистов, участвовали в операции в Сирии и побывали в различных горячих точках в Африке.

Одной из отличительных черт данного подразделения является то, что в их рядах находятся бывшие кадровые военные, которые служили в войсках специального назначения, а также ветераны горячих точек.

Такая специализация превращает группу российских добровольцев в высоко подготовленное подразделение, способное решать сложные и опасные боевые задачи. В этом же и кроется особенность подразделения.

По сообщениям местных источников и экспертов, бойцов «Группы Вагнера» направляют на самые тяжелые участки фронта, где освобождать территории нужно под шквальным огнем украинских войск. Например, в населенном пункте Попасная в ЛНР, где по свидетельствам журналистов подразделения «ЧВК Вагнера» смогли переломить ход боевых действий, вынудив украинские силы оставить мощный укрепрайон.

Такая сложность ведения боевых действий предполагает соответствующую подготовку и по-настоящему стальные нервы. В этих условиях становятся понятными сообщения, когда только подписавшие контракт бойцы, не имевшие высокой боевой выучки, уезжали из зоны СВО после первых боев. Очевидно, что заинтересованный человек должен крепко призадуматься, хватит ли у него моральных сил и нервов выдержать такие испытания.

Наши добровольцы на донбассе

Как видно, патриот и доброволец может столкнуться с разными сложностями, отправившись участвовать в спецоперации на Украине. Однако это не должно смущать и останавливать желающих защитить интересы Родины и мирное население Донбасса. Необходимо лишь знать нюансы, и быть к ним готовым.

Конфликт в Донбассе объединил очень разных людей. Если бы в 2013 году автору этих строк, богемной девочке, жившей тогда в Петербурге, кто-нибудь сказал, что в 2015-м буду готовить окрошку в Луганске русскому националисту из Латвии, то боюсь, бы не поверила. Как минимум потому — ну что забыл русский националист из Латвии в окрестностях Донецка?

Но началась война, и теперь в Донбассе можно увидеть представителей самых разных государств. Большинство из них предпочитают скрывать свои лица, но есть и такие, кто открыто демонстрирует себя миру. Самые известные из них — Маргарита Зайдлер из Германии и Рассел Боннер Бентли с позывным «Техас».

Кто-то из них воюет. Некоторые — журналисты. Другие занимаются политикой. Есть ультралевые, есть и ультраправые, а кто-то — посередине. Назвать некий фактор, который объединял бы их всех, сложно. Наверное, это гуманизм.

Почти каждый иностранец, с которым удалось пообщаться, упоминал 2 мая 2014-го в Одессе. Это событие не осталось незамеченным, и, кажется, именно оно стало точкой выбора, после которой люди решали: менять свою жизнь или закрывать глаза на реальность. Впрочем, на самом деле, большинство из них приехали в Донбасс позже: одного потрясения недостаточно, чтобы сдвинуть картину мира с места, это естественно.

Сейчас подсчитать точное количество иностранных добровольцев сложно: они воюют в разных подразделениях. Однако рабочая группа ООН в марте 2016 года насчитала 176 человек. «Среди них большое количество людей из Российской Федерации, а также — из Сербии, Беларуси, Франции и Италии», — говорится в сообщении.

Наши добровольцы на донбассе

Какие подразделения из каких стран выступали на строне ЛДНР

Приведенная цифра вызывает вопросы: неужели действительно 176 человек включают добровольцев из России, которых сложно назвать иностранцами?

Наемники или добровольцы?

В украинских СМИ фигурирует термин «наемники». То есть, если, к примеру, грузин приезжает воевать в неонацистский батальон «Азов», то он доброволец. Если же сосед этого условного грузина приезжает служить в ДНР, то он наемник.

По факту же добровольцы Новороссии денежное обеспечение поначалу получали минимальное, если вообще получали. Сейчас же ситуация изменилась, зарплаты регулярно выплачиваются и солдатам, и офицерам.

Тем не менее, согласно определению Женевской конвенции, наемник «принимает участие в военных действиях, руководствуясь, главным образом, желанием получить личную выгоду, и которому в действительности обещано стороной или по поручению стороны, находящейся в конфликте, материальное вознаграждение, существенно превышающее вознаграждение, обещанное или выплачиваемое комбатантам такого же ранга и функций, входящим в личный состав вооружённых сил данной стороны».

Наши добровольцы на донбассе

Афанасий Коссе. Погибший греческий доброволец.

Последнее совершенно не относится к иностранным добровольцам ЛДНР. Это идеалисты, которые служат не за деньги, а за свои мечты о прекрасном новом мире.

Мечты, кстати, разные. Например, боец ОБСН «Патриот» с позывным Палач приехал из Приднестровья потому, что его родина уже столкнулась с агрессией НАТО, и ситуация в Донбассе не оставила его равнодушным.

Некоторое время под Луганском воевал этнический русский из Северной Европы, считавший своим долгом защищать права русских.

Были группировки по национальному признаку. Одна из них — венгерский добровольческий «Легион святого Иштвана», который считает Закарпатье частью Венгрии, а не Украины.

Наши добровольцы на донбассе

Рафаэль Маркес Лусварги

Были сербские подразделения: как и Приднестровье, Сербия давно уже выяснила, что такое миротворческие инициативы НАТО. Нелюбовь к американской агрессивной политике объединила людей из разных стран в Интербригадах: в первую очередь, это относится к «Пятнашке» в ДНР и «Призраку» в ЛНР.

Тем не менее, важно отметить, что национальные батальоны сейчас фактически упразднены, а их участники частично влились в различные структуры Народной милиции, частично разъехались по домам. Разочарование в идеях Новороссии, к сожалению, — отдельная большая тема. Впрочем, дело не только в разочаровании: нельзя вечно воевать на чужой земле.

Новый СССР

Пожалуй, самая цельная идеологическая концепция — в Интербригаде (Interunit) бывшей ОМБР, а ныне 4-м территориальном батальоне. Костяк «Призрака» с самого начала составляли идейные коммунисты, и за два года войны этот костяк сохранился. Находиться там — это как ненадолго вернуться в потерянный рай.

Наши добровольцы на донбассе

Interunit насчитывает до тридцати человек, некоторые из которых воюют, а некоторые сосредоточены на политической деятельности. Самый распространенный ответ на вопрос о мотивах, побудивших человека из другой страны приехать в Донбасс, звучит так: «Потому что я коммунист и антифашист». Логично.

Впрочем, не только. Например, история сирийца с позывным Леон похожа на сценарий артхаусного кинофильма.

Он приехал на Украину до войны. У него здесь была жена, но не срослось. А уехать не получилось: начались боевые действия. Через Украину выехать было невозможно. Он попытался выехать через Россию, но там у него потребовали российскую визу, а наличествовала только украинская. В охваченном войной городе было не до оформления документов.

Наши добровольцы на донбассе

— И тогда я подумал: какая разница, где я буду умирать? В Сирии война и тут война. Там ИГИЛ, тут фашисты.

Как и для многих, война для него началась после Одесского сожжения людей. Леон впечатлился и пошел на службу. Никакой лишней рефлексии, взял и пошел.

Когда Леон пришел записываться в ополчение, ему с удивлением сказали, что в сирийской армии он был бы уместнее.

— Но я не мог выехать. У меня не было визы. Если бы у меня была виза, я бы служил в сирийской армии.

Республика победившего сюрреализма, подумалось в свою очередь автору этих строк.

Наши добровольцы на донбассе

Вот он, кстати, не называет себя коммунистом. Говорит, что симпатизирует этой идее, но читал слишком мало, чтобы однозначно отнести себя к ним. В этом вопросе Леон, скорее, исключение.

Про других он по секрету говорит: «Кажется, они не понимают, что республики получились не очень народные и возврата к СССР не будет».

Я, разумеется, немедленно уточняю. Нет, не все так плохо.

— Это пока не идеальное общество, но, во-первых, мы антифашисты. Во-вторых, достаточно много людей разделяют идеалы коммунизма. В-третьих, у нас есть оружие, — говорит командир Interunit Немо.

Немо — человек, которого ожидаешь встретить, скорее, в литературном клубе, чем на донбасской войне. Немного напоминает персонажа из романа XIX века, интеллигентный, рефлексивный и глубоко идеалистичный. Он приехал из Италии в 2015 году, оставил там семью. Говорит, что скучает по семье и родине, но выбор сделан.

Наши добровольцы на донбассе

Его товарищ, испанец Койна, больше похож на русских нацболов. Он эмоционален и выглядит слегка богемно. До войны был университетским преподавателем, социолог-антрополог. Приехал d Донбасс не так давно, в этом году.

— Я здесь чувствую себя дома, среди своих, — говорит он. — Я приехал поздно потому, что долго обдумывал ситуацию. Но в итоге я пришел к выводу, что мой путь — сражаться. На родине я не могу сделать ничего, здесь я могу быть среди антифашистов.

Двадцать лет назад Койна узнал, что Украина поддержала Гитлера, очень был впечатлен. Говорит, что после этого Майдан и трагедия в Одессе не удивили его. Сложно теперь объяснить, что Гитлера поддержала не вся Украина, а кучка радикалов. И думаешь: вот так спустя семьдесят лет в учебниках истории напишут, что в начале XXI века вся Украина была нацистским государством. И ведь не докажешь ничего. И очень обидно становится за партизан Харькова и Одессы, например.

Наши добровольцы на донбассе

Серб Стефан с боевым товарищем на Донбассе

Эти люди прячут лица и не называют имен по вполне понятным причинам: они не теряют надежды вернуться на родину после войны.

Там их вполне могут арестовать за терроризм.

У нас в Сербии есть закон, запрещающий сербам воевать в других странах в качестве добровольцев. По этому закону предусмотрено наказание до 10 лет тюрьмы. И сейчас спецслужбы угрожают нашим семьям, что если мы не вернемся, то они посадят их за соучастие в преступлении. Поэтому лучше уж пусть проблемы будут у нас, чем у наших семей, объяснил ранее в интервью «Ридусу» 22-летний сербский доброволец Стефан, почему вынужден возвращаться на родину в разгар боевых действий.

Испанский доброволец Лаки в прошлом году приехал домой, его арестовали, но потом отпустили за недостатком улик. Ничего не помешало ему вернуться в Донбасс и продолжить войну.

В Ростове-на-Дону “Викинг” собирает отряд добровольцев для участия в битве за Донбасс

В вооруженное подразделение зовут всех, кто готов защищать Родину и кого не пугает слово “долг”.

В Ростове-на-Дону Союз добровольцев Донбасса набирает в свои ряды всех тех, кто еще готов защищать Родину от украинской нечисти. Кстати, это первая военно-патриотическая организация, которая начала производить набор в свои боевые подразделения для участия в военной спецоперации на Украине и Донбассе.

Первые наши боевые отряды ушли в зону СВО еще в марте. С того времени каждый месяц мы собираем добровольцев в наши вооруженные формирования — батальоны “Орел”, “Гром”, “Рюрик” и добровольческие отряды,

— рассказывают в Союзе добровольцев Донбасса (СДД).

Добровольцы участвовали в боевых действиях от Изюма до Херсона, отражая многочисленные атаки и прорывы противника. Теряли боевых друзей, получали ранения, но никогда не отходили с боевых позиций без приказа.

Для многих добровольцев это уже не первая война. Члены СДД воевали в Югославии, Приднестровье, Абхазии, Осетии, Чечне и Донбассе. Везде, где нужны добровольцы, где необходима помощь по защите интересов мирных граждан — стариков, женщин и детей.

Сегодня в свой добровольческий батальон “Орел” набирает бойцов легендарный командир подразделения Викинг. Сбор заканчивается 10 октября.

Контакты для тех, кто захочет вступить в добровольческие отряда СДД — +7-962-921-05-08, +7-903-617-37-91.

“Билет в один конец”. Как российские добровольцы едут воевать с Украиной

  • Ольга Ившина
  • Би-би-си

20 июня 2022

Подпись к фото,

Российский солдат во время патруля в захваченном городе (фотография не имеет прямого отношения к героям публикации)

Каждую неделю Россия направляет в Украину сотни вооруженных людей, которых Москва называет добровольцами. Как стало известно Би-би-си, сейчас именно отряды, составленные из добровольцев, воюют на наиболее активных участках фронта. При этом подготовка новых рекрутов перед отправкой длится лишь от трех до семи дней.

“В апреле позвонили мне из военкомата и предложили поехать добровольцем. Говорят, зарплата от 130 тысяч, полное обеспечение питанием, формой, и проезд бесплатно, то есть деньги на дорогу тратить не нужно. Но главное, обещали помочь погасить кредиты”, – рассказывает Дмитрий (имя изменено по соображением безопасности), живущий в небольшом уральском городе.

По словам Дмитрия, ему и сослуживцам, вместе с которыми он воевал в Чечне в начале 2000-х, из военкомата звонили “уже по три-четыре раза”. Несколько звонков он проигнорировал, но потом заинтересовался, поскольку потерял подработку, а без нее стало трудно выплачивать кредит.

“При мне один упал с инсультом”

Автор фото, Кирилл Кухмарь/ТАСС

На войну в Украину россияне-добровольцы сейчас попадают тремя способами:

  • подписав краткосрочный контракт с минобороны
  • приехав в Чечню и подписав там трехмесячный контракт с Росгвардией
  • заключив контракт с вооруженными формированиями самопровозглашенных ДНР и ЛНР (этот путь выбирают редко, поскольку зарплата военного в Донецке и Луганске гораздо ниже, чем в России. Также меньше и компенсация в случае ранения или смерти)

Также на войну можно попасть, устроившись на работу в так называемую “ЧВК Вагнера”, но этих людей можно скорее называть профессиональными военными, чем добровольцами.

Дмитрию вариант поехать через минобороны показался проще и надежнее, чем остальные. Многие выбирают именно такой путь, поскольку военкомат всегда расположен рядом, и не нужно тратить деньги и время на поездку в другой город или даже регион.

”Ну, я пошел. Приняли без медосмотра. Видимо, им план по отправкам надо гнать быстрее, так что уже не до проверок и медкомиссий. Собрали всех за пару дней, повезли. В часть приехали ночью. Утром одели: берцы, форма, из снаряги дали вещмешок еще советского образца, вафельное полотенце, кусок мыла и нательное белье советское. На моем печать стояла: 1960-й год”, – продолжает Дмитрий.

По его словам, уже тогда у него появились первые сомнения в том, стоит ли ехать дальше.

“Оружия навалом, все хорошее, в масле. Патронов тоже. Но на этом плюсы заканчиваются. На полигоне бардак, офицерам на нас *** (все равно). Обучения тактике нет, сплочения личного состава нет. Я уже от этого был в шоке. Некоторые автомат толком в руках не держали, танков не видели вживую, а им через пару дней на войну. Надо же обкатать, обстрелять состав, как же так? Банально даже берцы новые натирают, надо разносить, мозоли уже на второй день. Зная об этом, я приехал со своими, но всех заставили ходить в выданном”.

  • “Вы едете туда, где стреляют”. В России массово ищут военных-контрактников для отправки в Украину
  • “Ваш муж без вести пропал, хватит уже звонить”: как родные пропавших в Украине российских военных пытаются вернуть их “живыми или мертвыми”

С начала марта минобороны России начало публиковать тысячи вакансий на популярных сайтах поиска работы типа HeadHunter. Объявления, предлагающие заключить краткосрочный контракт с российской армией, появились у подъездов и в общественном транспорте во многих городах России.

Для многих регионов, где отсутствуют социальные лифты, служба в армии по контракту является чуть ли не единственной возможностью заработать. Так, например, военкомат Нижнекамска обещает добровольцам денежное довольствие в размере от 200 тысяч рублей в месяц. Это в пять раз выше, чем средняя зарплата в городе. На предложение минобороны откликаются и люди без реального опыта участия в военных действиях.

По словам Дмитрия, на сборном пункте в Ростове, где он оказался, большую часть добровольцев составляли люди в возрасте старше 45 лет. Не все из них оказались здоровы.

Пробыв в части три дня, Дмитрий решил вернуться домой.

“К тому времени мы еще контракты не подписали. Поэтому, когда нас на стрельбы построили, то я просто отказался. И еще человек пять со мной из строя вышли. Это просто *** (безумие), нафиг такие приколы”, – рассказывает он.

Оставшиеся в лагере мужчины, по словам Дмитрия, уже через день были переброшены в Украину и затем приняли участие в боях за Изюм.

“Мы на связи с одним парнем. Он месяц оттрубил, ранили, вернулся. Говорит, было трудновато, еле жив остался. Выручили ребята-добровольцы, которые через Грозный приехали. У них там занятия вроде хорошие были по тактической медицине, плюс аптечки толковые. Вот они его и замотали, и вытянули. А так бы кровью истек”.

Путь через Чечню

Власти Чечни регулярно отчитываются об отправке в Украину сотен добровольцев, подписавших контракт с Росгвардией

Пропустить Подкаст и продолжить чтение.

Что это было?

Мы быстро, просто и понятно объясняем, что случилось, почему это важно и что будет дальше.

Конец истории Подкаст

Власти Чечни активно распространяют в соцсетях видеоролики и отчеты о подготовке добровольцев на базе Российского университета спецназа. Обещают полное обеспечение экипировкой и питанием и даже возврат денег за проезд до Грозного.

“Я не мог пойти через военкомат. Мне 48 лет, в армии не служил из-за травмы руки. Увидел, что есть шанс поехать через Чечню, и загорелся. Приехал в Грозный, зашел в мэрию и сказал, что хочу пойти на войну добровольцем. Меня отвезли в Гудермес”, – рассказывает Алексей (имя изменено по соображением безопасности).

В Гудермесе располагается база Российского университета спецназа – частного учебного заведения, созданного по инициативе Рамзана Кадырова для тренировок сотрудников спецподразделений. Команду инструкторов университета возглавляет бывший офицер спецназа ФСБ “Альфа” Даниил Мартынов. Как удалось установить Би-би-си, человек с голосом Мартынова в течение нескольких месяцев принимал участие в подготовке детального плана вторжения в Украину.

“Подготовка в университете спецназа идет прямо очень круто, инструкторы сильные. Утром подъем, завтрак, и весь день занятия. Как ползать, как стрелять из разных положений, как быстро магазин поменять, что делать, если патрон заклинило. Из гранатомета тоже учили стрелять. Тактические уроки бесценные. Я потом это все вспоминал, когда мы в деревне работали”, – рассказывает Алексей.

Некоторые добровольцы охотно снимаются, не скрывая своих лиц (фотография не имеет прямого отношения к героям публикации)

Кроме тактических занятий и огневой подготовки с добровольцами проводят и идеологические занятия.

“Нам показали секретные документы. В них говорилось о подготовке нападения на Донбасс и на Россию. Так что, если бы Путин не начал эту операцию, наши города бы уже горели”, – уверен Алексей.

Скорее всего, речь идет об обнародованном минобороны России еще в марте шестистраничном документе Нацгвардии Украины. В приказе, подлинность которого невозможно проверить, говорится об организации занятий по боевому слаживанию некоторых подразделений Нацгвардии Украины на базе в Львовской области близ границы с Польшей. Никаких упоминаний о наступлении на Донбасс или Россию в документе нет, но он часто упоминался оборонным ведомством России и российскими государственными СМИ на первом этапе вторжения России в Украину.

В Гудермесе подготовкой добровольцев занимаются инструкторы Российского университета спецназа

Подготовка Алексея и его сослуживцев (всего около 200 человек) к отправке в Украину продлилась 10 дней. Он приехал в Гудермес в начале мая, а уже 15 мая оказался на линии фронта в Луганской области Украины. В конце мая срок подготовки добровольцев в Гудермесе был сокращен, теперь она длится только неделю.

“Нормально, я считаю. С такими инструкторами времени хватает. Реальные знания для боя дают, без воды. Мне все пригодилось и очень помогло”, – говорит Алексей.

Военные эксперты с Алексеем не согласны. Специалисты отмечают, что 7 или 10 дней подготовки может хватить только чтобы обновить навыки тех, кто уже имеет боевой опыт. Для сравнения, перед отправкой в Афганистан солдат-срочников в СССР готовили около 4-6 месяцев.

“Там ад, настоящий ад”

В Гудермесе Алексей и другие приехавшие с ним добровольцы подписали трехмесячный контракт с Росгвардией. После этого их батальон перебросили под Луганск.

Первое ранение Алексей получил при захвате Рубежного.

“У украинцев, конечно, все грамотно придумано в плане технологий. Вот мы попали под обстрел, лежим, я голову поднимаю – смотрю, над нами коптер висит, и с его помощью, видимо, корректируют огонь. Когда обстрел кончился, мы побежали менять позицию, так этот коптер за нами полетел, и вскоре нас снова обстреляли. Тогда меня первый раз контузило”, – рассказывает Алексей.

Многие захваченные Россией населенные пункты сильно пострадали от артобстрелов

Тяжелее всего ему дались зачистки небольших деревень по пути к Северодонецку.

По словам Алексея, взвод, в составе которого он приехал из Гудермеса, практически постоянно находился на передовой.

Именно отряды добровольцев, подписавших краткосрочные контракты с минобороны и Росгвардией, вместе с бойцами так называемой “ЧВК Вагнера” сейчас являются главными штурмовыми силами России на фронте, утверждают два источника Би-би-си, находящиеся на переднем крае боев с российской стороны.

По словам источников, армейские подразделения сейчас стараются беречь, поскольку многие из них уже понесли тяжелые потери в первые месяцы боев в Украине.

  • Груз 200: что известно о потерях России в Украине к середине июня
  • “ЧВК Вагнера” начала широкий набор наемников на войну с Украиной. Берут всех

Наблюдения наших источников подтверждаются и данными, которые Би-би-си получила на основании анализа подтвержденных потерь российских военнослужащих.

Погибают чаще остальных?

Автор фото, YURI KADOBNOV/AFP

На 20 июня на основании открытых источников Би-би-си известны имена по меньшей мере 155 российских добровольцев, погибших в Украине. Хотя до мая о смертях добровольцев в российских СМИ вообще не упоминали.

Данные, собранные Би-би-си совместно с изданием “Медиазона” (признано в России “СМИ-иноагентом”) и командой волонтеров, не отражают реальный уровень потерь, поскольку мы опираемся только на публично подтвержденные сообщения о гибели. Но накопленная информация позволяет понимать и анализировать то, что происходит с российской армией во время войны.

Число погибших добровольцев стремительно растет – каждую неделю появляются сообщения о гибели еще 30-40 человек. Так часто не сообщают о гибели ни одной другой категории военнослужащих.

При этом 57% погибших добровольцев – люди старше 40 лет (25 человек отправились воевать, будучи старше 50 лет). Это существенно отличается от динамики потерь среди остальных категорий российских военных – там 47% установленных потерь приходится на людей в возрасте от 18 до 26 лет.

Алексей о потерях в своем подразделении говорить отказался, сославшись на законы военного времени. Сам он выбыл из строя в начале июня после того, как рядом с ним разорвался танковый снаряд.

Сейчас он проходит лечение в одном из госпиталей Санкт-Петербурга и хочет вернуться в строй. Правда, прогнозы врачей неутешительные. После трех контузий слух в правом ухе Алексея может не восстановиться. Также нет уверенности в том, что удастся восстановить подвижность правой руки – один из важных нервов перебило осколком от снаряда.

“Самое тяжелое – это сильнейшие головные боли. Я почти не сплю. Зато все время бодрый. Врачи говорят, у меня психика сильнейше перегрузилась. Какие-то выписали таблетки, но я не хочу их пить, – говорит Алексей. – Пока не знаю, что дальше буду делать, чем займусь. Все время вспоминаю наши бои, как там было. Головой пока еще там”.

Напомним, еще 23 марта председатель Госдумы Вячеслав Володин поручил профильным комитетам проработать вопрос о признании добровольцев этой спецоперации ветеранами боевых действий. Этот статус дает большое количество льгот, а также доплаты к пенсии.

При этом ДНР и ЛНР признаны Россией как самостоятельные республики только в 2022 году. Однако добровольцы принимали участие в боевых действиях на их территориях начиная с 2014 года. Поэтому законопроект предусматривает два варианта.

Первый – признавать ветеранами только тех, кто участвовал в спецоперации с 24 февраля этого года.

Второй вариант – всех тех, кто работал в Народной милиции ДНР и ЛНР с 2014 года. По словам депутата Матвеева, именно этим людям законопроект должен предоставить защиту и соцобеспечение.

Как пояснил депутат Нилов, вопрос о присвоении статуса ветерана боевых действий регулируется Законом “О ветеранах”. Чтобы получить его, нужны подтверждающие документы.

Однако многим участникам таких действий бывает трудно подтвердить свой статус. И проблема как раз в документальном подтверждении участия в самих боевых действиях.

– Надо понимать, какой берем период, как определить статус добровольца, как подтвердить его участие в боевых действиях, – говорит Ярослав Нилов. – Мы дождемся отзыва правительства на этот документ и потом решим его судьбу.

Надо сказать, что законопроект пока не определяет главное: кого положено считать добровольцем.

Можно ли им считать того, кто привез в небезопасный населенный пункт гуманитарную помощь и сутки провел в зоне боевых действий? Где получать справку об участии в этих действиях тем, кто не был официально зачислен ни в подразделения милиции ДНР и ЛНР, ни в конкретные армейские подразделения? В любом случае документ для подтверждения того или иного участия в действиях по защите республик Донбасса потребуется.

Как установить участие добровольца в боевых действиях? На это должен ответить будущий закон

Но одно очевидно: если эти поправки в закон примут, то статус ветерана боевых действий будет присваиваться только тем добровольцам, которые участвовали в операциях на территориях Украины, ДНР и ЛНР. На тех, кто участвовал в похожих действиях, но в других конфликтах, такой статус распространяться не будут. В первоначальной редакции проекта закона пока прописан именно такой порядок.

Кстати, шансы, что его примут, – велики. Ведь разработка законопроекта велась по поручению спикера Госдумы. Даже если у правительства будут претензии, их можно будет учесть в ходе обсуждения законопроекта при подготовке ко второму чтению. Ждать результата осталось недолго.

Сеть полнится слухами о том, что российские добровольцы начали массово прибывать на Донбасс. Мы проверили эту информацию и пообщались с Эльдаром Хасановым, добровольцем первой волны, начальником штаба Славянской бригады и Министерства обороны Донецкой республики в 2014-м году.

Тысячи добровольцев из России на Донбасс, сделала я вывод из разговоров с не понаслышке знающими тему людьми, уже не поедут. Хотя сейчас Запад и пытается убедить всех в обратном. Но времена изменились. Кто же в этом виноват?

Десятки моих знакомых добровольцев, которые в 2014-2015 годах отдали всех себя за эту землю, на сей раз сидят по домам. Да, там находятся какие-то отдельные люди, в основном те, у кого на территории ЛДНР живут родственники, но и только.

«Говорят о каких-то учениях бывших запасников-добровольцев, о том, что где-то в Ростове ребята собираются – но массового такого исхода точно нет, – честно признался мне один из тех, кто воевал за Русский мир когда-то. – Понимаешь, мы устали, мы чувствуем себя обманутыми и опустошенными. Потому что семь лет с нами вели себя так, будто мы сами во всем виноваты. И нас туда никто не звал.

– Нет. Я и сам не собираюсь ехать, и своих сторонников к этому призывать не буду, – высказал свою точку зрения Эльдар Хасанов, доброволец первой волны, начальник штаба Славянской бригады и Министерства обороны Донецкой республики в 2014-м году. – У меня такое мнение, если даже война и начнётся, то у нас очень плохие перспективы с точки зрения того, что народ уже ни во что не верит.

Я не пацифист и считаю, что украинцев надо было прогибать ещё тогда, в 2014 году, по полной программе, но в то же время я понимаю, как нездорово может пойти война сейчас. Украинцам семь лет дали на то, чтобы укрепиться, чтобы поднять свою армию, чтобы Запад по полной программе вписался в этот проект. Так какого чуда мы ждём сейчас от тех, кто уже раз туда съездил?

– Как вы думаете, в сложившейся обстановке возможно их признание Россией?

– Думаю, сейчас оно практически уже ничего не даст, кроме ещё большей истерии. Украину на Западе все равно не снимут с повестки дня. Если вдруг мы их признаем, санкции никуда не денутся. Такой вот цугцванг. Любой последующий шаг только ухудшает ситуацию.

Второй момент, очень неприятный для нас, что украинская армия образца 2014-2015 годов – это одна армия, а сегодня – совершенно другая. ВСУ многому научились. Им ещё и достаточно неплохие вооружения поставляют с той стороны. У наших уважаемых партнеров очень большое желание на украинском театре боевых действий нанести такое же поражение, как это было в Карабахе. Современные вооружения, которые турки поставили Азербайджану, они сейчас дают и Украине. И как можно справляться с этим всем, когда нужно противопоставлять в большем масштабе и средства радиоэлектронной борьбы, и суперсовременные ПВО, я себе не представляю.

– Тогда что в перспективе?

– Главный выгодополучатель этой войны – коллективный Запад. Велика вероятность, что это может окончательно взорвать ситуацию. Но если война начнётся, то, безусловно, России придется вмешаться, я думаю, чтобы остановить любой ценой попытку Украины разгромить ЛДНР. Хотя, я понимаю, тому же коллективному Западу очень выгодно и удобно попытаться расправиться с нами именно на этом театре военных действий».

Существует ли приемлемый выход из этого тупика? У Габриэля Гарсиа Маркеса есть роман «Хроника объявленной смерти». Эта книга о кровопролитии, которого хотели избежать абсолютно все. Человека обрекли на смерть, все, даже его будущие убийцы, хотят остановить то, что должно произойти, но – ничего не могут. Слишком фатально закручены события и неумолима судьба, как пуля из пистолета Гаврилы Принципа, выпущенная в эрцгерцога Фердинанда в Сараеве.

Ситуация в 1914-м году, послужившая формальным поводом для начала Первой Мировой Войны, и сейчас, в 2022-м, схожа с тем, что на коллективном Западе, хотят и ждут войны. Им плевать на то, что происходит в реальности, ведь это не им жить под обстрелами.

А обычные люди — маленькие, и не могут изменить неизбежное.

В Донецке люди живут пока обычной жизнью. А что ещё остаётся? Они так уже почти восемь лет живут. Мой телефонный разговор со знакомыми прерывается ещё одним звонком: в Коминтерново серьезно обстреляли чей-то дом. Из минометного орудия, хотя недавно палили только из стрелковых, которых никто уже не боится.

«Как мы отсюда видим, если украинцы начнут, то не раньше ночи с 20-е на 21-е февраля, – считает глава координационно-правового центра «Война и мир» Андрей Седлов, находящийся сейчас в Донецке. – Над Украиной официально рекомендуют закрыть воздушное пространство с понедельника 14 февраля, сделать это могут к 15 февраля, поэтому к 16 февраля все работники американских и английских миссий должны были покинуть территорию Украины. Конец эвакуации обозначен на вечер 15-го. Ну и ещё пару дней для подготовки».

По субботам в ОБСЕ в Донецке обычно происходит ротация. На минувшей неделе все изменилось: англичане, американцы и, по непроверенным данным, датчане, уехали не в субботу, а в воскресенье. Часть миссии вернулась обратно, но кто конкретно и из каких государств, пока неизвестно.

По непроверенным данным, в районе Коминтерново и Новоазовска боевики стали применять запрещённые вещества. Скорее всего, это какое-то химоружие.

«Жители жалуются на то, что разъедаются и краснеют глаза. Просят купить и привезти им лекарства от сильного воспаления конъюнктивы. И у ряда бойцов в корпусах такие же симптомы. Предположительно, что это могут быть хлоросодержащие препараты. Но прямых доказательств этого пока нет», – рассказывают по телефону сами жители.

Не исключено, что на территории работают и диверсионные группы. Идут массовые звонки по минированию школ, административных зданий, бизнес-центров. Неделю назад в исполкоме Киевского района на третьей этаже в пожарном щите было обнаружено настоящее взрывное устройство, начинённое строительными саморезами.

«Он реально был. И, насколько я понимаю, не просто так. Военные умеют анализировать, – считает Андрей Седлов. – Буквально на днях проходила новость, что украинцы привезли на линию фронта установки «горынычей» – это машины разминирования. Путём взрыва они, видимо, расчищали себе проход через минное поле для будущего наступления».

К сожалению, те, кто воевал на Донбассе в 2014-2015 году, иллюзий не питают. Полчаса работы артиллерии, и Донецк будет занят в течение получаса. Без многочисленных жертв не обойтись. Плотная городская застройка, посёлки, плавно перетекающие один в другой.

«Мы заметили, что город резко опустел. Последний год Донецк насыщался жизнью, новых машин было много, и вдруг днём в воскресенье дороги пусты. Что говорит о том, что люди на всякий случай уезжают.

Количество жертв в случае начала боевых действий и уличных боев, так как просто так мы не сдадимся, может быть неописуемым, – говорят дончане. – Да, позиции народных корпусов снесут, но какой ценой и сколькими трупами? Зеленский, в отличие от Байдена, должен понимать, что все это будет на его совести, что это не Россия начала войну».

«Я под Мариуполем! Помогают чеченцы, они отчаянные парни. Работаем вместе!» – сквозь шум, помехи и звуки взрывов мне наконец-то дозвонился Марио. Марио – словацкий доброволец и антифашист, приехавший в Луганск в 2014 году защитить людей от украинских нацистов в погонах.

Короткий рассказ о его мотивах объясняет всё:

«До того, как отправиться в Донбасс, в Интернете смотрел видео из Одессы, где нацисты сожгли людей живьем, а украинский депутат Гончаренко снимал тело женщины на камеру и издевался – “ай, какая жирная негритянка”. Увидев это, я просто потерял покой. Позвонил другу, он решил, что тоже поедет, и мы поехали. Так вот было. Если бы не приехал, то на душе было бы так тяжело, что не пожелаешь никому. Я считаю, что долг настоящего мужчины – это защита людей от зла и восстановление справедливости. Я не увидел здесь войну. Это был геноцид русских. Я считаю, Украина поступила по отношению к вам бесчестно и подло. Украинские военные убивают мирных граждан, они убивают гражданских, а это уже не война.

Расскажу, как мы приехали к другу, ополченцу из бригады «Призрак». Тогда освобождались окрестности посёлка Петровский от боевиков карательного батальона “Айдар” (запрещён в России как экстремистская организация). Наш друг сам был из этих мест, скучал по своей семье. Когда подразделение зашло в пригород, он радостно пригласил нас: “Друзья, идёмте ко мне на кофе!”. Мы приехали, а его жена привязана к двери мёртвая – её зарезали. Отступая, бандеровцы расправились с ней и с другими родственниками ополченцев. Так я лично увидел изнанку украинского фашизма и его последствия».

Марио получил несколько ранений, его спасли врачи города Красный Луч. После лечения и короткой реабилитации Марио уехал в Донецк и стал воевать в армии ДНР в самом горячем месте – на авдеевской промке. Он добровольно и сознательно отказался от сытой и благополучной жизни, зная, что его путь будет тяжёлым и назад дороги нет: «Чехия и Словакия – в Евросоюзе, а мы, донецкие добровольцы, стали личными врагами государства. Но сами словаки так не считают. У простых людей взгляды вполне пророссийские. Словаки – братский народ. Однако власть приняла закон, по которому нам грозят годы тюремного заключения. Я скажу так, нам нужно стать символами. Чтобы люди посмотрели – он был там, в Донбассе, это реальный человек. Хочешь убедить, нужно приводить факты. Нас никто не гнал, мы приехали свободно, мы так решили. Мы нормальные люди, будь мир, мы бы нигде не воевали, а работали бы. Я скажу так: Путину удалось нарушить планы геополитических врагов, потому что Украина и Запад реально собирались уничтожить Донбасс, а потом и Россию. А теперь, чем быстрее наступит победа русских, тем будет лучше для всех».

Наши добровольцы на донбассе

Эрван Кастель (позывной «Алавата») – французский доброволец, бывший офицер французской армии, снайпер интернациональной бригады «Пятнашка», который c января 2015 года воюет в рядах ополчения Донбасса

Такие же мотивы – защитить людей донецких республик от истребления Украиной –привели в ряды донецкого ополчения многих сербов и чехов, француза Эрвана Кастеля* и испанцев, людей многих национальностей, которые за свой счёт покупали себе форму и снаряжение, погибали безвестными, но оставались людьми высшей пробы – добровольцами на стороне справедливости. Сейчас те из них, кто остался в строю, принимают участие в освобождении территорий Донбасса от украинских оккупантов в рамках спецоперации союзных сил России и донецких республик.

На фоне наших отважных и идейных парней контрастно смотрятся иностранные наёмники, явившиеся на Украину с разными целями: кто убивать «на сафари», кто заработать, кто набить себе цену. Донецкие добровольцы и ополченцы встречали каждый такой типаж –литовских снайперов накрывали попаданием мины, хорватов отлавливали в полях, в окопах ВСУ находили польские документы, в ряды националистов охотно вливались неонацисты более 50 стран мира: США, Канады, Британии, ФРГ, Швеции и других. Против большинства из них открыты уголовные дела на родине.

Например, Федеральное бюро расследований и Минюст США расследовали участие семерых граждан США в военных преступлениях, совершённых ими против жителей Донбасса в составе боевых экстремистских групп «Правого сектора» (запрещён в России). Эти «добровольцы» похищали, пытали, а затем топили мирных жителей Донбасса. Несколько человек из числа обвиняемых непосредственно связаны с армией США. Один из находящихся под следствием американцев – Крейг Лэнг – убил нескольких людей и похоронил их в безымянных могилах. По данным Минюста США (видео, фотоматериалам, показаний американцев, воевавших вместе с Лэнгом), именно он был зачинщиком и исполнителем казней и пыток. В Америке его также обвиняют в убийстве супружеской пары во Флориде.

После серьёзных потерь на Яворовском полигоне в Львовской и базе наемников в Житомирской областях число наемников, мечтающих убивать русских на Украине, резко упало, а количество истерик резко возросло. Показательны крики бразильского наёмника Тиаго Росси: «Вместе со мной был спецназ со всего мира, со всей Европы, а теперь они все мертвы. Вы просто не можете себе представить, как самолёт стреляет по вам ракетами». Теперь от пункта сбора и подготовки наёмников остался кратер. Американец Генри Хофт поведал, что украинские власти пытались отправить их в Киев даже без оружия и боекомплекта: «Когда нас хотели отправить в Киев, мы отказались. Нам сказали, чтобы мы убирались, иначе нам начнут стрелять в спину». Швед Йеспер Седер заявил: «Они точно знали, куда бить, где наш склад оружия, где находится административное здание». И теперь ощипанные «дикие гуси» улетают на Запад, но часть самых оголтелых всё же останется и продолжит воевать с предсказуемым концом.

А как все бодро начиналось – и украинская пропаганда без устали бахвалилась, что десятки тысяч наемников из 16 стран усилят оборону Украины и непременно приведут к перелому ситуации. И «Французский легион» направляет свои штыки поддержать украинских вояк, и денег на наёмников бюджет не пожалеет. Интернет-ресурсы зазывали солдат удачи подписать выгодный контракт, суливший от одной до двух тысяч долларов в день плюс бонусы. Но по факту с оплатой услуг иностранных наёмников у Киева тоже не заладилось: «Нас выстроили в очередь и сказали, что пора подписывать контракт: зарплата составит семь тысяч гривен в месяц (это около 230 долларов) и, по сути, бессрочное пребывание в украинском иностранном легионе, то есть на всё время службы». Кабальные условия озадачили наёмников, которым были обещаны «златые горы за военный туризм». Столкнувшись с реальностью и гибелью своих подельников, лишь полсотни из более двухсот прибывших на Украину «солдат удачи», размещавшихся на яворовском полигоне, решили остаться воевать, остальные с приключениями добрались до польской границы и в безопасности начали выкладывать грустные сторис о незадавшейся карьере.

Наши добровольцы на донбассе

После российского удара по учебному центру некоторые страны запретили своим гражданам отправляться воевать на Украину и предупредили об ответственности по возвращению домой. Например, во Франции рассказали, что часть наёмников вообще не доберётся до линии фронта по разным причинам: известны случаи, когда приехавших «иностранных добровольцев» находили убитыми возле районов боевых действий.

Прилетает возмездие и возле Донецка. Как рассказали спикеры армии ДНР, в ходе освобождения окрестностей Марьинки от украинских боевиков был уничтожен опорный пункт первого батальона 54-й бригады ВСУ. Среди погибших боевиков оказались и зарубежные наёмники. Их удалось идентифицировать по документам на телах. Это были американцы: капитан Майкл Хавкер, лейтенант Логан Шрум и лейтенант Круз Тоблин. По данным разведки ДНР, они приехали на Украину ещё в 2018 году, натаскивали украинских вояк и воевали сами. На украинском опорнике обнаружили иностранное вооружение: гранатомёты NLAW, SMAW, РЛС AN/TPQ-48, личные вещи американцев.

Ставка Киева на то, что «заграница нам поможет», пока дала обратный от ожидаемого эффект. А набор пусть опытных, но разрозненных групп военных авантюристов не способен серьёзно изменить ситуацию.

Разница между ними и донецкими иностранными добровольцами просто огромна. Наёмники хотят зарабатывать в боях, а не погибать. Их мотивация проседает без идеи. А наши добровольцы за восемь лет войны против Украины в донецких окопах научились всему: выживать под жуткими обстрелами, не получать гонорары, иногда голодать и испытывать жажду, мёрзнуть зимой и перегреваться летом, воевать по старинке – без крутого снаряжения и супероружия, жертвовать собой ради других. И стать частью русского боевого братства, найти второй дом в краю степей и терриконов. Такой тяжёлый опыт бесценен, и вряд ли они на него рассчитывали, приходя защищать людей Донбасса от украинской агрессии. Наши добровольцы не будут разбегаться по кустам – это не в их принципах и не в их характере после всего пережитого. Остались самые стойкие, мужественные и уверенные в своей правоте. Такие, как Марио, и многие другие добровольцы. О том, как закалялась сталь в горниле донбасских событий каждый из них потом напишет свою книгу.

Марина Харькова, собственный корреспондент «Родины на Неве» в Донецкой народной республике

* Эрван Кастель (позывной «Алавата») – французский доброволец, снайпер интернациональной бригады «Пятнашка», который c января 2015 года воюет в рядах ополчения Донбасса. Все эти годы бывший офицер французской армии, снайпер экстра-класса, проводит большую часть своего времени на передовой. Он и поселился фактически на фронте – в обстреливаемом посёлке Октябрьский, возле разрушенного аэропорта, чтобы во время редких увольнительных быть поближе к страдающим от обстрелов людям, которых он приехал защищать.

«Когда всё началось, я находился во французской Гвиане и внимательно следил за мировыми геополитическими событиями. К решительным действиям меня подтолкнули события в Одессе и бомбардировка Луганска. Я уже тогда понимал, что западные СМИ показывали украинский кризис в отношении Донбасса предвзято, это была пропаганда, элемент информационной войны», – говорит Кастель.

Поделиться ссылкой

Как стать волонтером Для участия в программе есть два базовых условия: гражданство РФ и возраст не менее 18 лет. Кроме этого, при рассмотрении заявки о волонтерской помощи учитываются такие факторы, как волонтерский опыт, подтвержденные знания в конкретной профессиональной сфере, стаж

Какие льготы у добровольцев на Донбасс?

Ветераны боевых действий могут рассчитывать на ежемесячную денежную выплату. С 1 февраля 2022 года она составляет 3481,85 руб. Дополнительно положен набор социальных услуг (бесплатный проезд, путевка в санаторий и лекарства). Если от этих льгот отказаться, денежное пособие можно увеличить

Можно ли идти добровольцем на войну?

Призыв на добровольной основе лиц, не достигших 18-летнего возраста, данным протоколом не запрещается, однако те должны получить согласие своих родителей или их представителей и не должны принимать прямого участия в боевых действиях. На сегодняшний день данный протокол подписан и ратифицирован — т

Можно ли пойти добровольцем с категорией В?

Призыву подлежат только люди, годные по состоянию здоровья для прохождения службы по мобилизации. Годными считаются люди с категориями «годен» (А), «годен с незначительными ограничениями» (Б) и «ограниченно годен» (В). Для добровольцев ограничений по возрасту или состоянию здоровья нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.