работа с волонтерами в музее

II. М УЗЕЙНОЕ ВОЛОНТЕРСТВО: ВЗГЛЯД СОЦИОЛОГА

По результатам опроса можно выделить четыре основных роли волонтерства с точки зрения музейных сотрудников:

: мобилизация сил, разгрузка сотрудников, выполнение несложной работы, решение организационных задач.

: помощь в проведении образовательных программ, формирование интереса к тематике музея — истории, культуре и др., социализация, воспитание, в частности патриотическое.

Развитие отношений с аудиторией: приобщение аудитории к жизни музея, привлечение новой аудитории, создание активного сообщества, вовлечение сообщества, укрепление доверия к музею, формирование открытого музея.

Приобщение к музейному делу: знакомство людей с музейной работой, профориентация, создание кадрового резерва.

Некоторые музеи не могут справиться без волонтеров: у них мало ресурсов, им нужна помощь (например, большие мероприятия нельзя провести своими силами). Даже если бы можно было привлечь сотрудников к выполнению определенных задач, это причиняло бы неудобство: приходилось бы закрывать музей, не брать экскурсии. В малых городах и на сельских территориях волонтеры, по словам одного из информантов, — единственный способ существования музея: чаще всего для помощи зовешь друзей и знакомых, а когда нужно, и других жителей.

Начавшись как привлечение «технических» помощников для проведения массовых мероприятий, волонтерство через какое-то время может преобразоваться в систематически выстроенную программу, предполагающую набор людей для обучения, оформление отношений, более внимательный мониторинг вовлеченности и ставку на более содержательные и серьезные задачи. Понимание того, что могут делать и зачем нужны волонтеры, и укрепление доверия к ним требуют времени, иногда нескольких лет, на протяжении которых эти новые участники музейной работы станут заметны, их роль будет публично подчеркиваться их кураторами и они постепенно начнут попадать в разные отделы музея, знакомиться с сотрудниками и руководителями. Поскольку эти результаты часто зависят от усилий и опыта конкретного сотрудника, статус волонтерского направления довольно хрупкий. Практически повсеместно сотрудники музеев совмещают свои обязанности по работе с волонтерами и другие обязанности. Но рано или поздно возникает понимание, что это направление требует бóльших усилий и что заниматься им «по остаточному принципу», в качестве дополнительной задачи недостаточно.

ЧЕМ ИМЕННО ВЫ ЗАНИМАЛИСЬ В КАЧЕСТВЕ ВОЛОНТЕРА? ОПИШИТЕ ВИДЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И ЗАДАЧИ.

Ответы музейных волонтеров:Помощь в сборе информации, материалов, музейных экспонатов. Помощь в подготовке и проведении мероприятий на базе музея. Проведение экскурсий. Работа в качестве медиаволонтера.

Я являюсь активисткой муниципального детского движения и лидером детской общественной организации. Я люблю заниматься волонтерством, ведь это так круто! Я организую мероприятия, встречи, экскурсии и т. п. Рассказываю ребятам, гостям, что да как, что где расположено.

Грубая физическая сила.

Экскурсовод, навигация посетителей, информирование о мероприятиях и ответы на вопросы посетителей.

Когда музей перемещался из одного здания в другое, то переносили запакованные ящики, музейные предметы, мебель и т. п., затем помогали формировать выставки: размещали экспонаты на стеллажи, витрины и т. п. На мероприятиях являемся смотрителями, так как штатных сотрудников-смотрителей нет.

Интеллектуальное волонтерство, предложила улучшение для людей с ограниченными возможностями.

Люди, которых можно назвать волонтерами, сегодня берут на себя очень разные функции, существует много уровней вовлеченности, разные виды «отдачи» от музея. Сотрудникам в итоге сложно определить, что такое волонтерство, а потенциальные добровольцы плохо представляют, зачем им музей. С одной стороны, важно сохранить многообразие форматов работы, настройку практик взаимодействия музеев и волонтеров под локальные условия. С другой, для повышения прозрачности процесса, развития рефлексии и обмена опытом, налаживания систематической работы с добровольцами может оказаться принципиальным поиск общих определений и понимания того, что такое музейное волонтерство.

Есть кейсы, где одним из главных залогов успеха, по мнению сотрудников, служит то, что волонтеры разделяют ценности музея, мыслят и действуют в соответствии с его миссией. Эти ценности могут строиться, например, вокруг сохранения памяти о жертвах репрессий и понятия свободы или вокруг исследовательской деятельности и науки. В подобных случаях приверженность этим ценностям есть у волонтеров изначально, а волонтерская деятельность только укрепляет ее. Добровольцы тогда, по словам информантов, руководствуются более масштабными мотивами, чем просто помощь музею.

Как работа с волонтерами меняет музей? Понятие, которое чаще всего упоминается в ответ на этот вопрос, — открытость. Информанты говорят, что волонтеры служат для связи музея и аудитории (они как бы внутри музея, но «на стороне посетителей») и способны привлекать людей, дают новый взгляд на деятельность музея, замечают, что важно изменить. Участие добровольцев способно сделать музей более разнообразным и открытым. Волонтеры оживляют и «очеловечивают» музей, который иначе воспринимается как неприкосновенный храм, недоступный, основанный на различении «своих», внутренних, и посетителей-гостей. Волонтерство формирует активное сообщество вокруг музея, группу тех, кто может поддержать и поучаствовать, когда это нужно.

Кто становится волонтером в музеях?

Две возрастные группы, о которых чаще всего идет речь в интервью с музейными сотрудниками, — молодежь и люди старшего возраста. Подавляющее большинство волонтеров — женщины, мужчины попадают в музеи скорее в виде исключения. В крупных городах в ряде музеев есть и волонтеры среднего возраста. Тем не менее существуют организации, где сложно нарисовать портрет типичного добровольца — это могут быть очень разные люди.

Информанты говорят, что по сравнению с молодыми пожилые люди — более ответственные, исполнительные. К ним более внимательно и уважительно относятся посетители, слушают их. С другой стороны, существует мнение, что молодые люди «послушнее», а пожилые могут отвлечься, засидеться за чаем, более придирчиво выбирать себе задание, «подходящее по статусу». Пенсионеры вовлекаются в волонтерскую деятельность из-за того, что в городе мало возможностей для проведения свободного времени, вложения сил. Молодежь больше привлекает шанс увидеть «изнанку» музея, посмотреть, как он функционирует. Поскольку музеи связаны с прошлым, тем более с различными его периодами, есть перспектива работать с разными поколениями: воспоминания и связь с современными темами могут объединить и заинтересовать.

Волонтеры старшего возраста хотели бы, чтобы к ним больше прислушивались, хотя они признаются, что скромность не позволяет им высказывать свое мнение и они понимают, что работа в команде требует подчинения общим правилам. При этом они считают, что есть вещи, которым они могли бы научить младшее поколение волонтеров, опыт, которым могли бы поделиться. Бывают и ситуации, когда они хотели бы что-то советовать и предлагать сотрудникам.

Студенты выступают перспективной аудиторией, когда у музея есть возможность привлекать тех, кто обучается определенным специальностям и поэтому имеет подходящий набор знаний и навыков и в целом более серьезную мотивацию. Однако любители могут быть столь же мотивированными. Изначально заинтересованные в краеведении или иных конкретных темах люди способны стать ценным ресурсом для музея. Чтобы сотрудничество было продуктивным, в них должны сочетаться исследовательский интерес и увлеченность темой — и желание популяризировать ее, рассказывать, делать доступными свои открытия и истории.

Для сельских территорий и отдаленных мест актуальная волонтерская аудитория в данный момент — горожане. Информанты говорят, что хотели бы найти способ привлечь и жителей окрестных деревень, но эта работа либо только начинается, либо пока не начата. Подобная задача требует значительных ресурсов и усилий и новых подходов. Сотрудники музеев, как правило, подразделяют волонтеров на «обычных» (разовых, нерегулярных, более случайных, менее вовлеченных и инициативных) и «активных», людей со специальными навыками и подготовкой. Иногда, по их словам, встречаются «суперволонтеры» — те, кто сам координирует группы добровольцев, ведет проекты и т. д. Некоторые из наших информантов-волонтеров ощущают себя по сути сотрудниками музея. Они принимают на себя ответственность за его развитие, за решения, полноценно участвуют в его деятельности. Это характерно для небольших музеев с узким кругом сотрудников и ограниченными ресурсами и для волонтеров, действующих индивидуально, а не в команде.

Волонтерами в наш музей приходят разные люди: медсестры, врачи, преподаватели, литераторы, домохозяйки, матери уже взрослых детей, пожилые люди. Мы всегда говорим потенциальным волонтерам, что им не обязательно иметь степень магистра искусства. Необходимо искренне любить искусство и быть готовым заниматься исследованиями. Такое разнообразие людей в волон-терской группе — это наша сильная сторона. Линда Гуссенс (Linda Goossens),координатор волонтерских программ в Монреальском музее изящных искусств (Канада)

Вовлечение и обратная связь

Иногда музеи предпочитают не использовать для набора волонтеров социальные сети, так как те приносят слишком большой поток «случайных» желающих, а действовать с помощью сарафанного радио и искать новые контакты среди старых и проверенных волонтеров. Пришедшие через «своих» люди — более подготовленные, с адекватными ожиданиями, с ними легче работать.

У музеев нет четкой системы учета и распознавания навыков новых кандидатов. Зачастую организация не может изначально спланировать в точности, для каких видов деятельности нужны волонтеры и какие их умения могут оказаться полезными; это понимание вырабатывается в процессе, и так же, в процессе взаимодействия, сотрудники узнают о навыках добровольцев.

Как правило, информанты основывают работу с волонтерами на неформальных способах оценки: общение, наблюдение за изменениями и отношением, регулярностью посещения и интенсивностью включенности. Особенно показательны для них случаи, когда волонтер вначале был зажат, неэмоционален, отстранен, а впоследствии «раскрылся» и стал отлично выступать на публике, например вести экскурсии, проявлять инициативу.

«Можем ли мы поставить волонтеров буквально в соревновательное положение с нашими сотрудниками? Да, могу себе представить, как созываю трех волонтеров и говорю: „Если сделаете SMM-стратегию интереснее и лучше, чем наши сотрудники, то берем вас в штат. Пусть победит идея класснейшего“. У нас действительно так построили карьеру многие коллеги».

и. о. руководителя отдела интернет-маркетинга и веб-технологий Музея современного искусства «Гараж»

85 процентов респондентов — сотрудников музеев опираются только на неформализованную обратную связь от добровольцев. Информация собирается после мероприятий: часто это происходит в общей онлайн-беседе, иногда устно, и кураторы от музея стараются отметить для себя, чтó стоит организовать иначе, какие были проблемы и какие допущены ошибки, а что удалось. Этот опыт накапливается у конкретных людей, работающих с волонтерами, но не объективируется и не передается вовне.

ИЗ ОНЛАЙН-АНКЕТ МУЗЕЙНЫХ СОТРУДНИКОВ:

Руководство интересуют формальные показатели, при этом не выстраивается работа с волонтерами, нет ни программы, ни сотрудников. К волонтерский работе относятся с недоверием. Не выделяется время на работу с волонтерами. Многое делается для отчетов, и не более того. ( Государство требует привлечения, ну давайте студенты за грамоты постоят на мероприятии — в качестве смотрителей).

Только небольшая часть музеев имеет специальные подразделения, которые занимаются работой с волонтерами. В большинстве случаев это направление слабо оформлено и не регулируется, хотя может фигурировать в должностных обязанностях сотрудников. В основном все понимают, что отдельная волонтерская служба или центр — показатель и залог того, что работа с волонтерами активно развивается, обеспечена материальными и человеческими ресурсами, имеет большой вес в организации. Некоторые из информантов являются сторонниками формализации волонтерского направления, другие не видят в этом необходимости или скорее настроены против.

ЧТО НЕ ПОНРАВИЛОСЬ В РАБОТЕ В МУЗЕЕ? ЧТО СТОИЛО БЫ ИЗМЕНИТЬ В ТОМ, КАК ОРГАНИЗОВАНА РАБОТА С ВОЛОНТЕРАМИ?Ответы музейных волонтеров:Больше всего не понравилось «соцсоревнование», которое организаторы насаждали между волонтерами. Камон, мы помогаем по мере сил и желания, в часах это измерять просто глупо.

Информанты, которые выступают за оформление отношений музея и добровольцев, говорят о том, что это дает возможность договориться о взаимных ожиданиях и обязательствах, защитить права волонтеров, уберечь их от нежелательных ситуаций. Наличие документов, регулирующих волонтерство, нагляднее демонстрирует самой организации, зачем ей волонтеры и что они делают, вносит порядок в их отношения, придает серьезный статус добровольческой деятельности. На другой позиции стоят те, кто не видит ни необходимости в формальных документах, ни потенциальных выгод. Это, как правило, небольшие музеи с волонтерами, которых их кураторы знают лично и с которыми сложились доверительные отношения; музейные сотрудники, ценящие самоорганизацию.

Сотрудники используют широкий репертуар каналов для коммуникации с добровольцами: телефон, электронную почту, мессенджеры, группы в социальных сетях. Эти каналы почти одинаково распространены, нельзя выделить однозначных лидеров. По результатам опроса музейные сотрудники в качестве наиболее популярных способов связи называют телефон (60 процентов) и специально организованные встречи (65 процентов).

Волонтеры назвали групповые чаты (50 процентов), встречи и индивидуальную переписку в социальных сетях или мессенджерах (по 47 процентов). Групповые чаты способствуют самоорганизации и общению добровольцев между собой, что затруднено при использовании электронной почты, где автором сообщений выступает скорее именно музей; личная переписка помогает кураторам от музея осведомляться, как дела у волонтера, чтобы понимать степень его/ее вовлеченности, готовности участвовать, а волонтеру дает возможность поделиться мыслями и идеями, задать вопросы один на один с сотрудником.


РАБОТА С ВОЛОНТЕРАМИ В МУЗЕЕ

Динамика отношений музея и волонтера

Анализ глубинных интервью показывает, что существуют множественные формы взаимодействия музеев и добровольцев и множественные эффекты участия. Для понимания того, почему люди становятся волонтерами в музеях, и самóй волонтерской деятельности (что это дает участникам? что изменяется в ходе деятельности?) недостаточно знать мотивацию, выявлять социально-демографические характеристики добровольцев или объективированные «результаты» волонтерской программы. Вместо этого важно рассматривать «карьеру» волонтера и взаимодействие музея и волонтеров как коммуникативный процесс, в котором определяются и переопределяются идентичности, социальные отношения, границы и формы экспертизы и представления о принадлежности знаний и артефактов.

Не все наши информанты-волонтеры считали себя волонтерами, принимали это название как подходящее для них. Оно не подходило, по их мнению, поскольку они не были частью организованной группы либо были слишком «продвинутыми», их деятельность или траектория, с их точки зрения, нетипичны для волонтеров. Есть и негативное восприятие понятия «волонтер» — ассоциация с командной работой, обезличенной и формализованной. Были примеры того, как ожидание, что добровольцы — это обычно молодые люди, смущало потенциальных участников, думавших, что они чересчур взрослые и будут чувствовать себя лишними. Стереотипы, связанные со словом «волонтер», могут оказаться барьером на этапе обращения человека к музею. Нужно видеть эти представления и работать с ними: оспаривать и разрушать стереотипы, демонстрировать разнообразие волонтеров и быть инклюзивными.

Интерес к тематике музея и будущему предмету своей добровольческой деятельности изначально есть не у всех. Среди информантов были те, кто увлекался определенной темой с детства, и музей в итоге стал удобной площадкой для того, чтобы развивать этот интерес, заниматься соответствующим делом, рассказывать о своем увлечении. Другие, хотя и не имели увлечения с юных лет, попали в музей «закономерно». Примечательно, что многие говорили: раньше они были равнодушны к тому, чем занимаются сейчас, — к истории, музеям, искусству, — но постепенно пришли к этой теме (обычно, по их мнению, не благодаря музею, а чуть раньше). Некоторые волонтеры подчеркивали в интервью, что их попадание в музей было случайностью, «судьбой». Для части добровольцев музей становится восполнением нехватки чего-то значимого, способом достичь баланса.

ЧТО ЛИЧНО ВАМ ОСОБЕННО ПОНРАВИЛОСЬ, ЗАПОМНИЛОСЬ В РАБОТЕ В МУЗЕЕ?

Ответы музейных волонтеров:Я учусь на искусствоведа, и благодаря музейному волонтерству я получила для себя большой профессиональный опыт. Мне нравится взаимодействовать с посетителями, проводить экскурсии и рассказывать о музее.

В этом музее очень слаженная работа персонала и волонтерского состава. Уютная атмосфера.

Причастность к работе такой крупной и значимой культурной институции. Понравилось то, что каждый из жителей города может творить историю. Историяне где-то там, в прошлом, а рядом, мы плывем в ее потоке.

Волонтеров кормили пирогами, давали пропуск на остальные выставки того мероприятия, провели ознакомительную экскурсию.

Другие волонтеры описывали особенности своего характера как-то, что привело их в музей. В интервью добровольцев старшего возраста звучала установка на особое отношение к труду, в том числе тяжелому: любое занятие, за что бы этот человек ни брался, было ему или ей в радость, и выполнять задание легче, если получаешь удовольствие. Волонтерство становится для них еще одним видом деятельности, который приносит радость и затягивает. Особая этика труда, в том числе возможность делать что-то полезное и важное вместе с другими людьми, — перспективная идея, которая может быть близкой не только старшему поколению.

В интервью наблюдается стадиальность, постепенно привязывающая человека к музею, укрепляющая и развивающая отношения между музеем и человеком. Существенная часть случаев не включает изначально сформированной волонтерской программы и фиксированного набора обязанностей и задач: музей и добровольцы в ходе взаимодействия определяют, чем они могут быть друг для друга, что можно делать вместе, зачем они в принципе друг другу нужны.

Некоторые волонтеры приходят не через массовый набор, а благодаря персональным контактам с сотрудниками. Как показывают интервью, это позволяет им увидеть человеческое, дружественное в музее — не организацию, а людей. Это же помогает сразу прояснить ожидания, обсудить, что можно делать в музее, узнать и об интересах и взглядах потенциального волонтера, и о ценностях, разделяемых музеем. Впоследствии атмосфера музея и внутренние отношения сотрудников являются одним из определяющих факторов в том, чтобы волонтер закрепился, стал постоянным участником.

ЧТО ВЫ УЗНАЛИ, ЧЕМУ НАУЧИЛИСЬ В ХОДЕ ВОЛОНТЕРСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В МУЗЕЕ?Ответы музейных волонтеров:Права и обязанности музейного волонтера. Научилась спокойно воспринимать указания тимлидеров, менеджеров проектов, невзирая на свой (их) возраст и опыт.

Очень много узнала о самом музее, стала лучше в нем ориентироваться. Научилась водить экскурсии и взаимодействовать с посетителями.

Научилась с историческим пониманием относиться к предметам музея и обрела опыт организации музейных мастер-классов.

Данные опроса добровольцев показывают, что почти половина из них пришли в музей, будучи знакомы с кем-то из сотрудников. Предположение о том, что волонтерство «за компанию» и сарафанное радио наиболее распространены, справедливо только для трети опрошенных. Каждый третий приходит в музей, не зная никого ни из волонтеров, ни из сотрудников. Предположение о том, что волонтерство способствует образованию новых социальных связей, дружеских контактов, которые продолжаются за стенами музея, не подтвердилось. Среди информантов многие отмечали, что им приятно во время волонтерства общаться с другими, но они не стремятся знакомиться и находить друзей.

Однако иной первый контакт с музеем — не благодаря общению с сотрудником, а в формате участия в массовом мероприятии — рискует быть скорее отталкивающим. Отсюда следует, что задача музея — не только дать задания, но и объяснить волонтерам их роль, «собрать» и структурировать после события их, вероятно, сумбурный и неоднозначный опыт, явным образом соотнести этот опыт со своими идеями и ценностями.

Крупные музеи и небольшие, менее известные, отличаются по тому, какие отношения выстраиваются с добровольцами. В крупных музеях волонтер, даже когда он чувствует себя в привычной, родной обстановке, все равно гость, а не равноправный участник, и думает о том, что он прикасается к великому, священному. От его действий не зависит, что будет с музеем (хотя видеть собственные результаты приятно и важно). У команды добровольцев больше шансов сложиться в сообщество единомышленников в среднем или маленьком музее, чем в таком. « Большие» волонтерские программы в крупных музеях, как правило, предполагают единую систему поощрения, а маленькие музеи с неформализованной волонтерской деятельностью подходят к этому более гибко: они со временем узнают, кому из волонтеров что важнее, и отвечают на эти запросы.

Можно выделить три уровня заботы музея о добровольцах:

Обеспечить базовые потребности и следить за тем, чтобы волонтеры не уставали и не перерабатывали во время больших мероприятий, не мерзли, имели время и места для отдыха, возможность отойти перекусить и сходить в туалет, знали, где можно оставить свои вещи, посидеть, не терялись в пространстве музея или на территории.

Создать более-менее постоянный поток задач и возможности включиться в занятия, поддерживать общение, интересоваться делами и состоянием волонтеров, предлагать новое, а не только рутинное и механическое, развивать волонтеров, организовывать образовательные, культурные и неформальные мероприятия для общения (чаепития, экскурсии, лекции, совместные походы), участвовать в конкурсах.

Распознать индивидуальные потребности и выработать подход к каждому волонтеру, плотно включенному в работу с музеем, «отдавать» в соответствии с этими потребностями; решать неоднозначные и конфликтные ситуации, оказывать психологическую поддержку.

Несмотря на важность поддержания общения, тимбилдинга, сотрудники музеев в интервью выражают мнение, что добровольчество не может существовать как просто«тусовка». Только общее дело, в которое вовлечены все или часть волонтеров, способно поддерживать совместность. Чаще всего такими проектами в музеях выступают несколько крупных мероприятий, подготовка к которым длится долго и требует больших усилий.

Активные волонтеры видят свои отношения с музеем как двусторонние. Они считают, что не только они дают что-то музею, но и музей — им. У некоторых эта связь весьма личная. К пониманию того, что музей должен «отдавать» волонтерам, сотрудники приходят не сразу.

Более четкую организацию деятельности волонтеров — люди участвуют безвозмездно. Уменияиспользовались слабо и мало, разочарована.

Было жарко, душно, пообедать не было возможности.

По результатам интервью наиболее впечатляющий элемент работы для добровольцев — взаимодействие с публикой. Хотя они говорят, что это довольно сложно (у некоторых из них даже спустя долгое время ведение экскурсий и ответы на вопросы экскурсантов вызывают волнение), им нравится видеть реакции людей, общаться с ними, встречать посетителей. Тем не менее есть и другие виды деятельности, которые приносят удовольствие: работа с документами, исследовательская деятельность, взаимодействие с артефактами. Отдельная интересная тема — то, как переживается пространство музея, когда человек становится волонтером и начинает приходить регулярно, по пропуску, бывать в музее в неурочные часы и узнавать новые места, скрытые от обычных посетителей. Это, как правило, не запланированный организаторами волонтерских программ элемент, но он много значит для становления добровольцев.

По интервью также видно, что волонтеры привыкают к современному искусству, авангарду, неоднозначным предметам, даже когда с ними не проводится специальной образовательной работы. Благодаря просто соприсутствию, повторному контакту, усиленному вниманию к произведениям, они начинают по-другому смотреть на них, открывать их для себя. Имеет значение не только самостоятельность, но и поддержка со стороны музея: почувствовать себя уверенно и адаптироваться волонтерам помогают сотрудники; для кого-то это связано с боязнью публичных выступлений, для кого-то — с «синдромом самозванца».

Одни добровольцы стремятся привести своих знакомых в музей в качестве разовых волонтеров или посетителей, другие считают, что у их друзей иные интересы, и иногда даже намеренно разделяют свою немузейную и музейную жизнь. Волонтерство может быть обособленным родом деятельности, а может отражаться на прочих сферах: создавать новый круг общения; способствовать появлению собственных проектов и увлечений, приводить к трудоустройству и смене образа жизни.

Узнала, как сложный научный материал можно преподносить детям; расширила свой кругозор; познакомилась с новыми интересными людьми.

Что нужно знать и чтить историю своего города, своих корней и что история действительно может быть интересной и познавательной.

Хорошая практика для коммуникации: порой непросто общаться с представителями другого поколения.

Чего хотели бы достичь волонтеры? Часто это — воздействие на аудиторию музея: стремление заинтересовать людей историей, объяснить, что музей/искусство не есть нечто скучное или непонятное. В других случаях это желание сделать что-то для более широкого местного сообщества, помочь сохранить память. Такой мотив и эффекты характерны для маленьких населенных пунктов. Некоторые из информантов со смущением признавались, что хотя волонтерство должно быть приносящим пользу обществу, они занимаются этим ради собственного интереса и удовольствия. Это показывает еще один стереотип, становящийся барьером для вовлечения людей: принято думать, что индивидуальные цели и мотивы в волонтерстве достойны осуждения.

Вызовы, стоящие перед музейным волонтерством

Небольшие музеи, музеи в регионах отмечают в интервью, что им бывает сложно найти, на чей опыт ориентироваться: в профессиональной среде выступают представители больших музеев, которые, по их мнению, не испытывают недостатка в ресурсах. Примеров, сравнимых по масштабу и условиям, не так много, их нужно искать, они незаметны в публичной музейной сфере. Тем не менее региональным музеям иногда помогает опыт небольших музеев в крупных городах. Стажировки и поездки для обмена опытом с такими учреждениями ценятся, информанты из регионов отмечали, что им удалось увидеть полезные практики. В организации взаимодействия с добровольцами сотрудникам музеев иногда помогает личный опыт волонтерства, в том числе опыт волонтерской деятельности в том же музее, где человек впоследствии работает.

КАКИХ УСЛОВИЙ, РЕСУРСОВ, ПОДДЕРЖКИ НЕ ХВАТАЕТ ВАШЕМУ МУЗЕЮ ДЛЯ РАЗВИТИЯ ВОЛОНТЕРСКОГО НАПРАВЛЕНИЯ?

Ответы музейных сотрудников:

Специально закрепленного человека и программы развития волонтерства.

Человеческих (сложно выделить сотрудника, который бы курировал полноценно это направление, отсутствие студентов в небольшом городе).

Отдельное помещение; заинтересованность сотрудников музея в волонтерской помощи.

Проблемой является формальное отношение к добровольчеству, существование и распространение обязательности и подотчетности. Они выхолащивают смысл работы с волонтерами, приводят к выгоранию и у волонтеров, и у сотрудников: часто нецелесообразно и невозможно наращивать количественные показатели, а длясотрудников, в чьи основные обязанности не входит работа с волонтерами, это дополнительная нагрузка и обуза. Другая проблема — непонимание того, что в музее могут делать волонтеры, отсутствие запроса у разных его подразделений. Как правило, сразу к пониманию таких задач приходят те сотрудники, кто работает с посетителями, и то в первую очередь это базовые вещи, связанные с проведением больших мероприятий.

Информанты говорили: на первых порах в музее могут считать, что волонтеры мешают. В некоторых музеях у сотрудников существует боязнь конкуренции со стороны добровольцев — подозрительность к ним и страх за свое рабочее место. Еще один тип предвзятого отношения к волонтерам — собственничество и представление о них как о технических работниках, которыми можно распоряжаться по своему усмотрению. В интервью упоминается недоверие к волонтерам, нежелание отдавать им серьезные и ответственные задачи. Примечательно, что даже самые «продвинутые» (в отношении работы с волонтерами) музеи сталкиваются с проблемой делегирования и разделения ответственности. Это серьезный вызов, с которым приходится справляться даже наиболее опытным, мотивированным сотрудникам. Они говорят, что это меняет их взгляд на собственную роль и на музей в целом.

Пандемия COVID-19 прервала многие процессы: начатые долговременные волонтерские программы, работу с новыми темами, форматами и аудиториями. В нескольких интервью звучала мысль, что режим самоизоляции начался, когда сотрудники были «на пике» работы с добровольцами. Кризисная ситуация заставила по-новому оценить цифровое направление и медиаволонтерство и то, что уже было сделано волонтерами, например фотографии и видеозаписи, которые было удобно использовать в социальных сетях в период закрытия музея. Пандемия в очередной раз обнажила неустойчивость статуса волонтерских программ и поставила под вопрос существующие способы работы, но не создала условий для построения нового подхода к развитию волонтерства. Часть музеев полностью прекратила работу с добровольцами во время карантина, это направление надолго оказалось в стороне, пока сотрудникам пришлось думать о других делах.

Вероятно, то, какие организации (ценности, виды работы, стиль управления и меры поддержки/поощрения) привлекают добровольцев, а также условия, намерения, интересы, понимание ценностей и перспектив самими добровольцами определяются в первую очередь типом институции (или события) и степенью осознанности волонтерского участия.

В этой связи именно социологические, антропологические и психологические аспекты феномена музейного добровольчества представляются основаниями для понимания сегодняшнего взаимодействия российских музеев с волонтерами (а равно и волонтеров с музеями). Притом различие музеев по масштабу, их влияние, опосредованное и непосредственное, на конкретные регионы и территории, изменение многих правил и практик в ситуации пандемии — эти факторы акцентируют и актуализируют необходимость анализа роли и потенциала волонтерства в «цифровом контуре» музея. Системных исследований по этим вопросам еще не проводилось. Профессиональное сообщество скорее догадывается, нежели знает о том, что музейное волонтерство становится нормой, а не только дополнительной возможностью для устойчивого развития институций в многофокусной системе культурных, социальных, экономических координат.


РАБОТА С ВОЛОНТЕРАМИ В МУЗЕЕ

Работа с волонтерами в Государственном историческом музее — один из примеров интеграции добровольцев во все отделы музея. Это ответственный шаг, требующий создания атмосферы доверия между музейными сотрудниками и волонтерами. Она достигается благодаря, прежде всего, обучающим программам, преподавателями в которых выступают сами музейщики. Также волонтерскую программу ГИМ отличает ставка на молодых — студентов и выпускников профильных вузов, — лучшим из них впоследствии предлагают работу в штате музея.

Контекст волонтерской работы

Государственный исторический музей (Москва) является крупнейшим национальным музеем страны. В настоящее время в музейное объединение входят Храм Василия Блаженного, Музей Отечественной войны 1812 года и Палаты Романовых. Г ИМ принадлежат выставочные залы на Площади Революции, хранилища и реставрационные мастерские в Измайлове. Ведется строительство депозитарно-выставочного центра площадью 120 тыс. кв. м в поселке Коммунарка Новой Москвы.

С учетом расширения масштабов культурно-образовательной и фондовой деятельности, в 2017 году было принято решение о создании в Историческом музее Волонтерской программы. С этого времени музей позиционирует себя как институцию, последовательно развивающую волонтерство. Добровольцев приглашают для участия в подготовке мероприятий, разработке образовательно-просветительских проектов, для взаимодействия с посетителями, оказания помощи хранителям и другим сотрудникам музея.

На первой стадии проекта волонтерские группы работали преимущественно с посетителями. Через год стала очевидна необходимость профильной ориентации волонтеров в соответствии с видом их деятельности и в других музейных отделах. Так была проведена реорганизация Волонтерской программы ГИМ.

Как устроена Волонтерская программа ГИМ

Цель программы — привлечение добровольцев ко всем видам музейной работы. Для этого необходимо было создать систему подготовки квалифицированных музейных волонтеров (далее — МВ), которые могли бы быть по-настоящему полезны музею.

Волонтерская программа ГИМ включает четыре направления.


РАБОТА С ВОЛОНТЕРАМИ В МУЗЕЕ

Молодежная аудитория является для программы приоритетной. Большинство М В — студенты профильных специальностей. Это будущие специалисты в области истории, культуры и искусства. Музей помогает им приобретать практические навыки, связанные с направлениями их специализации, еще во время обучения в вузах. По словам сотрудников, волонтеры «приносят с собой веяние нового поколения и, самое главное, могут обучаться у ведущих сотрудников музея».

Принципы и детали менеджмента

Описывая место волонтерства в стратегии ГИМ, руководитель Волонтерской программы Дарья Сухорукова говорит, что «музей в настоящий момент не видит развития научно-просветительской деятельности без привлечения волонтеров. Они стали неотъемлемой частью работы музея с посетителями».

Кроме волонтеров, у нас есть профессиональные гиды-медиаторы, специалисты в сфере культуры и искусства. Их рабочие места надо сохранять. Я стараюсь организовать всё так, чтобы волонтеры не отбирали работу у сотрудников, так как очень сложно разграничить деятельность сотрудников и волонтеров.

– Линда Гуссенс (Linda Goossens)

Для каждого направления волонтерства построена своя программа обучения. В ее рамках приглашенным преподавателем является только тренер-психолог, остальные — это сотрудники разных музейных отделов. Они назначены кураторами-экспертами, ответственными за свое направление деятельности. Вовлечение сотрудников музея в обучение волонтеров формирует у них доверие к добровольцам, готовность допускать МВ до важных производственных процессов, даже до работы с коллекциями музея.

Процесс рекрутмента выстраивается на понимании нужд музея и необходимых компетенций волонтера. Например, ГИМ сотрудничает с ведущими профильными вузами, такими как МГУ, чьи студенты проходят в музее практику с возможностью дальнейшего трудоустройства.

Музей выработал ряд критериев, которым должен соответствовать МВ:


РАБОТА С ВОЛОНТЕРАМИ В МУЗЕЕ

Одна из задач программы подготовки — формирование внутреннего лидерства в волонтерском сообществе. В рамках одного из направлений волонтер может взять на себя лидерскую роль и попробовать себя в качестве координатора. Программа включает профориентацию и позиционируется как школа профессий. Лучшие волонтеры попадают в кадровый резерв, таким образом работа с МВ является стратегической подготовкой будущих молодых сотрудников музея.

Формирование кадрового резерва из волонтерского пула как приоритетного, а также возможность индивидуального обучения, посещения выставок и музейных мероприятий является значительной мотивацией для МВ.

В 2019 году Волонтерская программа Государственного исторического музея показала впечатляющие результаты:

Сама программа победила в спецноминации Фонда Потанина «Лучший волонтерский проект в музее» в рамках конкурса Международного фестиваля «Интермузей-2019» и получила грант на развитие в размере 500 тыс. рублей.

На сегодняшний день все концепции массовых мероприятий ГИМ включают в себя волонтеров — не только в качестве помощников, но и как координаторов собственных проектов.

ГИМ собирается в ближайшем будущем представить свою Волонтерскую программу как первую в России, которая переводит управление волонтерами в диджитал. Активное развитие групп музея в социальных сетях («ВКонтакте», «Инстаграм») ставит перед сотрудниками задачу осмысления этого опыта и переработки его в отдельный документ. В целом музей находится в процессе выработки документа, описывающего все стадии работы с МВ, с подробным объяснением методики, сформированной несколькими годами практической работы.


РАБОТА С ВОЛОНТЕРАМИ В МУЗЕЕ

Базовым принципом Волонтерской программы ГИМ является системность, которая в перспективе позволит адаптировать программу к любой музейной или культурной организации. Возможность масштабирования своего опыта в организации волонтерства подкреплена статусом ГИМ, который около 30 лет является научно-методическим центром для исторических и краеведческих музеев РФ.

В данный момент сотрудники музея разрабатывают стратегию развития ГИМ к его 150-летию (2022 г.) с учетом волонтерского ресурса.

#Государственныйисторическиймузей #волонтерыГИМ #обучениеволонтеров #диджиталменеджмент

Стань волонтёром


РАБОТА С ВОЛОНТЕРАМИ В МУЗЕЕ

Ответы на частые вопросы

С какого возраста можно быть волонтёром?

Присоединиться к сообществу могут все желающие с 14 лет.

Чем занимаются волонтёры в музее?

Как часто я смогу помогать?

Столько, сколько вы сами захотите.

Какие бонусы получают волонтёры?

Вы профессионал и вам интересно развить волонтёрскую программу в вашем учреждении?

Мы написали подробное руководство по организации волонтёрской программы в музее. Оно доступно здесь.

Наши волонтёры


РАБОТА С ВОЛОНТЕРАМИ В МУЗЕЕ

Артём, 19 лет

Для меня волонтёрство в Политехническом музее — это в первую очередь возможность помочь людям узнать технический мир лучше. Более того, музей — это пространство для саморазвития и самопознания. И через свою деятельность я стараюсь сделать так, чтобы стены Политехнического музея были таковыми абсолютно для всех.

Мы используем файлы cookie для того, чтобы улучшить работу сайта.
Продолжая использовать сайт, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookie.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *