георгиевский трактат о добровольном принятии картли кахетинского царства


ГЕОРГИЕВСКИЙ ТРАКТАТ О ДОБРОВОЛЬНОМ ПРИНЯТИИ КАРТЛИ КАХЕТИНСКОГО ЦАРСТВА

Гео́ргиевский трактат (груз. ) 1783 года — договор о покровительстве и верховной власти Российской империи с объединённым восточно-грузинским царством Картли-Кахети (иначе Картлийско-Кахетинским царством, Восточная Грузия), о его переходе под протекторат России. Заключён 24 июля (4 августа) 1783 года в крепости Георгиевск (Северный Кавказ).

Георгиевский трактат 1783. Оригинал. Архив внешней политики Российской империи МИД РФ.

ГЕО́РГИЕВСКИЙ ТРАКТА́Т 1783, до­го­вор о доб­ро­воль­ном при­ня­тии Карт­ли-Ка­хетин­ско­го цар­ст­ва (Вост. Гру­зия) под по­кро­ви­тель­ст­во Рос. им­пе­рии. Под­пи­сан 24 ию­ля (4 авг.) в Ге­ор­ги­ев­ской кре­по­сти (ны­не – г. Геор­ги­евск) со сто­ро­ны Рос­сии – ко­ман­дую­щим Кав­каз­ской ли­ни­ей ген.-по­ру­чи­ком П. С. По­тём­ки­ным, со сто­ро­ны Карт­ли-Ка­хе­тин­ско­го цар­ст­ва – кн. И. К. Баг­ра­тио­ном и кн. Г. Р. Чав­ча­вад­зе. Груз. царь при­зна­вал по­кро­ви­тель­ст­во Рос. им­пе­рии и от­ка­зы­вал­ся от са­мо­сто­ят. внеш­ней по­ли­ти­ки, обя­зы­вал­ся ока­зы­вать во­ен. под­держ­ку Рос­сии, от­ре­кал­ся от вас­саль­ной за­ви­си­мо­сти от Пер­сии или к.-л. иной дер­жа­вы за се­бя и за сво­их пре­ем­ни­ков, при­зна­вая толь­ко власть рос. мо­нар­хов. Имп. Ека­те­ри­на II обя­за­лась со­хра­нять тер­ри­то­ри­аль­ную це­ло­ст­ность вла­де­ний груз. ца­ря, ока­зы­вать ему под­держ­ку в слу­чае вой­ны (в но­яб. в Вост. Гру­зию бы­ли вве­де­ны два ба­таль­о­на пе­хо­ты), а при ве­де­нии мир­ных пе­ре­го­во­ров с Ос­ман­ской им­пе­ри­ей и Пер­си­ей – на­стаи­вать на воз­вра­ще­нии Карт­ли-Ка­хе­тин­ско­му цар­ст­ву вла­де­ний, из­дав­на ему при­над­ле­жав­ших, но за­воё­ван­ных тур­ка­ми. Карт­ли-Ка­хе­тин­ско­му цар­ст­ву пре­дос­тав­ля­лась внутр. ав­то­но­мия, а со­сло­вия (дво­ря­не, ку­пе­че­ст­во) при­рав­ни­ва­лись в пра­вах к рос. со­сло­ви­ям. Гл. по­ли­тич. зна­че­ние Г. т. за­клю­ча­лось в ус­та­нов­ле­нии про­тек­то­ра­та Рос. им­пе­рии над Вост. Гру­зи­ей, что рез­ко ос­лаб­ля­ло по­зи­ции Ос­ман­ской им­пе­рии и Пер­сии в За­кав­ка­зье. Ма­ни­фе­сты 1801 имп. Пав­ла I и имп. Алек­сан­д­ра I о при­сое­ди­не­нии Вост. Гру­зии к Рос. им­пе­рии за­кре­пи­ли вклю­че­ние Гру­зии в со­став Рос­сии.

Георгиевский трактат 1783 года – договор о добровольном вступлении Картли-Кахетинского царства (Восточная Грузия) под покровительство России.

В 1453 году после падения Константинополя Грузия оказалась отрезана от всего христианского мира, а несколько позже фактически поделена между Турцией и Ираном. В XVI – XVIII веках она была ареной борьбы Ирана и Турции за господство в Закавказье.

К концу XVIII века восточная Грузия находилась под персидским контролем.

В ходе русско турецкой войны 1768-1774 годов Картли-Кахетинское и Имеретинское царства выступили против турок на стороне России. На помощь им был послан корпус генерала Тотлебена численностью в 3500 человек. Победа России над Турцией в 1774 году существенно облегчила положение подвластных туркам грузинских земель, была отменена уплата дани султану Имеретинским царством.

21 декабря 1782 года картли кахетинский царь Ираклий II обратился к Екатерине II с просьбой принять Грузию под покровительство России. Екатерина II, стремясь упрочить позиции России в Закавказье, согласилась.

Договор был заключен 24 июля (4 августа) 1783 года в крепости Георгиевск (Северный Кавказ) и подписан от имени России генерал-аншефом, князем Павлом Потемкиным, от имени Грузии – князьями Иванэ Багратион Мухранским и Гарсеваном Чавчавадзе. 24 января 1784 года договор вступил в силу.

Георгиевский трактат состоял из преамбулы, 13 основных и 4 сепаратных статей, или артикулов. К ним прилагался текст присяги, которую должен был принять грузинский царь на верность России, а также дополнительный артикул о порядке наследования грузинского престола.

Грузинский царь признавал «верховную власть и покровительство» России, которая в свою очередь гарантировала сохранение территориальной целостности владений Ираклия II и его наследников. Картли Кахетинское царство обязывалось проводить внешнюю политику при условии предварительных согласования с Россией. Закреплялась автономия грузинского государства при решении всех внутренних дел, а статья 7 обязывала Грузию при необходимости оказывать взаимную военную помощь России. Отдельные статьи регулировали отношения между русской и грузинской церквами, уравнивали в правовом положении русских и грузинских дворян, купцов, разрешали всем грузинам «безвозбранно» въезжать и выезжать, а также селиться в России. Сепаратные статьи конкретизировали отдельные положения договора.

(Военная энциклопедия. Председатель Главной редакционной комиссии С. Б. Иванов. Воениздат. Москва. в 8 томах – 2004 г.г. I SBN 5 – 203 01875 – 8)

Россия обязалась защищать Грузию в случае войны, а при ведении мирных переговоров настаивать на возвращении Картлийско Кахетинскому царству владений, издавна ему принадлежавших (но отторгнутых Турцией). Царь Ираклий обязывался поддерживать мирные отношения с западно грузинским царем Соломоном, в случае же возникновения между ними разногласий русский царь призывался в качестве арбитра.

Для усиления обороны Россия обязывалась постоянно держать в Грузии два батальона пехоты, в случае же войны – оказывать ей дополнительную помощь.

Стороны обменялись посланниками. Договор имел бессрочный характер.

В 1783 году было начато строительство Военно-Грузинской дороги между Грузией и Россией, вдоль которой было сооружено несколько укреплений, в том числе крепость Владикавказ.

Турция потребовала от России отменить Георгиевский трактат и срыть укрепления Владикавказа. В результате в 1787 году российские войска были выведены из Грузии.

В 1787 году Турция, пользуясь поддержкой Великобритании, Франции и Пруссии, объявила войну России. Русско-турецкая война 1787-1792 годов – в правление Екатерины II – окончилась полной победой России. В результате этой войны был завоеван Очаков, Крым официально вошел в состав Российской империи, граница между Россией и Турцией отодвинулась к реке Днестр.

При подписании между Россией и Турцией Ясского мирного договора, завершившего русско турецкую войну 1787-1791 годов, действие Георгиевского трактата было восстановлено.

Наследник Ираклия, царь Георгий XII, стремясь удержать власть, обратился к Павлу I с просьбой о присоединении его страны к России при условии сохранения прав на грузинский престол за его потомками.

Вскоре после смерти Георгия XII, 18

января 1801 года Павел I подписал манифест о присоединении Грузии к России. В этом документе Картли и Кахетия впервые были названы «Грузинским царством». За его населением сохранялись все прежние права и привилегии, в том числе имущественные, но также на него распространялись права и привилегии Российской империи. Однако права сына Георгия, Давида, на грузинский трон подтверждены не были.

6

марта последовал указ Александра I «Об управлении Грузией», согласно которому она становилась губернией в составе России.

Другие страны Закавказья также стремились опереться на Россию в борьбе против мусульманских Персии и Турции даже ценой потери независимости. В 1803 году в подданство России вступила Менгрелия, в 1804 году – Имеретия и Гурия, также были присоединены Гянджинское ханство и Джаро Белоканская область, в 1805 году – Карабахское, Шекинское и Ширванское ханства и территория Ширака, в 1806 году – ханства Дербентское, Кубинское и Бакинское, в 1810 году – Абхазия, в 1813 году – Талышское ханство. Таким образом, в течение короткого срока к Российской империи отошло почти все Закавказье.

Манифест Павла I

Рукописная копия манифеста

Осенью 1800 года грузинская делегация сделала попытку предложить России проект более тесного единения. 17 ноября князь Чавчавадзе подал от имени царя Георгия ноту и „просительные пункты“. Это предложение было рассмотрено в Коллегии иностранных дел и 19 ноября одобрено императором по всем пунктам.

Георгию было обещано оставить за ним царские права до конца жизни. Однако после его смерти русское правительство было намерено утвердить наследника трона Давида Георгиевича генерал-губернатором с титулом царя, а Грузию причислить к числу русских губерний под названием царство Грузинское.

Все шло к двустороннему соглашению, которое могло бы стать юридически безупречным решением вопроса. Однако за 2 дня до аудиенции последовал императорский рескрипт генералу Кноррингу. Ему было велено ввести войска в Грузию, а в случае кончины царя Георгия не назначать преемника вплоть до особого приказа. Данное распоряжение шло вразрез с принципами трактата 1783 года, который оставлял вопрос назначения наследника в компетенции царя Грузии. 18 декабря, ещё до прибытия послов в Грузию, был подписан манифест о присоединении Грузии. Таким образом вопрос был решён в одностороннем порядке, ещё до смерти царя Георгия, которая последовала 28 декабря.

Послы с „пунктами“ прибыли в Грузию в начале января, и 15 января царевич Давид опубликовал воззвание: „высочайше повелено мне приблизиться к трону Грузии по наследству, в звании правителя оной“. 18 января в Петербурге был обнародован манифест Павла I. Сам текст манифеста составлен несколько туманно и неконкретно, без упоминания судьбы грузинской династии.

16 февраля 1801 года в Сионском соборе на русском и грузинском языках был зачитан манифест о присоединении Грузии к России на вечные времена. 17 февраля в соборной церкви в Тифлисе жителям города торжественно был объявлен этот манифест.

Трактат в 1783—1787

Согласно этой версии, Грузия первая нарушила трактат, пойдя на сепаратные переговоры с турками.
В сентябре 1786 года Ахалциский Сулейман-паша направил царю Грузии Ираклию II письмо с предложением заключить сепаратный мирный договор.

Из рапорта полковника Бурнашева Павлу Потёмкину:

Согласно второй версии, Россия вывела войска потому, что пошла на уступки Османской Империи. Не желая на тот момент доводить дело до войны, она вывела батальоны, отослала из Петербурга грузинского посла и согласилась срыть укрепления Владикавказа.

А. В. Потто пишет примерно о том же:

Согласно первой версии, царь Грузии нарушил Георгиевский трактат и тем самым оставил Грузию без защиты от войск Ага-Магомед хана. На самом деле трактат действовал ещё осенью 1795 года. 4 сентября 1795 года Екатерина, после долгих проволочек, наконекц-то велела „подкрепить царя Ираклия, яко вассала Российского против неприязненных на него покушений, положенными по трактату с ними двумя полными батальонами пехоты“. Через 8 дней Тифлис был разрушен войсками Ага-Магомед хана. Генерал Гудович получил приказ императрицы только 1 октября.

Ага Мохаммед-хан к 1795 году как раз успел объединить Персию и победить своих соперников, и встал вопрос о том, чтобы вернуть Персии Грузию, которая фактически отделилась от него по факту подписания Георгиевского трактата. Ага-Мухаммед предлагал Ираклию вернуться в подданство Ирана на выгодных условиях, но тот отказал. Уже после разрушения Тифлиса Ага-Мухаммед предлагал Ираклию подчиниться, обещая в ответ вернуть всех пленников и передать под власть Ираклия весь северный Иран.

Согласно Ясскому мирному договору, завершившего русско-турецкую войну 1787—1792 годов, Турция отказывалась от претензий на Грузию и обязывалась не предпринимать каких-либо враждебных действий в отношении грузинских земель.

Письмо царя Картли-Кахети Георгия XII своему послу Гарсевану Чавчавадзе от 7 сентября 1799 года:

Памятная медаль 1790 года

В конце 1782 года Картли-Кахетинский царь Ираклий II обратился к императрице России Екатерине II с просьбой принять Грузию под покровительство России. Стремясь упрочить позиции России в Закавказье, Екатерина II предоставила Павлу Потёмкину широкие полномочия для заключения договора с царём Ираклием. Уполномоченными с грузинской стороны были князья Иванэ Багратион-Мухранский и Гарсеван Чавчавадзе.

По договору царь Ираклий II признавал покровительство России и частично отказывался от самостоятельной внешней политики, обязываясь своими войсками служить российской императрице. Екатерина II со своей стороны выступала гарантом независимости и целостности территорий Картли-Кахетии. Грузии предоставлялась полная внутренняя самостоятельность. Стороны обменялись посланниками.

Договор уравнивал в правах грузинских и русских дворян, духовенство и купечество (соответственно).

Особо важное значение имели 4 секретные статьи договора. По ним Россия обязалась защищать Грузию в случае войны, а при ведении мирных переговоров настаивать на возвращении Картлийско-Кахетинскому царству владений, издавна ему принадлежавших (но отторгнутых Турцией). Россия обязалась держать в Грузии два батальона пехоты с 4 пушками и в случае войны увеличить число своих войск.

Одновременно, грузинам настоятельно рекомендовалось сохранять единство и избегать междоусобной розни, для чего Ираклий II должен был помириться с царём Имерети Соломоном I.

Основное политическое значение Георгиевского трактата заключалось в установлении протектората России в отношении Восточной Грузии в том, что резко ослабив позиции Персии и Османской Империи в Закавказье, формально уничтожил их притязания на Восточную Грузию.

В 1783 году, в связи с заключением Георгиевского трактата, было начато строительство Военно-Грузинской дороги между Грузией и Россией, вдоль которой было сооружено несколько укреплений, в том числе крепость Владикавказ (1784).

Вопрос о присоединении при Александре I

В марте 1801 года у власти оказался Александр I, и ему сразу же пришлось решать вопрос, связанный с присоединением. И если при Павле на этот вопрос смотрели с точки зрения государственного интереса, то Александр (и его Негласный комитет) рассматривал его с точки зрения права. Будучи в то время сторонником честной политики, Александр крайне негативно отнёсся к акту присоединения, у которого не было никакой правовой основы. Но проблема состояла в том, что манифест Павла уже был зачитан и присоединение уже фактически началось. В виду его сомнений, вопрос о Грузии был вынесен на обсуждение Государственного Совета, который в то время назывался Непременный совет.

Мнение Государственного Совета

Насколько сложен был вопрос, видно из того, что вопрос рассматривался ещё на заседании Совета императора Павла, а затем ещё полгода на совете Александра I.

11 апреля 1801 состоялось первое заседание по Грузии. Но если „молодые друзья“ Александра были против присоединения, то в Совете преобладала „имперская“ партия, которая мыслила ещё в духе эпохи Екатерины. По их мнению, необходимо удержать Грузию из-за богатых рудников (о которых сообщал Мусин-Пушкин), ради спокойствия границ, а также во имя достоинства империи.

Все проблемы были бы сняты в случае двустороннего решения вопроса, и грузинские послы уже с месяц находились в России, но Совет упорно не желал, и не обсуждал двустороннего рассмотрения. Он продолжал настаивать на выгодах проекта. В том первом заседании вопрос так и не был решён.

Доклад Воронцова и Кочубея

Воронцов и Кочубей предлагали: избрать на царство одного из царевичей по порядку наследства или исходя из личных качеств, при необходимости удалить иных претендентов, оставить в Грузии некоторое количество войск „на продовольствии земли“. Предлагалось также назначить министра при царе.

Миссия была возложена на Кнорринга Высочайшим рескриптом 19 апреля 1801 года. 22 мая Кнорринг въехал в Тифлис, где и пребывал практически все время. Исход его миссии был предрешён постановкой вопроса в Совете, он только решал дилемму: полное подчинение или полная независимость. А на тот момент о полной независимости речи быть не могло.

К моменту прибытия Кнорринга Грузия уже полгода находилась без власти: царевичу Давиду русские генералы в Тифлисе не позволяли провозгласить себя царём, но он считался утверждённым наследником. Когда русские солдаты присягали Александру, грузин к присяге не приводили. Страна страдала от анархии, набегов горцев Дагестана и последствий персидского нашествия — прибывший в те дни в Тифлис генерал Тучков застал город ещё разрушенным, с двумя целыми улицами. Тучкову Кнорринг сообщил по секрету, что присоединение Грузии — вопрос ещё не решённый.

Пробыв в Грузии 22 дня, Кнорринг вернулся в Петербург и 28 июня 1801 подал императору свой доклад. Он высказался отрицательно на вопрос, может ли Грузия устоять без помощи, и положительно на вопрос, единогласно ли желают грузины подданства.

8 августа 1801 года состоялось очередное заседание Совета по вопросу Грузии. Время работало на «имперскую» партию: по докладам российских посланников, за год безвластия Грузия уже потеряла всякое подобие государства. Также утверждалось, что «в мире» Грузию уже считали частью России и отступать от присоединения было неудобно с точки зрения достоинства империи.

На заседании был заслушан доклад Кнорринга и доклад Воронцова и Кочубея. Совет встал на сторону Кнорринга. Говорилось о необходимости упредить турок и персов, способных захватить Грузию, и о том, что присоединение поможет «обуздать хищных горских народов». Кочубей настаивал на своём мнении: в заключительном слове он обратил внимание на опасность расширения границ, на несправедливость присоединения с точки зрения монархической и настаивал на сохранении вассального положения Грузии. И все же Совет решил вопрос о присоединении утвердительно.

Александр все ещё колебался. 12 августа он получил записку от В. Зубова и отправил её Новосильцеву для рассмотрения. 13 августа вопрос обсуждался на заседании Негласного комитета. Члены комитета все ещё были против, но Александр постепенно склонялся к решению Совета.

Между тем грузинские уполномоченные все ещё старались добиться того, чтобы «добровольное по существу присоединение Грузии было и по форме действительно таковым». Они отправляли императору ноты со своими предложениями и вообще желали, чтобы решение вопроса по Грузии принималось в их присутствии как представителей добровольно присоединённого грузинского народа. Но их мнением никто не интересовался.

12 сентября 1801 года Александр дал в Москве манифест о присоединении. Победила «имперская» политика братьев Зубовых, и даже сам манифест был написан собственноручно Платоном Зубовым.

12 апреля 1802 года манифест был официально зачитан в Сионском соборе в Тифлисе. К присяге были приведены царевичи, католикос, и все сословия Картли-Кахети добровольно дали клятву в верности новому порядку. Тучков пишет, что «Сей обряд окончился без малейшего замешательства». В. А. Потто описывает этот процесс иначе:

В целом последствия трактата для Грузии были двойственны: с одной стороны, страна была избавлена от набегов со стороны Османской Империи и Персии, чего вполне можно было добиться военными и дипломатическими способами, с другой, она вразрез с условиями Георгиевского трактата утратила государственность (впоследствии, в 1811 г., даже и церковную независимость). Беспорядки в стране на время утихли, поскольку они были протестом в основном против методов и формы присоединения, но не против присоединения как такового.

После падения Константинополя в 1453 году, а также распада единого Грузинского царства — Грузия оказалась отрезана от всего христианского мира, а несколько позже фактически поделена между Турцией (Османская империя) и Персией (Сефевидское государство), и выживала, лавируя между этими двумя государствами. Ей удавалось добиваться приемлемого, а иногда даже привилегированного положения в составе этих государств, но религиозный барьер был непреодолимым препятствием для окончательной интеграции. В это время постепенно сформировалась надежда на помощь России. Первые попытки сближения имели место ещё в XVII веке, но без серьёзных последствий. Первая реальная попытка долговременного союза с Россией произошла в эпоху Петра I.

Персидская война 1722 года

В 1720 году астраханским губернатором был назначен А. Волынский. Ему было поручено склонить грузинского царя Вахтанга на сторону России. Персия переживала период кризиса, и Пётр готовил свой персидский поход. Уже в 1721 году начались переговоры о совместных действиях.

8 марта 1722 года персы были разгромлены афганцами при Гульнабаде, погиб брат Вахтанга, командовавший шахской гвардией. Началась осада Исфахана. Шах просил Вахтанга о помощи. Одновременно с гонцами от шаха к Вахтангу прибыли послы от Петра I. Вахтанг отказал шаху, и в сентябре грузинская армия выступила на соединение с российской армией.

Как пишет Кулаков: Пётр захотел переманить шаха Персии на свою сторону, после чего прекратил поход, и вернул Вахтанга обратно.

Вскоре турецкая армия заняла Картли и Кахети. Турецкая оккупация продлилась до 1734 года.

Турецкая война 1768—1774

Ситуация изменилась, когда приблизилась русско-турецкая война. На одном из заседаний Совета было решено поднять против Османской Империи все христианское население Балкан, Греции и Грузии. Коллегия иностранных дел составила «рассуждение о способах, какими грузины преклонены быть могут к восприятию участия в настоящей с Портою Оттоманской войне». Так началась вторая попытка сближения, которая не удалась, но стала первым шагом к Георгиевскому трактату.

Предложение было отклонено. 8 февраля 1773 года Панин сообщил об этом Ираклию («странные и совсем не по времени учинённые предложения», писал он).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *